Мы больше не проснемся (СИ)

— Нет, — широко улыбнулся мальчик. — Он замечательный.
— Тебе повезло с друзьями.
— Наверное, это семейные узы, — Гарри придвинулся ближе к Блэку. — Расскажи мне о родителях.
Сириус откинул в сторону обглоданную кость и вытер замасленные губы тыльной стороной руки.
— Знаешь, твой отец, Джеймс, был тем еще шалопаем. Как бы тебе объяснить?.. Антитеза приличия и примерности. Я встретил его по чистой случайности, не найдя свободных мест в купе на первом курсе. Сошлись мы быстро — на удивление. Ведь услышав мою фамилию, он сначала решительно пренебрег дружбой со мной.
  
— Почему? — ошарашенно переспросил Гарри. — Неужели он был как этот… Малфой?…
— Нет, что ты! Совсем наоборот. Это наша семья веками кичилась своей чистотой крови, репутация у нас была убийственная. Темные маги, жестокие и безжалостные. Это распространялось даже на семейное воспитание. Представляешь, меня и моего младшего брата заставляли смотреть на пытки прислуги! Я, конечно, вредил потом своей мамаше по-крупному, но вот Регулус так не мог. Слабым он был, мой братишка. Поэтому и стал впоследствии Пожирателем Смерти.
— Что?! Твой брат — Пожиратель Смерти?!
Дамблдор рассказал Гарри, как назывались сподвижники Волдеморта, поэтому сейчас мальчик несказанно удивился. И вновь его мир черного и белого был немного порушен.
— Был. Пропал много лет назад. Когда решил пойти на попятный и сбежать от Волдеморта. Скорее всего, прикончили труса мелкого.
— Мне жаль…
— Да не бери в голову. Жаль его, но поделом. На чем мы остановились? Ах да, твой отец, — его взгляд вновь просветлел. — Как ни странно, нас сплотила нелюбовь к общему врагу — еще до поступления в школу! Ну, а когда я поступил на гриффиндор — начались самые счастливые дни моей жизни. На втором курсе к нашей компании присоединились Ремус, ужасный зубрилка и молчун, и Питер, который смотрел нам в рот… Впрочем, мы были и рады всеобщему вниманию. Твой отец отлично играл в квиддич. Думаю, ты смог бы дать ему великолепный отпор, Гарри! Хотя не берусь сказать, что ты смог бы победить.
Он лающе засмеялся, прикрыв глаза, и Гарри заулыбался следом.
— Джеймс в ранние годы не пропускал ни одной юбки, как и я. Славу мы любили, как и всеобщее внимание, — он немного виновато посмотрел на мальчика. — Это прошло к четвертому курсу, когда он по-настоящему влюбился в Лили. То есть… Думаю, она ему понравилась с их первой встречи, но мы же тогда были всего лишь необузданными ветряными мальчишками! Откуда ему было знать, что это влечение перерастет в крепкую, чистую любовь? Ох и попотел он тогда, добиваясь ее расположения…
— Мама отказывала ему?
— Еще как. Она ненавидела Джеймса! — Сириус спохватился, увидев изумление в глазах гриффиндорца. — Ну, поначалу. Она была слишком благоразумной пай-девочкой для такого взбалмошного сорванца и всеобщего любимчика. Но ты не подумай, Джеймс был замечательным человеком. Он никогда не оставлял в беде своих друзей, никогда не обижал девушек, никогда не водился с плохими людьми. Он был очень веселым и храбрым, твой папа. Лучший человек из всех, кого я когда-либо знал.
Гарри посмотрел куда-то в сторону, чувствуя себя неважно. Это было так прекрасно и волнительно, что он не мог найти слов. Он узнает своего отца, почти видит его молодое ухмыляющееся лицо и веселый смех. С другой стороны, было невосполнимо грустно от того, что Гарри его никогда не увидит.
— А твоя мама была немного похожа характером на Ремуса. Наверное, его одного из всей нашей честной компании она понимала больше всех. Может, еще и Питера, но она не одобряла его прихлебательство перед Джеймсом. Поттеру пришлось поубавить спесь, чтобы заслужить ее внимание! И потом уже начались бесконечные прогулки, улыбки, подарки… Оба как с ума от любви сошли, ей-богу. Я, со своими бесконечно меняющимися девушками, даже позавидовал другу. Почти сразу после школы они объявили о помолвке и о беременности Лили. По старым обычаям они закрепили магический брак еще до твоего рождения, а потом я… Ну, в общем, родился ты, да, — он как-то странно замялся в конце, пряча взгляд, но Гарри не обратил на это никакое внимание. Он сидел с закрытыми глазами, а по щеке медленно катились слезы.
«Я никогда их не увижу. Мои мама и папа. Мои милые мама и папа, которые отдали жизнь, чтобы я смог продолжить свое одинокое существование. Уже без них. Знали ли они, что мне будет уготовано? Думали ли, что обо мне позаботится хоть кто-то из их друзей или нет? Или же меня должен был попросту убить Волдеморт, вслед за ними? Так и должно было случиться… А теперь я сижу перед их лучшим другом, который был осужден за преступления, которых не совершал, а где-то за деревьями гуляет Волдеморт в окружении моих друзей — верных, но таких беззащитных… И я не могу больше его ненавидеть. Просто не могу»
— Гарри, ты в порядке? Прости, я что-то не так сказал? — мальчик почувствовал прикосновение к щеке и открыл глаза. Сириус встревоженно нахмурил брови, стирая с лица ребенка слезы. Движения были неловки и даже грубоваты, но приносили успокоение — о нем заботятся, он не один.
— Спасибо. Спасибо, Сириус, за все…
========== Глава 10. ==========
Через два часа Гермиона и Том отцепили растроганного Поттера от Блэка, не прекращавшего все это время говорить. Рон стоял в сторонке и преспокойно насвистывал незатейливую мелодию, вполне довольный жизнью — знание тайны всемагического масштаба очень повышало его настроение. Сириус пообещал в скором времени написать письмо или навестить их в замке в анимагической форме.
— Как все прошло? — спросила Гермиона по дороге к школе. — В смысле, как он тебе?
— Мне нравится Сириус. — Гарри заулыбался. — А вам? Уже не кажется опасным психом?
— Он собирается убить человека, — будничным тоном ответил Том. — Он просидел в Азкабане долгие годы. Он пережил сильнейшее эмоциональное потрясение. В конце концов — он носитель фамилии Блэк. Конечно, он все еще опасный псих.
— Марволо! — в один голос воскликнули разгневанные Гарри и Рон, которому тоже понравился мужчина.
— Он вообще-то прав, — сухо парировала Гермиона. — Я бы не хотела, чтобы ты проводил время с убийцей.
— Спасибо, Гермиона.
Гарри поджал губы от обиды: «Спелись, ну надо же! Хорошо, что она не знает, кто он на самом деле. Если уж Сириус для нее плохой человек, то что бы она сделала, узнай, что сидела в нескольких сантиметрах от будущего Темного Лорда? Поразительно.»
— Эй-эй, не переманивай на свою сторону Гермиону! Она и так помешана на всяких там правилах! — всполошился Уизли. — Теперь вообще сладу не будет никакого. Терпеть нравоучения просто кошмар, знаешь ли!
— Ну спасибо.
Гермиона демонстративно прибавила шаг, оставляя троицу парней позади себя. Рон помедлил немного, но все-таки кинулся догонять обиженную подругу.
— Верх тактичности, — констатировал факт Том. — Гриффиндор.
— Они часто ругаются, — заверил его Поттер. — И постоянно мирятся.
— Чтож, ты как всегда меня удивил.
— Что?
— Почему вокруг тебя вертятся всякие странности?
— Включая тебя? — мальчик лукаво подмигнул слизеринцу, отчего тот чуть не споткнулся на ровном месте. — Ну же, Реддл, скажи, что тебе это нравится. Иначе не ходил бы со мной.
— Я хожу с тобой, потому что хочу этого, — высокомерно возразил тот. — Чтобы вытащить твою несчастливую задницу из беды, в которую ты с завидным упорством стремишься попасть.
Гарри обиделся.
— Идем через другой вход, — Том потянул мальчика за рукав и потащил куда-то в обход. — Не хочу вновь натыкаться на дементоров и идиотских детей.
  
Они подошли к неприметной на вид статуе грифона, и Реддл погладил ее по голове. Каменное изваяние резво отскочило в сторону, открывая взору узкий проход внутрь замка.
— Ух ты! Не думал, что из Хогвартса можно выйти потайным ходом! — восхитился Гарри, пролезая следом за довольно ухмыльнувшимся Томом.