Мы больше не проснемся (СИ)
Он был счастлив. Настолько счастлив, что если бы мог, в эту секунду создал самого прекрасного Патронуса на свете. Ведь он впервые ощутил то, чего никогда не понимал и не принимал. То, что считал величайшей человеческой глупостью, слабостью. Реддл всегда презирал в себе человеческую часть и всячески душил подобные эмоции на корню. Но безумное переплетение судьбы Гарри Поттера с его собственной, эта невероятная любовь, эти чистые чувства - хоркрукс не смог сдержать слез. Самопожертвование, нерушимая преданность, незапятнанные притворством и ложью чувства окончательно сокрушили Темного Лорда. И в тот момент мужчина был совершенно не против умереть, сжимая в объятиях Гарри Поттера, что точно так же плакал. И в этом проявлении слабости Том не увидел ничего позорного, учитывая, что никто, помимо яростного Адского Пламени, их больше не увидит. Реддл несильно встряхнул Поттера за плечи и заглянул в его глаза. Гарри с удивлением обнаружил совершенное в своей красоте человеческое лицо Тома. Его синие глаза сверкали веселым сумасшествием, а на губах расцвела ухмылка.
-Что, задали мы им жару, а?
Поттер сквозь слезы улыбнулся, а смешок больше походил на судорожное рыдание. Нутро мужчины сдавило от горечи. Он был счастлив, что Поттер выбрал его даже в момент падения, но видеть эту обреченность в глазах того, кого так сильно полюбил, покрывало странное тепло льдом. Том нахмурился, решаясь на последнюю в своей жизни ложь.
-Ты что, правда решил, что я так просто умру? - ухмылка стала шире. - Мы куда сильнее людей. Дамблдор лишил меня магической силы, но я все еще жив. Я вернусь. Обязательно вернусь. И ты будешь со мной, целый и невредимый.
-Что? Это возможно? - от удивления Поттер немного отпрянул назад, но сильные руки предусмотрительно прижали обратно, не позволяя приближаться к подступающим волнам смерти. - Том, ты сможешь вернуть нас к жизни?!
-Даже не сомневайся. - Самодовольно ответил Реддл, - откроешь глаза живым и спасенным.
Гарри рассмеялся, смотря на горделивую усмешку мужчины, и утер слезы, так и не заметив две влажные дорожки под глазами хоркрукса. Сердце затрепетало от новой и более сильной надежды, а человечный вид Реддла придавал куда больше сил, чем его обнадеживающие слова. Парень откинул прочь все другие мысли, смотря только в синие глаза. Ему начало казаться, что даже невыносимый жар Адского Пламени ослаб. Сознание заволокло странным знакомым туманом, а очертания хоркрукса стали расплываться. Реддл сделал последнее, чем мог в таком положении воспользоваться - легилименцией, проникнув в разум гриффиндорца и погрузив того в сон.
Поттер удивленно вздохнул чистый прохладный воздух, ошарашенно заозиравшись по сторонам. Место, в котором он очутился, Гарри узнал с первого взгляда. Черная громада Запретного Леса возвышалась над ним в своей древней красоте и была наполнена множеством звуков. Сверчки, ночные птицы, шелест листвы на ветру, тихий плеск озера вдалеке. Гарри прижал два пальца к своему запястью, убедившись, что не перешел за грань. Нет, парень определенно был жив.
“Что? Что происходит? Неужели мне это приснилось? Нет. Нет, это было реально. Тогда… Мерлин, неужели он вернул нас? Реддл действительно смог вытащить нас из горящего дома?! Но где он? Почему я в Запретном Лесу? О, ну почему всегда именно он?”
Гарри не смог сдержать широкой облегченной улыбки, кинувшись в сторону озера. Почему-то гриффиндорец чувствовал, что найдет Тома именно там. Его взгляду открылось затянутое тучами черное небо и замок вдалеке. Хогвартс, не тронутый войной и горем, был великолепен. Все та же детская волшебная сказка, пленившая сердце маленького мальчика с первых секунд их встречи. Поттер замер, и веселая улыбка медленно перетекла в тоскливую. Его дом. Дом, который Поттер отдал лапам безжалостной смерти.
Ощущение коснувшейся его плеча ладони отвлекло от душевных терзаний. Поттер круто развернулся, встретившись лицом к лицу с Реддлом. Тот не казался удивленным или радостным от их встречи, скорее, безмерно смирившимся и таким же печальным. Том смотрел в болезненно знакомые ярко-зеленые глаза своими синими, человеческими. Гарри побледнел, меняясь в лице. Реддл молча наблюдал, как до Поттера, наконец, доходит. Растерянность сменилась осознанием и знакомой подступающей безысходностью. Мимолетное счастье обернулось куда большей болью, и вновь разбитая вдребезги надежда подкосила ноги подростка, заставив того свалиться в темную траву. Мужчина осторожно присел рядом с окончательно сломленным парнем, без слов притянув его в объятия.
-Я дал нам немного больше времени. - Бесцветно произнес хоркрукс. - Мы все еще умираем. Там, снаружи, огонь доберется до нас уже через несколько секунд. Внутри твоего сознания они покажутся нам минутам. Часами. Я не знаю. Мы больше не сможем вернуться.
И Гарри попросту разрыдался в голос, задрав лицо к черному ночному небу, выпуская накопившуюся боль наружу, выплескивая непроглядную горечь, невыносимое желание жить. Крича, завывая, рыча, надрывая горло в приступе страшной истерики. Даже осознание того, что он заслужил смерть, что это была единственно верная расплата за все его кошмарные преступления, не задавило терзающее чувство несправедливости. Почему он платит страданием за свою любовь? Почему ради нее парень должен был убивать других? Обрекать на эти муки? На разбитые сердца? Почему не послушался Люпина и Сириуса, почему не сбежал? Чем заслужил такую судьбу? Совсем молодой, вся жизнь впереди, оставшиеся живыми друзья, страны, которые Гарри мог бы посетить, неизвестная магия, великолепные знания, что мог бы получить. И чем все закончилось? Куда его привело общее безумие? Поттер утопал в безудержном плаче безнадежности, не замечая успокаивающих объятий и поблекшего мира вокруг. Это был конец. Они не смогут попасть за грань, не смогут быть вместе и после смерти. Их искаженные души просто растворятся во тьме, забудутся, исчезнут.
Реддл не находил слов, и продолжал молча обнимать захлебывающегося слезами мальчика, пытаясь хоть чем-то заглушить его боль. Он и сам не хотел умирать. Более того, даже в таком искалеченном состоянии, без магии, без верных последователей, без власти и могущества, Том всем своим нутром рвался к жизни. И не обнимай он сейчас единственное дорогое существо, что когда-либо было у хоркрукса, сам бы закричал от страха и ярости. Он не видел своей вины, не видел, что является порождением зла, преступником. Реддл плевать хотел, сколько жизней унесет война. И в который раз Лорда Волдеморта погубила сумасшедшая нечеловеческая злоба, в который раз величайший волшебник проиграл. Только теперь уже не было шанса обрести новое тело и новую жизнь. Ни у Тома, ни у Гарри.
Когда Поттер, наконец, затих и поднял заплаканное лицо, горизонт вдали налился алым рассветом. Мальчик пораженно завертел головой - кровавое небо залило горизонт со всех сторон света, неся с собой странное удушающее чувство ужаса. Оно было сравнимо с той вереницей мертвецов, бредущих в пустоту неизвестности. Ужас смерти.
-Что это? - сипло спросил Поттер, испуганно прижавшись ближе к Тому.
Тот нахмурился, обратив совершенное лицо в сторону медленно разгорающегося восхода без солнца.
-Наш погребальный костер. Так твое сознание реагирует на подступающее Адское Пламя. - Тихо произнес хоркрукс, чувствуя тот же непередаваемый словами ужас. - Тело гибнет. Когда этот свет настигнет нас…
-Мне страшно. О, Том, мне так страшно!
-Скоро все закончится.
Гарри спрятал лицо на груди Реддла, не в силах смотреть на собственную смерть.
-Оно того стоило? - спустя некоторое время задал давно мучавший его вопрос Поттер. - Все эти войны, бесконечные страдания. Стоят нашей смерти? Стоят такого конца?
Том промолчал. У него не было ответов. Даже если бы была призрачная возможность спастись - Темный Лорд без раздумий бы продолжил войну. Из зависти и мести, из чистой необъятной ненависти. И самое страшное, Гарри пошел бы за ним вновь.