Мы больше не проснемся (СИ)

-Радуйся, что я не передал тебя в руки профессоров. Итак, кто ты? Пожиратель Смерти? Один из Абботов?
-Абботы мертвы, чертов ты псих. - Выпалил волшебник, - я Гарри Поттер.
-Ты подтвердил факт его смерти. - Тихо ответил Эндрю, но его лицо сохраняло мрачную маску, не позволяя истиной горечи прорваться наружу. - Что за игру ты ведешь?
-Нельзя использовать внешность мертвых людей, ты знаешь. Это не Оборотное.
  
-Темная Магия многогранна, но в смерти Поттера я уверен.
-Мерлин, да что с тобой? Как мне доказать, что я Гарри хреноПоттер?!
-Удиви меня. - Усмехнулся слизеринец, но глаза оставались настороженно холодными.
-Карта Мародеров. Карман Мантии.
Каресбиус некоторое время оставался неподвижен. Но затем медленно проверил содержимое карманов подростка, вытащив оттуда уже известный ему артефакт.
-Выйдем наружу.
Гарри ничего не оставалось, как стиснуть зубы, когда его вновь подняли в воздух. И уже за пределами Выручай-Комнаты Эндрю быстро привел в действие карту, напряженно освещая ее волшебной палочкой. Мгновение - и та выпала из рук. Поттер грохнулся следом, отбив вдобавок и подбородок.
-Чт… - Каресбиус отступил к стене, прижав ко рту трясущуюся ладонь. - Но это…
-Немедленно развяжи меня! - прорычал Поттер, дернувшись всем телом.
Эндрю мгновенно подхватил волшебную палочку, применив “Фините Инкантатем”. Гарри не стал расшаркиваться, лишь схватил за грудки ошалевшего слизеринца и впихнул его в приоткрытый проем Выручай-Комнаты. Оказавшись за закрытой дверью, Поттер, собрав всю обиду и ярость, впечатал кулак в челюсть пятикурсника. Тот отлетел назад, но удержался на ногах. Гарри накинулся на Каресбиуса, не жалея костяшек, решив собственноручно выбить всю дурь из его головы. Эндрю внезапно ответил не меньшей злостью, ударив Поттера в живот. Гриффиндорец согнулся, не ожидая ответной реакции, пропустив крепкий удар в и без того болевшую скулу. Испустив громкий и яростный вопль, Поттер накинулся на Каресбиуса, отшвырнув слизеринца к стене. Тот стукнулся головой, но отступать не подумал, повалив гриффиндорца на пол и как следует ударив того ботинком в неприкрытый бок. Правда, следующим броском, Гарри зарядил ругнувшегося Каресбиуса прямо в большое напольное зеркало. Тот успел прикрыть лицо руками, а стекло с громким звоном посыпалось на пол.
До содранных костяшек, до распухших губ, до болезненных синяков. Драка длилась недолго, и обессиленные избитые парни повалились на пол, тяжело дыша. Выплеснув злобу, Гарри смотрел на светлый потолок комнаты, ощущая шумное дыхание откуда-то сбоку. Под спиной хрустела зеркальная крошка, больно впиваясь в окровавленные ладони - похоже, гриффиндорец успел здорово пораниться при частых падениях. И все показалось ему таким нелепым, таким глупым, что Поттер попросту залился смехом. Эндрю повернул голову, бросив недовольный взгляд в сторону громко хохотавшего парня. Правда, через несколько секунд рассмеялся и сам, переполненный самыми неожиданными чувствами. Злоба, обида, сумасшедшая радость и всепоглощающее облегчение.
-Кончай ржать, припадочный. - Отсмеявшись, прохрипел Каресбиус. - Ты мне все ребра переломал. И где только у такого задохлика силы берутся?
-Скажи это моим отбитым органам. - Сквозь хохот выдавил Гарри, посмотрев на друга. - Я тоже рад тебя видеть.
Поттер хотел было встать, но заохал, схватившись за живот, и опрокинулся обратно. Нелепая попытка подняться вызвала еще один приступ болезненного смеха. Драка отняла все силы. Эндрю же не сводил с него глаз, будто видел подростка впервые в жизни. И его присутствие было чем-то невероятным. Одним из тех невероятных вещей, что называют “чудом”. Мысленно он уже успел похоронить Гарри, оплакать, проклясть и Темного Лорда, и слепого ко всему Дамблдора, и глупых преподавателей, которые не смогли уберечь ребенка, и даже самого Поттера. Поэтому и недолгая потасовка не стала чем-то из ряда вон выходящим, учитывая бушующие внутри эмоции. Отдышавшись, он с тяжелым стоном поднялся на ноги, подавая ладонь все еще весело фыркающему подростку. То ли от смеха, то ли от боли на глазах гриффиндорца выступили слезы. Гарри тяжело опустился на кровать, потирая болевший сильнее всего живот. Он с некой примесью гордости разглядел наливавшийся синевой фингал под глазом аристократа. На шее красовался неглубокий порез от осколков разбитого зеркала, а аккуратные ладони изранены подстать поттеровским. Всклокоченные пшеничные волосы отлично дополняли безобразную картину маггловской драки. Эндрю зашипел, выпрямляя спину - Поттер успел как следует приложить его о все поверхности чертовой комнаты. Слизеринец с досадой посмотрел на содранные костяшки и впившиеся под кожу мельчайшие куски стекла.
Гарри же с нездоровым весельем осматривал порушенные стулья и кровавые отпечатки ладоней на полу, с которого оба парня неоднократно поднимались. Тело и мышцы болели, а руки нестерпимо жгло.
-Где ты был? - Эндрю жадно смотрел на удивительно довольного парня, все еще не веря своим глазам.
Поттер сидел как ни в чем не бывало, разглядывая искалеченные руки и улыбаясь чему-то своему. Абсолютно материальный и совершенно точно живой.
-Один волшебник решил выпытать из меня тайны Темного Лорда. - Спустя какое-то мгновение начал свой рассказ Гарри, обратив взор на всклокоченного потасовкой слизеринца. - Ну и запер в каком-то подвале. А затем и Рона с Гермионой похитил.
-Да, знаю. Темный Лорд мне все мозги выпотрошил. - Поморщился Эндрю, - а потом вместе с Краучем куда-то сорвался. Я хотел помочь в поисках, но… Мне так ничего и не рассказали. И суток не прошло, как твой Пожиратель вернул их в школу.
-Как они?
Поттер подался вперед, не обратив внимания на резкую боль в районе поясницы. В глазах читалась искренняя тревога. Каресбиус покачал головой, внезапно потупившись.
-Уизли попросту послал меня, даже говорить не захотел. Гарри, я не уверен точно, но… - Пятикурсник замялся, не желая сообщать так жалобно смотрящему на него гриффиндорцу столь печальные новости. - Похоже, они даже не знают, что являются твоими друзьями. Прости.
Поттер не отвел взгляда, смотря с той же нежной печалью, а на разбитых губах затаилась улыбка. Гарри до безумия хотел увидеть их. Его семья. Его жизнь. Любимая Гермиона, любимый Рон. Чувства к друзьям заставляли сердце сжиматься от боли. Горящие огнем руки сжались в кулаки.
-Я знаю, Эндрю. - С трудом проговорил Поттер, чувствуя, как в глазах собирается прозрачная жидкость.
Он моментально зажмурился, смаргивая слезы - не хватало еще линзы выплакать. Гарри не заметил, как Каресбиус подсел к нему и осторожно приобнял за плечи. Слизеринец не был уверен, что Поттер позволит ему это, но смотреть на беспомощность, на горькие слезы избитого им же парня было тяжелым ударом. Эндрю неловко сжал худое плечо, поморщившись от боли. Гарри склонил голову, коснувшись взъерошенной макушкой щеки пятикурсника. Взять себя в руки вышло со второй попытки.
-Рон и Гермиона не попали бы в беду, не будь они моими друзьями. И я принял единственное верное решение, стерев им память. Мое будущее причинило бы им боль, а я не могу позволить моей семье страдать. Сириусу тяжело от моей связи с Темным Лордом, но он взрослый мужчина, с этим проще.
Каресбиус погладил уже не вздрагивающее от рыданий плечо, не зная что и ответить. У него не было столь преданных и любимых друзей, парень не знал, как поддержать гриффиндорца. Да и любые слова утешения вряд ли помогут. Но он слушал. Продолжал слушать тихий рассказ Поттера, не разнимая успокаивающие объятия. Эндрю не осуждал подростка за убийство, не осуждал за “Круциатус”. Но вот когда Гарри дошел до яда…
  
-Ты “что”!? - Каресбиус откинулся назад, заглядывая в лицо Поттера. - И ты выпил его? Да как ты…
-Мы это обсуждали с Реддлом. - Гарри неопределенно мотнул головой и тут же скривился. - Ну и кулаки у тебя. Вот ублюдок!..
Каресбиус мягко рассмеялся, не став напоминать, кто первым драться полез.
-И как же так вышло, что знаменитого Гарри Поттера не взял и смертельный яд?