Мы больше не проснемся (СИ)

-Что? А я-то что? - возмутился парень, заметив взгляд Грейнджер. - Мало ли кто на моего друга глаз положил? Будто нам этих двух слизеринцев не хватает! Да я им всем!..
-Ага, а девушек ты зачем отпугиваешь?
-Так они его не знают совсем. Подливают Любовные Зелья, лезут со своими чувствами.. Типичные бабы. Ну и пусть он популярный или даже симпатичный, зачем ему встречаться с какими-то незнакомыми и непонятными девчонками? Он может выбрать ту же Джинни. - Рон запнулся, а его лицо побагровело. На смену ревнивого друга пришел ревнивый брат. - Нет, пусть сначала просто дружат, ну а после школы..
  
-Даже не упоминай при мне свою сестру! Я поражаюсь, как ты спокойно относишься к ее поведению? И эти твои братья.. Позор! - возмутилась девушка. От праведного гнева, казалось, у нее еще сильнее растрепались волосы. - Они должны были поддерживать тебя во всем, а они..
-Да пусть делают, что хотят, мне-то что? - беспечно пожал плечами оборотень. - Мне вас хватает. Мы и раньше не особо дружили. Думаешь, если мы родственники, то не разлей вода? Из нас всех только близнецы все время вместе.
-Мерлин. - Пробормотал Поттер, прикрыв лицо ладонью.
“Опять они ругаются. Это надолго. И то, что они сказали.. Какой из меня гей? Меня не привлекают парни, меня не привлекают девушки. Бред! Да будь Том женщиной, я бы точно так же влюбился. Тут дело не только в его красоте или поле, я видел и ту обезображенную змеиную форму. Да Реддл вообще не человек! Мордред, время идет, а я голову всякими нелепостями забиваю. Поттер, очнись, наконец!”
-Ладно, увидимся утром. - “Я надеюсь на это.” - Прикройте мое отсутствие, если кто спросит.
-Да кому ты нужен? - шутливо фыркнул Уизли, - разве что парочке педиков в темном углу. Ай! Гермиона, стой, я же просто пошутил! Ладно-ладно, девчонкам он тоже по темным углам нужен, только не бей меня!
Поттер улыбнулся. Разговор с друзьями здорово приподнял настроение. Идти на встречу с таинственным незнакомцем со страхом и паникой нельзя. Махнув на прощение в шутку пихающимся друзьям, гриффиндорец вышел за портрет.
========== Глава 62. ==========
Гарри Поттер стоял на втором этаже, упершись руками в ледяной подоконник. Он разглядывал свое отражение в запотевшем стекле, что прорисовывалось призрачным силуэтом на фоне ночной тьмы и тусклого света факелов. Огонь придавал бледному лицу теплые нежные оттенки, но с той же силой он создавал гротескный контраст, делая тяжелый взгляд подростка еще более мрачным, тонкий излом до белизны поджатых губ хищным, а острые скулы болезненно резкими, будто по очертаниям лица волшебника прошлась грубая наждачка, накладывая пляшущие в своем безумии тени и мимолетные блики. Гарри почти не мигая смотрел в глаза своему отражению так долго, что практически не узнавал стоящего перед ним человека. Его мысли были далеко отсюда. До Хогсмида он успеет добраться за несколько минут - Карта Мародеров со всеми ее секретными проходами исправно исполняла возложенную на нее миссию. Время было, а значит стоило продумать некий план. Гарри не считал себя экспертом по части многоходовых комбинаций, но разум требовал остановиться, просчитать хотя бы несколько исходов развития событий. Реддла и Крауча в замке не было, а добраться до Гриммо он не успеет, да и нужных ему сейчас волшебников там может и не оказаться. Из-за Укрытия призвать Кричера невозможно, единственный выход - позвать на помощь домовика уже непосредственно за пределами Хогсмида. Поттер не сомневался, что разговор будет проходить далеко от замка. Незнакомец постарается действовать скрытно, дабы не привлечь внимание Волдеморта.
Во-первых, нужно узнать что же он задумал, сколько еще волшебников посвящены в эти тайны, почему он не выдал их Министерству Магии сразу. Он сумел разглядеть истинную личность Реддла, а значит это уже немолодой волшебник. Этот человек не с Ордена Феникса - Дамблдор бы не позволил ему действовать столь открыто, он не Пожиратель Смерти, но имеет к ним отношение. Он и не аврор. Иначе к чему этот спектакль с угрозами? Посторонних в Хогвартсе не было, если исключить Министерство Магии, а значит он проник в школу незаконно. Как? Почему тогда не выловил Гарри Поттера самостоятельно, находясь в замке? К чему все эти сложности? Он не мог знать, как поступит гриффиндорец. И это неоправданный риск. И только ради ответов в подростке просыпалось такое жгучее любопытство, что он отбросил прочь многочисленные сомнения. Послать сову Тому Гарри не успеет. Связаться с ним при помощи Черной Метки практически невозможно. Про заколдованный дневник волшебник решил старательно не вспоминать. Ему в любом случае придется разгребать эту кашу самостоятельно, надеяться лишь на собственные силы, каких у Поттера было недостаточно.
Во-вторых, еще одним главным вопросом являлась защита и тактика поведения. Его обыщут, а значит найдут Черную Метку. И что тогда? Притвориться Пожирателем Смерти под Оборотным Зельем? Но оно действует лишь час, и где гарантия, что его не бросят в темницу или не убьют? И что случится, когда этот неизвестный узнает некоторые особенности Гарри Поттера, что выживет и после второй “Авады Кедавры”? Волшебной палочкой пользоваться он не может, Карту Мародеров придется оставить в одном из потайных туннелей. По поводу Веритасерума Гарри даже не переживал. Это зелье чрезвычайно сложно достать, тем более сварить самостоятельно. “Империус” Крауча более-менее приелся, хоть и с огромным трудом, поэтому попасть под чужое влияние парень тоже не опасался.
Поттер медленно провел ладонью по лицу, вдавив дужки очков в переносицу.
“Этим должен заниматься не я. У меня в ушах все шумит, я не могу сосредоточиться.”
Гарри замер, удивленно оборвав сбивчивый поток мыслей. Другая его рука была поднята и касалась ледяного и сильно запотевшего от его дыхания стекла. Отняв правую руку от лица, гриффиндорец отошел на полшага от окна. На тонком стекле четко прорисовывалось надпись.
“Устрани их.”
Волшебник сжал в кулак ладонь левой руки, пальцы которой отдавали льдом - он собственноручно написал послание самому себе, даже не заметив.
-Реддл.. - Прошептал Поттер, продолжая пялиться на надпись. С ровных букв стекали тонкие дорожки маленьких капелек, сбиваясь в крохотную лужицу где-то на каменном подоконнике.
-Даже в таком состоянии ты.. - Он покачал головой, - как я, по-твоему, должен это сделать? Я не знаю, где сейчас Том. Но я даже рад, что он не в замке. Может, мне удастся немного оттянуть момент сражения?.. Не важно. Через несколько минут я отправлюсь на встречу с тем неизвестным волшебником, а мне даже колдовать не положено.
“Но мне вовсе не нужно колдовать.” - Скользнул тихий шелест мыслей. - “Достаточно слов. Брось, Гарри, ты же теперь научился так непринужденно врать! Ничего, я справлюсь. Нужно рассуждать логически. Он маг, первым делом воспользуется “Экспеллиармусом” или “Акцио”. Есть одно маленькое различие между миром волшебников и миром магглов.”
Гарри поспешно распахнул сумку, нашарив там обыкновенный кухонный нож, который парень стащил в поместье Блэков. Ни о чем таком он в тот момент и не думал - как раз в день отъезда с Гриммо между Пожирателями Смерти произошла очередная стычка, заставив Поттера с дуру схватить что первое под руку попалось. Небольшой нож не являлся достойной защитой перед опытными колдунами, но если те повернутся спиной.. Это и было различием. Маги не воспринимали всерьез маггловское оружие. Гарри осторожно обернул лезвие носовым платком и сунул ножик в ботинок, разместив его вдоль стопы. Ходить жутко неудобно, а жесткая рукоятка оставляла мозоли и синяки. Гарри внимательно осмотрел содержимое сумки, ища хоть что-то полезное. Чем он собрался обороняться? Перьями и мятым пергаментом?
  
“О, спешите дрожать и бояться, Гарри Поттер с железной зубочисткой, которой только картошку чистить да кур разделывать. Как те психи из маггловского мира вообще свои преступления совершают без волшебных палочек? У меня три исхода. Или я всеми правдами и неправдами продержусь до прихода Реддла, или нападаю с этой идиотской затеей и жалкой пародией на нож, или позволяю делать с собой все, что угодно. Дементоры подчиняются Волдеморту, по словам хоркрукса, найти свою смерть станет не так-то просто, а опасаться мне стоит только пыток. Наверное. Я не знаю. Я не люблю боль.”