Мы больше не проснемся (СИ)
-Гарри!
Похоже, лучшие друзья его отыскали раньше. Поттер резко обернулся в поисках позвавшего его, как вдруг мальчика стиснули в медвежьих объятиях, заставив уткнуться носом в чью-то грудь. Его тут же отпустили, не дав как следует испугаться за свою грудную клетку. Поттер поправил съехавшие очки и с удивлением узнал в высоком незнакомце улыбающегося от уха до уха Рона. Воскликнув от неожиданности, Поттер крепко обнял друга в ответ, чем вызвал хриплый смех рыжего мальчика. За лето он сильно вытянулся, и теперь был выше друга на целую голову. Гермиона стояла рядом, счастливо улыбаясь, глядя на воссоединение лучших друзей - она-то уже успела натискаться с новоиспеченным оборотнем еще в поезде, расспросив его обо всем на свете. Сам же Уизли был безумно рад увидеть лучших друзей. Все лето ему не позволяли встретиться ни с Поттером, ни с Грейнджер, объясняя это нестабильностью состояния оборотня. Но вот почему не разрешали писать письма - оставалось загадкой. Хотя, Фред однажды пошутил на счет сов, страстно уверяя всю семью, что Рональд непременно их растерзает (за что получил нагоняй от разъяренной таким отношением к собственному брату миссис Уизли). За эти бесконечные недели тревожных взглядов, постоянных вопросов о самочувствии, Рон успел как следует устать. Опаршивело, что на него смотрят как на смертельно больного, устал от сторонящейся его Джинни - та подслушала разговор родителей, которые не рассказали девочке всей правды в силу ее возраста. Дамблдор появлялся перед каждым полнолунием, исправно прослеживая принятие Уизли зелья, благодаря которому тот оставался в сознании, свыкаясь со своим новым телом - чувствовать четыре лапы, зубастую пасть и хвост было очень непросто. Однако чувство собственной исключительности грело душу - еще бы, его семье выделена большая сумма денег, на порог заявлялся сам Альбус Дамблдор, а в услужении Рона была мощная сила, которую тот даже и не подумал называть проклятием. Он всегда мечтал выделяться на фоне семьи, где каждый имел какую-то исключительную особенность. За прошедшее лето он еще больше вытянулся и сильно похудел - ему негде было наращивать мышцы, ибо даже в теле волка его запирали дома, хотя в полнолуние в нем бурлило столько энергии, что Уизли готов был выпрыгнуть прямо из окна, лишь бы пуститься в изматывающий бег. Поэтому он был вдвойне рад вернуться в Хогвартс - тут-то он и наверстает упущенное.
Гарри подавил в себе желание тут же начать расспрашивать друга - вокруг полным полно студентов, а его болезнь была тайной. В душе заворочалось сильное непомерное чувство вины и раскаяния, которое тут же отразилось на лице - скрывать свои эмоции Поттеру не удавалось никогда. Рон, заметив приближение извинений мальчика, закатил глаза - именно этого он и ожидал. И страшно не хотел.
-Черт, даже не думай. Нет. - Рон покачал головой, заметив открывшего было рот Поттера. - Не-а. Я не позволю тебе чувствовать себя виноватым, ведь это не так. Чушь собачья.
Гермиона сделала страшные глаза, призывая друзей немедленно заткнуться - нашли, где болтать! Гарри немного виновато оглянулся, решив для себя поговорить на эту тему завтра. Все равно этой ночью все заснут как убитые, плотно наевшись на приветственном пиру.
-Мерлин, как ты вытянулся. - Пробормотал Поттер, отступая на шаг назад и пристально разглядывая лучшего друга. - Скоро Хагрида догонишь, а?
Рон громко рассмеялся в ответ на шутку, из-за чего получил шутливый тычок в бок от шикнувшей на него Гермионы. Она следом за мальчиком обняла Гарри, тоже бросив в его сторону внимательный взгляд, явно дающий понять, что как только они останутся наедине, девушка непременно выпытает про тот случай в Косом Переулке.
-А ты как бледная поганка выглядишь. - Заметил Рон, сощурив глаза. - Все лето по подземельям проползал?
-Только не говори, что ты сам до этого допер. - Закатил глаза Поттер.
-Конечно, нет. Мне Герми сказала, что ты совсем дерьмово выглядеть стал. - Пожал плечами Уизли, подмигнув смутившейся девушке.
-Ну спасибо, Гермиона. - Гарри бросил на виновато потупившуюся подругу нарочито обиженный взгляд.
-Ладно, разберемся с твоими болезнями позже. Смотри, как я теперь могу! - Рон подхватил Поттера под мышки и легко поднял вверх, чем вызвал испуганно-возмущенный крик друга.
-Эй! Ну-ка поставь меня на место! Ты что, сдурел?!
Уизли захихикал над видом покрасневшего Поттера, покружив того на месте - похоже, вес Гарри не доставлял проблем оборотню. Грейнджер побледнела и вновь воззвала Рона к благоразумному поведению - на них уже недоуменно оглядывались. Отпустив возмущенного Поттера, Рон закинул руки на плечи друзей и повел тех к повозкам, не переставая счастливо улыбаться. Пока они добирались в своей карете до Хогвартса, поднялся сильный ветер, а за ним резко хлынул дождь - намечалась самая настоящая гроза. Поттер только успевал удивляться - всего несколько минут назад небо было кристально чистым! Поэтому они моментально вымокли, пока добирались от кареты до спасительной крыши замка. Рон не переставал ворчать, а когда на него обрушился шар с ледяной водой, и вовсе взбесился. Пивз радостно взвизгнул от своей шалости и принялся швырять шарики с водой в разные стороны, распугивая и без того насквозь промокших студентов. Гермиона и Гарри на силу успокоили Уизли - похоже, вместе с быстрым ростом и более низким голосом к нему добавилась крайняя вспыльчивость. Настроение Золотой Троицы заметно улучшилось, когда они, наконец, устроились за своим столом в Большом Зале.
Гермиона внимательно посмотрела на преподавательский стол.
-Смотрите, это наш новый преподаватель по ЗОТИ?
Гарри с Роном одновременно вскинули головы, с удивлением проследив направление взгляда подруги. И правда, в вереницу знакомых лиц затесалось совершенно новое - женщина с мышиного цвета волосами и понурым видом. Глаза казались покрасневшими и опухшими, а кожа бледной. На ней не было и намека на макияж и прическу. Женщина выглядела даже беднее профессора Люпина, но не из-за мантии. Новая преподавательница казалась неухоженной, увядшей, пустой.
-Странная она. Видел ее уже где-то… А, черт, и верно. Это же любимица Грозного Глаза.
Друзья удивленно посмотрели на рыжеволосого парня.
-О, только не говорите мне, что не слышали об Аласторе Грюме! Это же тот психованный аврор, что умудрился умереть у себя дома. Родители были в шоке. - Уизли содрогнулся. - Па о нем хорошо отзывался. Хотя это не умаляло его чокнутости. Но дед был чертовски силен, столько историй про него слышал! Даже жалко, что подобный человек умер такой нелепой смертью. - Подытожил Рон и вновь обратил свое внимание в сторону нового профессора. - По-моему она не потянет этот год. Кожа да кости! Выглядит как невилловский зачахший куст. Она была близка с Грозным Глазом, чуть ли не отцом его считала! Может, он и научил ее всяким крутым штукам… Но ты только глянь на нее!
-А что не так? - Гарри тоже разглядывал незнакомку, внешность которой была настолько неприметной, что в воспоминаниях ее образ ложился лишь нечетким серым пятном.
-Видно, что она убита горем. - Ответила вместо Уизли Гермиона. Она сочувственно покачала головой. - Какой кошмар. Очень жалко ее…
Гарри только пожал плечами, мысленно прогнав прочь нервное напряжение - страх быть уличенным в преступлении, к которому был причастен: он знал о предстоящем убийстве и никого не предупредил. Он позволил смерти состояться. После песни Распределяющей Шляпы и распределения первокурсников по факультетам, столы, наконец, наполнились едой, вызвав довольное восклицание со стороны Уизли. Гермиона и Гарри с недоумением во взгляде наблюдали, как парень резво накинулся на еду.
-Тебя что, дома совсем не кормили?
-В большой семье клювом не щелкают. - С трудом выговорил Рон, - у нас животов хватает. Ты даже не представляешь, сколько съедают эти придурки за раз.
Волшебник кивнул в сторону близнецов, которые с таким же аппетитом поглощали все, до чего могли дотянуться. Гарри посмотрел на Реддла. Теперь-то все будет хорошо. Ему не придется вливать в слизеринца собственную магию, дабы не позволить хоркруксу погрузиться в забвение, а того и вообще - исчезнуть. Осколок внутри самого мальчика поведал, что “уродец” либо вернется в прежнее состояние - слившись с дневником, либо пробудится, инстинктивно защищаясь, а это могли заметить преподаватели, из которых капля по капле начнет уходить магия. Дремавший в своем незнании Первый Хоркрукс не мог опустошить студентов - магия уходила сразу из всех по незначительным крупицам, восстанавливаясь еще быстрее, поэтому заметить подобное было невозможно. И Хогвартс за пару дней растеряет свою неприветливость для мальчика - другие, похоже, не замечали изменений в родной школе.