Милан. Том 6 (СИ)

Сделав несколько раз тройной аксель, уже более чисто, Люда подъехала к бортику и остановилась перевести дух на пару минут. Смелая в это время начала прыгать четверные тулупы. И надо сказать, только сейчас Люда обратила внимание, что Смелая прыгает их с разной степенью чистоты. В первую очередь ошибка Сашки была в том, что она невысоко поднималась над льдом, иногда не докручивала половину оборота и падала. Кажется, раньше за ней такого не наблюдалось. Возможно, сказывалась акклиматизация. Сама Люда себя чувствовала всё так же плохо. Однако, когда начала тренироваться, вроде бы, кровь разогналась по телу и состояние более-менее улучшилось.
  
Все квадотулупы Смелой, что называется, были на тоненького, и, естественно, Брону это не понравилось.
— Саша! Переведи дух! — крикнул тренер. — Мне кажется, ты устала.
Смелая согласно кивнула головой, подкатила к Людмиле и остановилась рядом с ней. Две подружки-соплюшки стояли и смотрели на свои плакаты, висевшие на балконе, как раз напротив них. Смотрели и понимали, что для того, чтобы остаться висеть здесь, нужно очень и очень много работать…
… Несмотря на то, что тренировка получилась относительно тяжёлой, всё-таки можно было поставить её в плюс. На протяжении трёх часов, с перерывами на отдых, Люда и Сашка испробовали все прыжковые элементы своих программ, в том числе и каскады. Все они получились с разной степенью надежности. Падала и Люда, полируя лёд задницей или выезжая в степ-аут, падала и Сашка. Но потом они вставали, снова заходили на прыжок и, как правило, делали его либо чистым, либо условно чистым. В конце тренировки всё-таки процент чисто исполненных прыжков стал выше.
— Всё! Тренировка закончена! — крикнул Брон и хлопнул в ладоши. — Вы свободны. В понедельник встречаемся в Шереметьево, в 8:00 утра. Прошу ничего не забывать и не опаздывать.
В это время открылась дверь катка, и на арену с шутками высыпала толпа одногруппников. У них как раз закончились не только ОФП, но и хореография. Да и, похоже, на обед уже успели сходить. Едва Люда успела подумать об обеде, сразу почувствовала, как свело желудок от голода. Она ведь с самого утра не ела, только упорно каталась, и прыгала, прыгала, прыгала!
— Самуил Даниилович, а там в раздевалке кто-то ручку оторвал! — пожаловалась Лиза Хромова. — Сейчас в раздевалку очень проблематично попасть, если только пальцем дверь отковырять.
— Ручку оторвал… — Брон с подозрением посмотрел на смущённо потупившихся Людмилу и Сашку. — Хорошо, сейчас я скажу плотнику, пусть займётся. А вы сейчас приступайте к разминке.
… Раздевалку действительно открыть было очень сложно без ручки, но не невозможно. Например, можно было сунуть лезвие конька между дверным полотном и косяком. Тогда дверь очень легко открывалась. Лайфхак!
— Что, может, пожрать сходим? — предложила Смелая.
— Давай! — согласилась Людмила. — Сейчас пока до дома дотащишься по этим пробкам, помрёшь. А там ещё и готовить придётся. Пошли в это кафе «Космос», давно там уже не были.
Что может подстёгивать к жизни, как не мысль о том, что скоро будет обед, состоящий из вкусной здоровой еды? Сашка с Людмилой быстро переоделись в уличную одежду и вышли в фойе, где их опять встретили несколько мам, которые поджидали юных фигуристов.
— Вы смотрите, это же Аря с Сашей! — восторженно сказала одна из мам. — Ой, девчонки, подождите пару минут. Я вас поздравить с успешными соревнованиями хочу.
Люда со Смелой остановились и выслушали поздравление от родителей юных фигуристов. По всему видно, им было лестно, что их дети учатся с такими прославленными спортсменками. После того как вместе сфотографировались, Люда со Смелой направились в кафе, в котором, как всегда, царила атмосфера позднего СССР, время, казалось, остановилось в этом месте. Подружки разделись, сели за стол, дождались, когда придёт официант, и сделали заказы.
Заказы у обеих как под копирку состояли из простой еды: тушёная картошка с капустой и большая порция бефстроганова, салат из свежих овощей, морс из черники, классический кекс с изюмом.
— Нужно в блог написать! — заявила Смелая, достала телефон и начала снимать. — Итак, дорогие друзья, вас приветствует влог «Две подружки-гурманушки». Сейчас мы находимся в нашем любимом кафе «Космос», у катка. И, как вы видите…
Сашка направила камеру телефона на блюдо стоявшие на столе.
— Как вы видите, мы заказали самые простые блюда из массового общепита! — уверенно заявила она. — Но мы их заявили не потому, что здесь нет, например, стейков из норвежской сёмги или каких-нибудь лобстеров. Мы это заказали, потому что нам так нравится! А стейками и лобстерами мы объелись ещё в Америке! Нам они уже не лезут! В Штатах классно кормили!
Смелая хихикнула и отложила телефон. Люда иронично покачала головой и приступила к еде. Она уже примерно знала, какие комментарии к этой видеозаписи оставят фанаты…
  
Глава 19
 
В Свердловск!
 
Вечером Люда спросила у мамы, как обстоят дела с футболками. Задала один ничего не значащий вопрос, а получился занимательный разговор с последствиями.
Анна Александровна, на удивление, этим вечером занималась делом: стояла в своей комнате перед мольбертом и что-то рисовала. Одета в футболку, шорты, на голове платок, по-видимому, для того, чтобы не замазать волосы в краске. Похоже, на маму напало вдохновение!
— Какие футболки, милая? — обернулась Анна Александровна.
Люда чуть не засмеялась: на лице у неё тоже была краска: похоже, случайно задела рукой.
— Ну, про которые ты говорила, — напомнила Люда. — Ты хотела везти их в Свердловск, чтобы продавать или в трибуны бросать.
— Милая, я, конечно, понимаю, что ты иронизируешь, но нельзя же это делать так бесхитростно, — пафосно ответила Анна Александровна. — Там каток совсем маленький, и трибуны при нём, максимум на 100 мест, лишь для своих. Почти такой же каток у нас был в Екатинске. Наверняка там зрителей-то не будет, ради чего туда что-то везти?
— В Екатинске… — задумалась Люда. — Но я… Помню…
Она хотела добавить, что прекрасно помнит, какой был тренировочный каток в ДЮСШОР №1, но, естественно, промолчала. Однако некий план появился уже сейчас. Что, если попросить маму съездить в родной город? Как она отнесётся к этому? К сожалению, Люда подумала, что отнесётся она крайне негативно, так как разговор на эту тему заводился неоднократно, и мама всегда отвечала, что история с Екатинском закончена окончательно и бесповоротно. Что в одну реку невозможно войти дважды и возвращаться на Урал она не собирается.
— Нас там никто и ничто не ждёт! — неожиданно ответила мама, как будто догадавшись, о чём думает дочь. — И мои родители, и мои друзья, и знакомые, все, кого знали со Стасом, и с кем мы более-менее общались, покинули этот город. А кому-то и сами помогли покинуть. Понимаешь, мне трудно сказать, но действительно, права пословица: в одну реку войти дважды невозможно. Чисто теоретически рассуждая, что я там увижу? Предположим, приеду я в свой микрорайон, увижу те же самые девятиэтажки, ту же школу, всё то же, только люди будут другие. Меня охватят безрадостные воспоминания о былом, я буду грустить.
— Почему ты так хочешь отбросить своё прошлое? — твёрдо спросила Люда. — Что тебя печалит?
— Потому что я сейчас стала другим человеком, — мама положила кисточку на полочку мольберта и сняла перчатки, все сплошь в краске. — Понимаешь, сейчас мой мир находится здесь, передо мной. Мой мир — ты, твой отец и твой брат. И вокруг этого центра мироздания мои друзья и знакомые. Екатинск выпал из этого круга. Иногда… Иногда я вижу какие-то тёмные, страшные сны, как будто я никуда не уехала из этого города, как будто он стал какими-то развалинами, в нём нет людей, нет Макса, нет Саши, нет Люды, нет никого, только печаль и разруха, и как будто я среди всего этого осталась совсем одна, работаю со Стасом на страшном заводе и живу в печали и ежедневной тоске. Это так страшно…