Гений Медицины. Том 3 (СИ)

Задумавшись, он не сразу услышал, как в ординаторскую кто-то зашёл. Мало ли, кто из сотрудников решил чаю попить.
— Так, личная вещь любимого, его волос и его кровь, — внезапно услышал он женский голос. — Только чтобы Костя не заметил.
Так, стоп. Только что произнесли имя хозяина. А зачем это этой женщине его волос и кровь? Голос незнакомый, явно не та драная кошка, которая пыталась совратить хозяина.
  
В сумку нырнула женская аккуратная рука, и крыс еле успел забиться в угол сумки. Только бы не заметила!
К счастью, женщина быстро нащупала ручку хозяина, и вытащила руку.
— Так, волос я уже собрала, ручка сойдёт за личную вещь, — чуть тише произнесла она. — Остаётся кровь. Костя станет моим, это написано в моей судьбе. Просто придётся его немного подтолкнуть. Приворотным ритуалом.
Ну и разговорчивая она!
Эта женщина хочет приворожить хозяина? Нет, Клочок уже привык, что хозяин его нравился многим. Но не до такой же степени. И что она там болтает про судьбу?
Надо проследить, откуда она вообще пришла. Крыс аккуратно вылез из сумки и направился вслед за женщиной.
Красивая она, и пахнет знакомо. Стоп, так это же запах той женщины, которую сватал в невесты отец хозяина? Клочок тогда был в сумке, но запах запомнил.
Точно, а ведь хозяин рассказывал, и про ВИЧ, и про свои планы её вылечить.
Всё это обязательно надо ему доложить. Можно даже не следить за ней дальше. Крыс снова задумался, а потому забежал в вентиляцию чуть медленнее, чем обычно.
— Крыса, — услышал он женское аханье за спиной.
Вот чёрт. Его что, всё-таки обнаружили?
* * *
Мы с Зубовым зашли в ординаторскую. Вальяжно разложившись на диване, нас уже ждала Ирина.
— Ну наконец-то, — вздохнула она. — А то я ведь и в полицию могу обратиться. Но решила всё решить полюбовно.
И снова она показывает своё истинное лицо. Вообще я думал подыграть ей, сделать вид, что мы с ней подружились. Чтобы узнать, что они с Антоном и Шуклиным дальше задумывают.
Но из-за загруженности этих дней не успел. А она времени зря не теряла, решила устроить этот спектакль. Теперь и мои планы изменились. Что ж, посмотрим.
— Какие именно обвинения вы хотите предъявить моему интерну? — поинтересовался Зубов.
— Он пытался меня… соблазнить, — ответила Ирина.
Я едва сдержал смех.
— И каким образом я это делал? — поинтересовался я. — Обаятельно улыбался и смешно шутил?
— Нет, вы… позвали меня в комнату санитарок. И там… распустили руки, — ответила Ирина. — И у меня есть свидетель!
Ну кто бы сомневался. Я даже могу легко угадать. Кто же тут выступает в роли свидетеля.
Девушка достала телефон и принялась быстро кому-то звонить. Зубов использовал эту минутку для личного разговора.
— Константин, что здесь происходит? — поинтересовался он.
— Меня пытаются обвинить в домогательстве, — пожал я плечами. — Дело житейское.
Меня эта ситуация больше развлекала, чем доставляла хоть какие-то неудобства. Антон совсем отчаялся, раз послал сестру на такие крайние меры.
Впрочем, с самим Антоном я планировал поговорить по душам. Не знаю, раскопал что-нибудь Клочок или нет, но предыдущий Боткин явно сильно его задел, раз он до сих пор успокоиться не может.
В ординаторскую зашёл красный как рак Шуклин, и опустив голову, сел рядом с Ириной.
— Вот мой свидетель, — заявила девушка. — Доктор Шуклин, скажите им.
Он нехотя поднял голову, и перевёл взгляд на меня и на Зубова. Я смотрел безо всякой злости или ненависти. И это что-то в нём сломало.
— Нет! — выкрикнул он. — Никакой я не свидетель! Эта девушка всё придумала, чтобы подставить Боткина! И попросила меня подыграть. Но я отказываюсь!
Ух ты. А вот этого я сейчас не ожидал. Не думал, что Шуклин внезапно решит признаться в том, что эта история подставная.
А ему хватило смелости.
— Ты что такое несёшь? — зашипела на него Ирина.
— Ты меня не запугаешь, — Шуклин выглядел испуганным, поэтому эти слова прозвучали не очень убедительно. — На такое я не подписывался, нет! Разбирайся сама! Константин, Михаил Анатольевич, я тут не при чём. Я и пошёл работать!
Он вскочил и пулей вылетел из ординаторской. Ну ничего себе!
— Что теперь расскажете про домогательство? — поинтересовался я у Ирины. — Например то, как вы сами позвали меня в комнату санитарок, и с какой целью? А может, поговорим о нашей предыдущей совместной истории?
Зубов уже ничего не понимал из нашего разговора. Зато Ирина, разумеется, поняла всё.
— Нет, я ошиблась, никакого домогательства не было, — прошипела она. — И я увольняюсь. Всего доброго.
И она выскочила вслед за Шуклиным. М-да, вот это спектакль. И он окончен.
— Константин, что за истории вокруг вас постоянно такие невероятные? — удивлённо спросил Зубов.
— Сам удивляюсь, — усмехнулся я. — Но в этот раз я не при чём.
Хотя… на самом деле ещё как при чём. Но наставнику об этом знать не обязательно.
— Не важно, я всё равно не собирался верить в эту чушь, — отмахнулся Зубов. — Харассмент, это ж надо такое слово ещё выучить было. Ладно, пойдёмте работать.
Он вышел из ординаторской, а я сразу же подошёл к сумке.
— Клочок, ты тут? — шёпотом спросил я.
— Хозяин! — раздался радостный писк из сумки. — Это правда ты! А то я тут такого натерпелся!
Слава Великому Ткачу, крыс в порядке.
— Ну что ты опять учудил? — усмехнулся я. — Ты в курсе, что тебя чуть не потравила служба дератизации?
— Потому что меня заметили, — признался Клочок. — Но это всё было не просто так!
Он рассказал мне, что успела учудить Фетисова. Ну вот никак ей неймётся. Я полагал, что она всё-таки успокоилась. Сконцентрировалась сейчас на своей болезни.
Вот я, например, сконцентрировался на её болезни. И искал способы её вылечить. А у неё совсем другие проблемы в голове…
— Ты молодец, что всё это заметил, — похвалил я крыса. — Я разберусь. Ты пока отдыхай, не высовывайся. Следующие несколько дней вообще придётся дома тебе посидеть.
— Да я уж понял, — кивнул тот. — И, я так понимаю, про Антона больше искать ничего не надо?
— Будет время — поищи, — серьёзно ответил я. — Чем-то предыдущий Боткин ему сильно насолил, раз он на такие отчаянные меры решается.
— Принято, — козырнул Клочок.
Он залез назад в сумку, а я направился к госпоже Фетисовой. Вся вот эта история с моими волосами и кровью мне вообще не нравилась.
Приворотных ритуалов и не существовало в принципе. Существовало запрещённое зелье, заставляющее испытывать непреодолимое влечение к человеку, но эффект был ограничен по времени.
Но Маргарита Александровна явно задумала что-то другое. Начиталась в интернете каких-то неправдоподобных способов приворота.
— Добрый день, — решительно зашёл я к ней в палату. — И как же вы, мне интересно, хотите заполучить мою кровь?
— О чём вы? — побледнела она.
— Я всё знаю, — вздохнул я. — И про украденную ручку, и про волосы, и про приворот. Маргарита Александровна, ну зачем вам это?
Она побледнела ещё больше и тяжело вздохнула.
— Я общалась с одним пророком, — призналась она. — Он настоящий специалист, хоть эта магия сейчас и под запретом. И он сказал мне, что мы с вами связаны. Наши судьбы переплетены.
В пророков я верил. Они существовали и две тысячи лет назад. Очень редкая магия, и обычно такие люди были очень востребованными и популярными.
Я и сам однажды ходил к такому, и он увидел в моей судьбе высокий подъём, а затем сильный спад. Только не пояснил, что спад — это смерть от рук ученика.
— И этот пророк прямо так и сказал, что мы с вами будем вместе? — уточнил я. — А зачем тогда эта глупая идея с приворотом?
  
— Он лишь сказал, что наши судьбы переплетены, — отозвалась Фетисова. — Сколько бы я не спрашивала — про любовь он не сказал ничего. Но надо же как-то повлиять на ситуацию! Я люблю вас, и должна добиться взаимности.