Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления

Войдя в ресторан, Фрэнк сразу увидел Гэри. Вернее, не самого Гэри, а его затылок и волосы, которые он смазывал гелем или чем–то еще, чтобы они хорошо лежали и блестели. Он сидел за столиком на двоих в глубине ресторана у самого холодильника. Фрэнк сел у стойки бара, остановил пробегающего официанта и заказал кофе.
— Хотите печенья, очень хорошего?
— Нет, только кофе, — отказался Фрэнк.
  
Он уже где–то видел этого официанта, но не в ресторане, и никак не мог вспомнить, где это было. Может быть, коп. Но по тому, как он вел себя, этого не скажешь.
Он сидел примерно в десяти футах от столика, где был Гэри. Тот ковырял вилкой в тарелочке с китайским кушаньем. В ресторане было шумно, и Фрэнк не мог расслышать их разговора. Казалось, что больше говорит человек, сидящий с Гэри за столом, и он же, видимо, звонил по телефону.
Фрэнк отпил кофе и как бы случайно посмотрел в их направлении. Тому человеку было под пятьдесят. Он был одет в коричневую спортивную куртку и брюки. По виду он мог быть кем угодно — копом, бизнесменом, продавцом наркотиков. Пилотом вертолета. Отставным священником… Кем угодно. Мужчина поднял глаза и встретился взглядом с Фрэнком, который тут же отвел взор и уставился в телевизор, висящий на стене. Шел конец девятой подачи, и счет был семь — шесть в пользу «Янки». Фрэнк еще раз посмотрел на того человека. Тот не спускал с него глаз. Фрэнк занялся своим кофе. Что–то было во взгляде незнакомца. Похоже, смотря на Фрэнка, он о чем–то догадывался.
— Вам понравился кофе? — Это был официант.
Фрэнк все–таки вспомнил, где его видел. Или, по крайней мере, похожего на него человека. Это артист, который играл роль друга Джека Лорда в старом телевизионном сериале «Гаваи Пять–О».
— Хороший кофе, — ответил Фрэнк.
— Хотите еще сливок?
— Нет, все о'кей.
— Если вам не понравился кофе, я не возьму с вас ничего, ни пенни. О'кей?
— О'кей.
Официант поднял брови и посмотрел через плечо Фрэнка. Тот повернулся на своем стуле и увидел, что к ним шел Гэри. Руки в карманах, изо рта торчит зубочистка. Стол, за которым они сидели, был пуст.
— Где этот тип? — спросил Фрэнк.
Гэри ответил:
— Не строй озабоченное лицо. — Он передал Фрэнку коричневый бумажный пакет весом примерно в полфунта.
— Что это?
— Образец его товара. На первый случай пять лет тюрьмы.
— Или полфунта соды.
— Может быть, — сказал Гэри. — Но не думаю.
Фрэнк бросил доллар на стойку, и они направились к выходу.
— Нам бы схватить его, — сказал Фрэнк. — И тогда мы легли бы спать счастливые.
— Или получили бы пулю в колено, как Ренделл Демойн.
Гэри подождал, пока Фрэнк откроет ему дверь, и вышел на тротуар.
— У него был пистолет?
— Автоматический. Двадцать второго калибра. Сунул мне его в живот, когда я садился за стол. И все время, пока мы говорили, так и держал его направленным на меня.
— Откуда у него двадцать кило?
— Нашел на берегу. Хочет пятьсот тысяч. Завтра придет совершить обмен.
На широком лице Фрэнка отразилось недоверие.
— Он что, согласился прийти к нам?
— Вот именно!
— Один? И думает, что вы добрый дядя, который отдаст ему наличными?
— У него есть друг. И запись разговора в ресторане. Если он не выходит через две минуты, друг звонит в полицию. Все им рассказывает и передает ленту с записью. — Гэри пожал плечами. Все это было непривычным для него. — Он чертов бизнесмен, Фрэнк. Его цена слишком низка, чтобы торговаться, и он это знает. Но в городе большой спрос, и я могу поднять цену, чтобы компенсировать этот расход.
— Хорошая мысль. А вы и в самом деле пойдете на этот обмен?
— Я в уик–энд оставил полмиллиона в Лас–Вегасе. Этот парень поступает разумно, и я легко иду на это.
— Полмиллиона, — сказал Фрэнк.
Он полагал, что будет вдвое больше. А с другой стороны, при такой сумме не придется делиться с Нэшем, и это хорошо.
— Ну, а ты что бы сделал?
— Сказал бы ему, что он продешевил. Можно было запросить больше.
Гэри рассмеялся и хлопнул Фрэнка по спине с такой силой, что тот был вынужден сделать шаг вперед. Они прошли по Десятой авеню к автомобилю. Фрэнк развернулся, и они поехали на Драммонд–Драйв.
Саманту они застали в кухне стоявшей у автоматической соковыжималки. Она бросала в нее флоридские апельсины и выпускала сок в высокие бокалы для хайбола, полные ледяных кубиков. Она смешивала коктейль так же быстро, как и уничтожала его.
— Сделай три, — сказал ей Гэри.
Он наклонился над ней, поднял ее волосы, обнажив шею, и ударил по ней достаточно сильно, чтобы она заплакала.
— Эй, ну что я тебе сделала?
— Да от тебя можно ожидать чего угодно!
Его рука скользнула по груди Саманты, и он подмигнул Фрэнку. Тот демонстративно смотрел в сторону. Саманта продолжала класть апельсины в соковыжималку. Гэри выждал несколько секунд, принимая решение, вытянул руку из–под свитера Саманты и указал на холодильник.
— Я едва тронул эту китайскую еду в ресторане. Они завернули мне кое–что с собой. Положили в ихнюю коробку из вощеной бумаги с проволочной ручкой. Хочешь чего–нибудь поесть, Фрэнк? Бургер, например, с ветчиной, сыром и жареными овощами?
— Слишком поздно, я пойду спать.
— Да?
— Боюсь расстройства желудка.
— Дерьмо! — Гэри сунул Фрэнку двухфунтовый пакет сырых гамбургеров. — Займись–ка готовкой, дорогой.
Он подошел к Саманте и взъерошил ее волосы.
— Хочешь бургер, золотко?
— Нет, спасибо, Гэри.
Гэри произвел шипящий звук, как неповоротливая змея на дороге, по которой быстро мчались машины.
— Сделай три штуки, Фрэнк.
Фрэнк наклонился над шкафчиком, как неопытная горничная, которая отыскивает запропастившуюся сковородку. Он кивнул, но ничего не сказал и старался выбрать такое положение, чтобы Гэри не мог видеть его глаза. Потому что, если бы Гэри прочитал его мысли, он, Фрэнк, немедленно вылетел бы в дверь. А Фрэнк не хотел раскрываться раньше времени. Гэри быстр и ловок.
Недаром же он пробегает все эти мили. Да и время еще не пришло. Вот завтра вечером он позаботится о Нэше, да и о любом, кто окажется поблизости. Захватит героин и деньги, а потом уберет и Гэри. Застигнет его врасплох. Убьет жестоко, но быстро.
Да, жестоко. Но быстро.
Они сели за кухонный стол и стали есть гамбургеры и чипсы и пить то, что, по смутному представлению Саманты, было коктейлем «Том Коллинз». Мясо было пережарено, и в коктейле слишком много джина, но Гэри сконцентрировал все внимание на манерах Саманты.
— Эй, детка! Это тебе стол или еще что–нибудь? Фрэнк!
— Да, Гэри.
— Она ест как птица, не находишь?
Фрэнк выжидал.
— Ест как паршивый пеликан! — Гэри рассмеялся, и смех его был похож на звук закрываемой крышки мусоропровода. К подбородку прилип кусочек гамбургера. Он вытерся рукавом. — Ты знаешь, Фрэнк, что надо делать, когда кто–нибудь давится слишком большим куском мяса?
Фрэнк покачал головой. От этого коктейля у него разболелась голова, череп словно разваливался. Он встал и пошел к холодильнику.
Гэри, ткнув Саманту в бок, заставил ее вскрикнуть.
— Это что, твоя последняя летняя еда? Ты сейчас нажрешься до отвала, а потом залезешь под стол и впадешь в зимнюю спячку прямо до весны, да?
Он подмигнул Фрэнку, но тот предпочел не заметить и занялся пивом. Он все это уже не раз видел. Сначала Гэри изощрялся словесно, а потом, если считал, что его не понимали, переходил к кулакам. А Саманта как ни в чем не бывало ела свой бургер.
Когда Гэри все наконец съел и выпил, рыгнул и утратил критический настрой, он вспомнил о делах.
— Надо раздобыть кого–то, кто понимает толк в этих вещах.
  
— Лучше всего химика, — вы думаете, он хочет надуть нас?
— Зачем ему рисковать? С другой стороны, почему мы должны беспокоиться? Позвони Ренделлу, пусть пришлет кого–нибудь.
— Когда?
— Завтра вечером.
Гэри поглаживал руку Саманты, перебирая пальцами, как большой паук, и оставляя следы на ее теле.