Ловушка для артефактора

– А Лика? – голос прозвучал пискляво, отчего я сама поморщилась. – Что с Ликой?
– Она в полном порядке. Все сделала, все как надо – Ролана взяли. Вот только Подавитель видел тебя, а не твою подругу, – этот факт он выделил голосом особенно, напоминая об иллюзии, – и он захочет отомстить. Конечно, ты можешь меня не послушать – насильно заставить тебя уехать я не могу, долг академии ты выплатила. Но прежде чем отказаться от моего предложения, уясни: до тех пор, пока не пойман Подавитель, все твое окружение под ударом. Друзья, знакомые, просто мимо проходившие – не важно.
  
– Что вы предлагаете? – спросила глухо, казалось, уже смирившись с любым возможным вариантом.
Хуже жизни в гномьих горах ничего не может быть. А я там двухмесячную практику отбыла!
– Ты подписываешь контракт на год и отправляешься в качестве штатного артефактора на границу разлома. Там он тебя не достанет. Но размышлять некогда, ответ мне нужен сейчас. Я должен убедиться, что ты справишься с поддержкой защитного купола.
Что я там говорила, хуже и быть не может?
Может!
В первое мгновение я хотела отказаться – отправляться в закрытую от остального мира зону очень не хотелось. Может, Подавителя поймают уже завтра, а мне у разлома куковать целый год? А как же мои планы? Мой домик, мастерская, амбиции?
Но стоило только представить, что из-за моего малодушия пострадают Злата, Лика или Тасьяна, как внутри все похолодело. Паника почти сразу отступила, мозги начали выполнять свою прямую обязанность – думать.
Так, ладно. Что я знаю об артефакторах, работающих на границе? Во-первых, многие коллеги по «цеху» мечтают попасть туда – тем, кто следит за артефактами, подпитывающими защитный купол, платят очень хорошие деньги. Во-вторых, маги рвутся к разлому, невзирая на опасность, чтобы изучить темную энергию, просачивавшуюся в наш мир сквозь защитный купол, и ее влияние на магические потоки, а также увидеть драконьи артефакты вживую. Это ведь настоящее раздолье для научной деятельности! Правда, двое таких престарелых деятелей пару десятков лет назад «доковырялись» и испортили плетения. В результате купол рухнул, а через образовавшуюся брешь хлынули жуткие твари. Погибло очень много людей, включая, как оказалось, моего отца.
В конечном итоге защиту восстановили, тварей уничтожили, а вокруг купола образовалась так называемая серая зона. Дополнительный рубеж на случай прорыва и непреодолимая преграда для не в меру любопытных искателей приключений, ученых и желающих пощекотать нервишки. Попасть в серую зону теперь можно, только имея особый пропуск, не говоря уже о том, чтобы пройти к самому разлому. По этой же причине отбор кандидатов ужесточился. Что касается артефакторов, то это квалификация не ниже мастера и обязательное умение работать со сложными плетениями. И еще десяток разных пунктов, начиная от проверки у целителей, стрессоустойчивости и приличной физической подготовки и заканчивая собеседованием с распределительной комиссией. Уже после первых двух пунктов отсеивалась большая часть желающих, до последнего доходили единицы. И мне предлагается разом перемахнуть через эту мороку?
– Иветта, мне нужен ответ, – выдернул из размышлений Верховный, который по-прежнему держал сферу тишины.
– Можно подумать, у меня есть выбор, – вздохнула я, смирившись со своей участью. На самом деле выбор есть всегда, но в данном вопросе Верховному я доверяла. Были бы еще варианты – предложил бы, а не возился лично и не пытался защитить. Чувствует вину за то, что упустили негодяя? В любом случае мне это только на руку. – В конце концов не все так плохо! – улыбка вышла чуть кривоватой. – Может, я напишу научный труд за этот год?
– Мне нравится твой настрой, – рука мужчины чуть дернулась, словно он собирался потрепать меня по голове, но вовремя спохватился. Эта мысль меня развеселила, и я окончательно успокоилась. – Думал, испугаешься.
– Кого? – пожала я плечами. – Если вы про тварей, которыми кишат те места, так боевые маги их в капусту нашинкуют. Скорее уж нужно опасаться реакции этих самых магов на вступление в их ряды девчонки с мизерным даром.
Верховный с непонятной усмешкой взглянул на меня, после чего выдал:
– Ну тут уж от тебя все зависит. Команда уже сплоченная, ребята хорошие. Командира я знаю лично, уверен, вы с ним сработаетесь! – во втором восклицании послышалось веселье, причин которого я не поняла.
Но заострять внимание не стала. Мало ли что у человека, который не спал пару суток, на уме? Может, так у него стресс выходит?
– Так что, ты согласна?
– Да. Но понятия не имею, как буду защищать звание статуса мастера, – развела я руками. – В конце концов, у меня даже наставника нет!
– Раз уж сложилась такая ситуация, думаю, члены комиссии будут не против, если заявку от твоего имени подаст грандмастер Валленштайн. А еще у меня для тебя есть вот это, – и он, как иллюзионист, вытащил из кармана темных брюк две половинки прототипа. – Полагаю, восстановить артефакт будет проще, чем собрать с нуля?
Разинув рот, я в полном обалдении смотрела на ладонь Верховного. И лишь закивала не в силах вымолвить ни слова, забирая сломанный артефакт, который так круто изменил мою жизнь.
– Иветта, соберись, – повторил мужчина свое наставление.
– Я все сделаю, господин Морриган, – произнесла я твердо, понимая, что не могу себе позволить разочаровать этого человека.
Маг пробормотал под нос что-то вроде «кого-то ждет сюрприз», но контекста этой фразы я так и не поняла.
Сфера рассеялась, открывая вид на группу переговаривающихся между собой мужчин, в центре которой был господин Валленштайн. Не удивлюсь, если он в этот момент просвещал коллег на тему злодеяний Подавителя. Дедули были хмурыми и нахохленными, как боевые воробьи.
– Господа, – привлек внимание магов Верховный. – Иветта Маркес готова к защите. Начнем?
 
7. О том, как лицензию получала
 
Стоило ли отдавать за номер с подведенными удобствами такие деньжищи, если я уже четвертые сутки торчу в гильдии? Хорошо, что всю эту роскошь оплачивает департамент, а то я бы удавилась, честное слово.
И вновь я куковала в коридоре, подпирая стену, ожидая, пока комиссия придет к какому-то решению. Из-за огромных двустворчатых дверей доносились энергичные споры, но в этот раз уже без ругани – при Верховном особо не забалуешь. Он и без того не в духе, лучше не нарываться.
Я пакостно ухмыльнулась. Так ему и надо! Не только же нам с бедными пожилыми грандмастерами страдать. Если бы не его требование получить звание здесь и сейчас, я бы все сделала по-человечески. Подготовила все расчеты. Через наставника передала бы их гильдийцам, у которых было бы несколько месяцев, чтобы вдумчиво ознакомиться с моим изобретением. Потом явилась бы в красивом платье на официальную церемонию присвоения званий, выступила с короткой презентацией, продемонстрировала артефакт и получила заветную лицензию.
Но нет! Верховный решил, что легкий путь не для меня. Вероятно, он думал, что я сейчас начерчу на доске пару схем плетений, починю на коленке артефакт, продемонстрирую его работу, а через пару часов уже получу на руки лицензию мастера-артефактора с королевской печатью и отбуду на границу.
Ну да, ну да.
Вместо этого я прыгала вдоль доски, чертила несколько десятков плетений, попутно объясняя, как они накладываются друг на друга, за счет каких связок уменьшается расход энергии, а какими – нейтрализуются неизбежные перехлесты потоков. Сдерживая раздражение, отвлекалась на вопросы представителей комиссии, потому что мастера не поспевали за ходом моих мыслей. А я виновата, что, чертя одну схему, уже мысленно рассчитывала вторую и параллельно выстраивала третью? Еще и большинство стандартных формул изменила под свои скромные возможности – результаты ставили членов комиссии в тупик. Иногда у меня создавалось впечатление, что мы разговариваем на разных языках. Ну, или мои мозги закручены как-то иначе. Некоторые вещи для мастеров стали откровением, иногда же они пытались доказать, что у меня закралась ошибка в расчетах, и мы, отвлекаясь от основной темы, начинали спорить. Короче, я так всех запутала, прыгая с первого на десятое, что через несколько часов мужчины сдались. Выделили мне уютную спальню на третьем этаже, поставили напротив окна большой стол, принесли стопку писчих принадлежностей и потребовали оформить все по-человечески, как полагается.