Ураганные хроники
— А это не опухоль, — сказала Лана. — Это что-то вроде чипа, только неправильного. Поисковые чипы, когда вживляют, они почти неощутимы. У Пятнашки, моего… Пёсика моих родителей, такой есть. А тут прямо чувствуется, и вшито криво, куда обычно не вшивают.
Тут наша Подкова Торнадо вдруг застеснялась и сказала очень застенчиво:
— Вы извините, я не имею в виду, что ваш ветеринар плохо осматривал! Просто я его долго гладила…
— Надо же, — Кузнецов отодвинул кресло и встал из-за шахматного столика, позабыв о партии. — Это интересно. Что если там следящее устройство?
— Тогда в Оросе слушали наши разговоры последний месяц? — Леонида как-то разом побледнела.
— Очень сомневаюсь! Жучок, помещенный в живые ткани, будет передавать в основном сердцебиение животного и звук мышечных сокращений… Хотя, конечно, оросовцы добились больших успехов в последние десятилетия… — Кузнецов нахмурился. — Все же какой-то нестандартный трекер вероятнее. Насколько я знаю историю этого кота, едва ли кто-то стал бы внедрять ему такой передатчик с прицелом на то, что он в итоге попадет в Орден.
— Давайте достанем и посмотрим! — вдруг сказала Ланочка. — Кирилл, ты же сможешь обезболить котика? А доктор Лёнечка сможет ведь его разрезать? Эта штучка под кожей совсем рядом, глубоко не надо. Так ведь лучше, чем стрессовать его, в ведомственную клинику тащить?
* * *
У Аркадия редко выдавалась возможность просто посидеть и побеседовать с отцом, никуда не торопясь. Но на день рождения Андрея Васильевича он сказал себе: все, хватит, любыми правдами и неправдами время нужно выкроить! К счастью, когда есть твердая решимость, обстоятельства часто ей способствуют. Вот и в этот раз все очень удачно отвлеклись на танцы и на Кирилла, а тот удачно подыграл, видимо, не возражая находиться в центре женского внимания. М-да, если выбирать способ компенсировать родительскую травму, то он выбрал один из лучших, надо отдать ему должное!
Они неторопливо беседовали, потягивая чай. Отец предложил коньяк, но Аркадий отказался: он знал, что регенерация Тени протрезвит его моментально, пробовал пару недель назад из любопытства. И даже если бы способ опьянеть нашелся, Аркадий не был уверен, что ухудшение контроля над собой медикаментозными методами будет приятным. Особенно учитывая то, что ясная голова от него может потребоваться в любой момент.
Сам Андрей Васильевич выпивать тоже не стал.
— После того, что случилось в Истрелии, я запретил себе вовсе употреблять алкоголь, — сказал он. — Чтобы ненароком не дойти до беды и Лёшку не подвести. А потом уже и здоровье не позволяло… Не думаю, что стоит привыкать снова.
— А у тебя была именно привычка? — удивился Аркадий. Он не помнил, чтобы отец пил и впервые слышал, что у него была с этим какая-то проблема.
— В нашей-то конторе? — хмыкнул Андрей Васильевич. — Да еще в те годы? Пили все. Опьянел со стакана водки — какой же ты разведчик! Не скажу, чтобы я начинал спиваться в ту пору, до этого было еще далеко, но… В общем, решил не рисковать.
Аркадий кивнул. Ему тогда самому было так хреново, что первые годы в ипостаси Смеющегося Жнеца остались в памяти лишь фрагментарно. А папе, только что потерявшему жену и — по-другому, но не менее безвозвратно — среднего сына, пришлось полностью взять на себя заботу о младшем школьнике (тоже наверняка травмированным происшедшим, хотя Лёшка никогда об этом не говорил!) да еще одновременно выстраивая себе новую жизнь на гражданке.
Если представить себя на его месте… Нет, лучше не представлять. Аркадию и своих тяжелых воспоминаний хватает.
— У тебя замечательные юные друзья, сын, — с улыбкой продолжал отец. — Ну, Дмитрия я еще раньше одобрил. А Девочки из Ураганного Отряда совершенно под стать Кириллу. Где только нашел таких?
— Насколько я понял, это они его нашли и взяли в оборот.
— Повезло парню. Ну, тут главное — вовремя сдаться в плен превосходящему противнику.
Оба посмеялись.
— С ними же все не просто? — вдруг остро спросил Андрей Васильевич. — Ладно, уважаемая Ксантиппа — тоже маг. Но остальные… С полуслова друг за другом договаривают, вещи друг другу не глядя передают… Такое я даже у самых дружных братьев и сестер не наблюдал. Или у членов одного боевого отряда, пусть даже очень слаженного.
— Не просто, ты прав, — кивнул Аркадий, в очередной раз восхищаясь наблюдательностью отца — и это при том, что Андрей Васильевич ничего не должен был знать о магии и, тем более, о магических связях! — Но это не моя тайна, чтобы о ней рассказывать. Спроси их самих.
— А что? И спрошу.
Они помолчали. В наступившей тишине отчетливо донесся звонкий девичий хохот, потом грохот, будто что-то упало. И чей-то крик: «Все нормально, все целы!»
Андрей Васильевич усмехнулся и сказал:
— Забавно, я в последние годы перед пенсией много возился с молодежью. И ты вот тоже… Будто и не руководитель секретной программы, а директор средней школы.
Аркадий испустил прочувствованный вздох.
— Вот, ты понимаешь ситуацию… Я на пять процентов… Нет, все-таки на три!.. Даже скучаю по тем временам, когда их водили в мою палату по одному, да еще после строгого напутствия Леониды, чтобы не беспокоили умирающего!
Словно в ответ на его слова из-за тяжелой двери кабинета раздался грохот, топот, громкое мяуканье и чья-то ругань звонким детским голосом.
— Не пора ли активировать протокол эвакуации для нашего Разведчика? — чуть обеспокоенно спросил Андрей Васильевич.
— Давай посмотрим… — Аркадий поднялся с кресла.
Тут дверь распахнулась и в комнату ворвалась одна из Девочек-Лошадок — та самая, которая неожиданно увлекалась военной историей, с хвостиком и зелеными глазищами. И с ходу затараторила:
— С вашим котом все в порядке, жив, цел, царапается! В нем был чип, Марина и Кирилл его сначала просто обезболили, но он вырывался, тогда они его усыпили, а доктор Лёнечка разрезала, а магистр Кузнецов сказал, что там чип с хранилищем данных, и что они наверняка зашифрованы, и что он сразу повез его в Контору расшифровывать и что в этот раз он не позволит вам все заныкать, раз он первым его схватил, вот! А тут кот неожиданно проснулся и возмутился, и доктор Лёнечка сейчас Кирилла перевязывает, но ему почти не больно, и лично я даже надеюсь, что останется шрам, потому что шрамы украшают мужчину, но доктор Лёнечка говорит, что шрама не будет!
Аркадий снова опустился в кресло.
— Исчерпывающий доклад, спасибо, — сказал он.
Андрей Васильевич тихонько смеялся.
* * *
На чипе оказались секретные бухгалтерские документы Шаметов — и Аркадий до хрипоты спорил с Кузнецовым, стоит ли делать Священному Престолу Ороса такой подарок, или лучше попытаться взять под свой контроль хотя бы часть криминальной империи этого павшего клана. Пришлось даже к Бастрыкину апеллировать. А тот еще возьми и скажи:
— Так и знал, что надо было не слушать вас всех, а заехать к дяде Андрею, поздравить лично. Самое интересное пропустил!
— Ничего, — вздохнул Аркадий, — чувствую, с этим молодым поколением оно тебя само найдет.
— Да сам хорош! Додумался… Сувенир с задания принести!
Аркадий покачал головой.
— Это не я. Он сам со мной пошел. Разведчик — он и есть разведчик. Видишь, с донесением вернулся!
Бастрыкин только рукой махнул.
* * *
p.s. Если хотите, чтобы Кирилл научился танцевать — ставьте лайк! (Если не хотите, тоже ставьте.)
История 6. Ордалия (Вальтрен «Герцог» Кресайн и Аркадий «Смеющийся Жнец» Веселов). 783 год (48 лет назад). (16+)
Можно читать как интерлюдию после Главы 9 «Верховного мага Ордена»
Волшебный меч попался под руку Вальтрену в неравном бою, когда он защищал свои земли от нападения истрелийских мародеров. С тех пор седьмой герцог Вайн никогда не изменял долгу защитника. Хотя находились некоторые особы, попрекавшие его избирательностью: мол, мальчик-волшебник должен охранять всех подряд, а не отдельный кусок земли!