Цветочный город (СИ)
- Зачем линзы? - не понял я.
- Кроме коррекции зрения, добавим цвета. Ты какие глаза хочешь - шоколадные, синие или, может, вампирские?
- Зеленые, - ляпнул я.
Анька кивнула рыжими кудрями.
- Мечтала, чтобы ты сам об этом сказал.
Я только обреченно вздохнул. Вкус у Анны был отменным.
Созревал я еще неделю, пока любопытство не захлестнуло, а походы в скучные офисы на собеседования не стали напоминать заторможенную шарманку.
Анька уверенно метнулась в один из самых крутых салонов города с подозрительным названием «Дикобраз» и долго общалась с манерным парнем на незнакомом языке, поминутно тыча в меня пальцем, как в манекен. Стилист кокетливо взмахивал ручками и качал головой. Когда по истечении двух часов я посмотрел на себя в зеркало, то был готов убить их обоих с особой жестокостью за издевательство над моей нервной системой.
- Не бесись, Русик, - пропела Анька. - В платину так просто не перекрасить, нужен еще один сеанс. Походишь пару дней чучелом. Зато потом результат больше впечатлит.
Несколько дней я передвигался по улицам, не снимая бейсболки, чтобы рыже-пегий цвет моих волос не травмировал психику окружающих. Отвлечением стал поход в салон оптики, где Анька подобрала мне темно-зеленые линзы. Глаза быстро привыкли, и я оценил преимущества прозрения. А потом стилист довел мои волосы до серебристого оттенка. Ассиметричная челка закрывала один глаз. Правый. Странно выстриженные виски с оставленными длинными прядками подчеркивали рельефные скулы. Я не верил глазам, рассматривая в зеркале парня, словно сошедшего со страниц фэнтези.
- Ты как лунный кот! - довольно улыбалась Аня. – Теперь держись, от девчонок и парней отбоя не будет!
Она оказалась права. По дороге домой я чувствовал на себе столько откровенно заинтересованных взглядов, сколько не собирал за все предыдущие годы поездок по городу.
Три года прошли, как во сне. После пятилетнего молчания меня внезапно нашли два школьных друга, обосновавшихся в Москве. Позвали в большую, совместную с немцами, металлургическую фирму. Ритм столицы выматывал. Наверное, многие мне не поверят, ибо бытует мнение, что все провинциалы стремятся в Москву. Может, я просто печальное исключение. Конечно, возможности для переводчика в мегаполисе были шикарные, за время работы в фирме я объездил почти всю Германию, особенно промышленные районы, и ближайшие к ней немецкоговорящие страны. Жил в бешеном ритме, забив на личную жизнь и окружающий мир. Забыл про утренние пробежки и вечера в бассейне. И в один прекрасный момент вдруг остановился, четко ощутил, как молодость проносилась мимо огромными скачками, не оставляя ничего, кроме усталости. Последней каплей стало то, что я совсем упустил из виду рождение племянницы. Моя дорогая старшая сестра вышла замуж и родила дочку, а я за всей суетой столичной жизни и командировками даже не поздравил родных с важным событием. Внезапно я понял, что становлюсь похожим на бездушную куклу или робота, живущего в мире без эмоций. Когда я просто гулял по городу? Смотрел в небо? Заглядывался на красивых девушек? Читал что-то для себя, не по работе? Решение сменить образ жизни прочно поселилось в голове.
А вскоре, в ночном клубе, куда мы с коллегой повели развлекаться трех веселых французов, я встретил Аню.
На самом деле, это наши интуристы обратили восхищенное внимание на нечто на танцполе – высокое, костлявое, затянутое в кожаные шмотки, с длинными черными прямыми волосами почти до пояса. На вкус европейца - невероятно привлекательное. На субъективный мужской взгляд - эмо-переросток. Удивительное создание прихотливо изгибалось с похвальной для мальчика грацией, а когда, натанцевавшись, прошло мимо нашей компании, я вдруг опознал во фрике давнюю универскую подругу.
- Анна?! – в полном офигении я ухватил обтянутое тонкой перчаткой запястье.
На меня удивленно уставились густо накрашенные, доведенные до кошачьей раскосости темные глаза.
- Руслан! – взвизгнуло существо и бросилось мне на шею.
Действительно, Анька. В новом образе, но сумасшедшая по-прежнему.
- Красавчик! Так и придерживаешься моих советов в имидже? - окинула меня подруга цепким взглядом.
- Сама-то, - фыркнул я. - Похожа на берлинского травести. Я чуть не заговорил с тобой по-немецки!
- Так заговорил бы, - пожала плечами Анна. - Не первый, кто путает. А мне нравится, и моему парню тоже.
- У тебя и парень такой же? - не удержался я от вопроса.
- Андрэ! - на весь танцпол гаркнула Анька.
Рядом моментально материализовалась плечистая накаченная мужская особь. Парень наверняка был частым посетителем тренажерки. Из примечательного запомнились волосы – русые, ниже лопаток, заплетенные в две сложные косы. Викинг с молчаливым обожанием взирал на Аньку светлыми глазами. И как эта дрессировщица укрощала людей?
Мне быстро надоел клуб, захотелось посидеть с подругой в тихом месте и поболтать, как прежде. Аня также жаждала общения. Я подошел к своей компании.
- Это девушка, - сразу разочаровал французов.
Европейцы хмыкнули и тут же потеряли к ней интерес.
- Моя однокурсница, - добавил я коллеге.
Парень кивнул, немного подумал.
- Пожалуй, справлюсь один, - он показал глазами на французов. – Они вроде тихие. Через час сверну программу и доставлю в отель.
Мы обговорили детали отправления гостей на завтрашний рейс, и я чуть не вприпрыжку побежал к Аньке.
Общение продлилось до утра, сначала в тихой кафешке какого-то ночного мегамаркета, потом - на моей съемной квартире. И чем дальше я разговаривал с Аней, тем больше хотел вернуться. Домой, в крупный, но нестоличный город на слиянии Волги и Оки. Четыреста километров от Москвы. Сейчас я был готов преодолеть это расстояние.
Для проверки чувств в ближайшие выходные я купил билет на «Сапсан» и через три часа оказался в родных пенатах. Завалил подарками уставшую счастливую сестру и крохотную племяшку, долго обнимался с родителями и впервые за несколько лет чувствовал абсолютное блаженство от ощущения дома. Время словно замедлило свой бег. День длился бесконечно. Я успел посидеть с родными, пообщаться с мужем сестры, заскочить к престарелой тетушке, договориться с Аней и еще целый вечер гулять с ней по забытому университетскому маршруту – по-выходному оживленной набережной, до памятника Чкалову и Кремля.
В любимом кафе в центре города Анна серьезно рассказывала о своей карьере. За эти годы подруга добилась успехов, став креативным директором одной из известных компаний города.
- У нас есть переводческий отдел. Мы тесно связаны с немцами, голландцами, французами и китайцами. Командировки регулярные, переводчики без дела не сидят. С немцами работает Женька Круглов из моей группы, но фирма расширяется, и парень уже физически не справляется. Вот если бы ты захотел вернуться…
Через две недели, к бесконечной радости родителей, я окончательно перебрался в родной город. Давно я так не кайфовал от жизни. Наслаждался каждым днем, позабытым неторопливым ритмом города, интересом окружающих - на меня пялились в метро и транспорте, просто на улицах. Молоденькие девчонки хихикали и таращились на альтернативную платиновую прическу и два симметричных серебряных колечка в нижней губе, на которые меня уломала московская подружка полгода назад. О сделанном пирсинге я потом, конечно, пожалел - губы долго заживали, а чувство дискомфорта пропало лишь недавно. В Москве и Европе никто не обращал внимания, там своих чудиков хватало, и только на малой родине я в полной мере ощутил бремя сомнительной славы: перешептывания старшего поколения за спиной, косые подозрительные взгляды брутальных ребят из рабочих районов. От драк их удерживали мое недоброе выражение лица и мышечная масса, которую я недавно привел к оптимальному виду, выкроив несколько часов из сумасшедшего темпа столичной жизни на посещение тренажерки и бассейна.