М.Е.Р.К. (СИ)
Но вышло что вышло. Эти ребята погоняли меня пару часиков, потеряли в общей сумме бойцов десять, да и загнали Моржа в уголок. Бетонная коробка пять на шесть метров, с одной стороны какая-то непонятная аномалия — а с другой пара измочаленных пулями старых советских ящиков.
Только вот взять меня явно хотят живьем, но лезть вперед эти архаровцы боятся.
Я уже разок палил по ним из беретты, показывая, что мол, в винтовке у меня патроны кончились, а когда эти птицы семейства дятловых повелись и ринулись в атаку, рассчитывая на крепость своей брони — пальнул по ним последним снарядом из подствольного гранатомета.
Вот теперь их главарь и чешет репу, гадая если ли у меня боезапас и не провоцирую ли я их снова.
— Как знаешь, мерк! Мы хотели по-хорошему! — О, а вот звук вынимания чеки из гранаты я везде узнаю. Вот и пришел тебе конец, Моржик — в таком мешке ни прикрыться, ни сбежать от взрыва не получится. Разве что прямо в рученьки этих доброходов.
Ай, к черту! Не дамся этим уродам ни живым, ни мертвым — из последних сил делаю рывок и прыгаю прямо в гудящую под боком аномалию, чтоб тело на кусочки раскромсало! Погибать, так с музыкой!
Вот только вместо того, чтобы сделать из моей тушки кучку неаппетиного фарша, искривляющийся в нескольких местах воздух неожиданно ярко засветился и я оказался... Судя по запаху — в натуральной помойке. Во всяком случае воняло здесь так, что я рефлекторно потянулся к респиратору и только потом вспомнил, что посеял его во время догонялок с оборзевшим сталкерьем. Обидно. Придется теперь на новый разоряться, а он, внезапно — денег стоит.
Вот только последовавший спустя мгновение детский крик напрочь выбил из моей головы мысли о покупке нового противогаза.
— Мама, мама, смотри! Это же тот самый Человек-Паук!
Так... Кажется это была не портальная аномалия. И если у неё еще нет названия, то я с ходу могу предложить сразу три: «Ящик водяры», «Уже хватит» и «Белая горячка».
Глава 2. Она же попаданческая.
***
Толстый Фред никогда не любил свое прозвище.
Оно появилось еще в младших классах и преследовало уже немолодого мужчину практически всю его сознательную жизнь, не давая насладиться заслуженными плодами многолетних трудов. А ведь Фред к своим пятидесяти трем годам успел добиться довольно неплохих результатов: он имел верную жену, с которой прожил в счастливом браке больше тридцати лет, двух чудесных детей, что должны были в следующем году поступить в один из приличных колледжей Нью-Йорка и являлся владельцем магазина поношенной одежды в рабочем районе города, который приносил своему владельцу пусть и не особо большой, но зато стабильный доход.
И единственное, что отравляло жизнь законопослушному гражданину Соединенных Штатов Америки — это гадкое прозвище. Ну и еще разные фрики, которые через день устраивали разборки на улицах его любимого Большого Яблока.
Будучи самым обычным человеком, Фред не любил как злодеев, так и героев. Последних мужчина вообще не считал заслуживающих такого гордого звания. В понимании пожилого владельца магазина одежды, героем мог зваться лишь тот человек, что заслужил этот титул тяжелым трудом, щедро проливая свою кровь и пот. А не фрик в цветастом костюме, которому «повезло» родиться мутантом или сынком богатого продавца оружия.
И он совершенно искренне недоумевал, почему власти ничего не делают с тем кошмаром, в который с появлением всего этого безумия начал погружаться один из крупнейших городов Восточного Побережья.
В своих разборках эти так называемые герои и злодеи через раз устраивали жуткий погром с множеством человеческих жертв, но никто из обделенных властью людей ничего с этим не делал. Бесконечные слушания в конгрессе по делам мутантов ни к чему не приводили, а мэра Нью-Йорка вполне устраивала ситуация, когда одни фрики разбирались с другими.
Если бы на то была воля Фреда, то всех нарушителей спокойствия он бы посадил под замок, причем подальше от нормальных людей, чтобы жить никому не мешали.
Именно такие мысли были в голове пожилого мужчины, когда он сидел за прилавком в своем магазине, читая газету и поедая бургер, купленный в забегаловке в конце квартала.
Когда звякнул дверной колокольчик, Фред даже не потрудился оторваться от своего занятия, но когда чья-то рука опустила Дейли-Бьюгл, а следом за этим ему под нос уперся ствол пистолета, тучного мужчину прошиб холодный пот.
— Каког... Ой. — С противоположной стороны прилавка стоял здоровенный амбал в какой-то разновидности военной формы. Одна из рук этого мрачного верзилы была покрыта свежими подтеками крови, а во второй он держал пушку, ствол которой смотрел хозяину магазина точно в голову. При этом лицо незнакомца излучало такую «любовь и доброту», что владелец сам собой выпалил. — Д-д-деньги в кассе, но их совсем немного — основные покупатели приходят под вечер!
— Мне нужна одежда. — Внезапно сказал громила с сильным акцентом, а после между пальцев его раненой руки показалась стодолларовая купюра. — Размер... Крупный. На меня. Есть?
— Д-да. — Пошарив на полках за спиной, перепуганный мужчина выложил перед странным покупателем подходящие ему вещи: темный свитер с такими же штанами и длинный, черный плащ, который никто не покупал из-за его огромного размера.
— И шапку. — Палец громилы указал на одну из серых шапочек на верхней полке.
Толстый Фред повернулся, чтобы достать то, что требовал от него жуткий амбал и это стало последним, что он честный и законопослушный гражданин Соединенных Штатов сделал в своей жизни — убрав пистолет в кобуру, рослый незнакомец перепрыгнул через разделяющий их прилавок и просто и незатейливо сломал ему шею...
***
Мля-я-я...
Я топтал Зону Отчуждения примерно года эдак с две тысячи восьмого... Или девятого?
Короче — я состою в Синдикате уже довольно давно и за время своей работы повидал самого разного маленького дерьма, большого дерьмица и ого-го какого дерьмища! Сражался со всеми существующими мутантами, от тушкана до химеры — и каждый раз выходил из схватки победителем! (Самыми опасными, к слову, были крысы — вроде и слабые, но в том подвале в Мертвом Городе их было просто дохр*на! Хорошо хоть термитную гранату тогда с собой захватил.) Участвовал в пусть и провальной, но зато масштабной операции по уничтожению группировки Свобода! (Что б этим злопамятным уродам, а заодно и ренегату-Шраму земля была стекловатой) Пережил Большой Выброс практически у самого Радара! (Пусть и не помню как. О том задании я вообще плохо что помню, да и не я один — сказывается удар ментальной кувалды Зоны. Чудо что вообще живым ушел.)
Но оказаться в долбанных комиксах? К такому жизнь меня точно не готовила...
Когда очухался в каком-то задрипанном переулке и услышал чей-то писк про Человека-Паука, то первым делом подумал, что я все-таки не сдох и вольное сталкерье смогло взять меня живым, а после накачали какой-то дурью, полученной от свободовцев — зеленокомбезные дегенераторы идей это дело как раз очень уважают. (За что их собственно, и считает укуренными наркушами добрая половина Зоны)