Противофаза (СИ)

Далее, я провёл что-то типа производственного собрания. Надо же режим начальника иногда включать. Назвал своих сотрудников соратниками и обрисовал им те цели, к коим надо будет стремиться, и задачи, кои придётся решать. Исходя из сказанного, поручил яриковой троице под его же руководством задачу состряпать до среды документ под названием «Техническое задание на выполнение работ сектором 'Космос-75». Особо не обольщался результатом, но всегда удобнее править и редактировать что-то, чем создавать что-то из ничего. Кстати, не исключал варианта, что соратники смогут подкинуть пару каких-нибудь свежих идеек.
Секретаршу Жанну нацелил на машинописные работы, помощь парням в ТЗ и обустройство своего рабочего места, не исключая начальственного. Ну, там гардинки, кактусики разные… У Галины пока оставались какие-то дела на старой работе в МИДе. Я не возражал против режима свободного художника для неё.
Обсудили сокровенный вопрос Димы Татарченко о режиме работы сектора. Много не спорили, потому что почти все оказались совами, тяжёлыми на подъём утром. Постановили работу начинать в 9, заканчивать в 18. Перерыв на обед с 13 по 14. Для оформления на работу подъехать всем в четверг, к 15 часам на Хмельницкого, 3. От северного выхода из метро «Площадь Ногина» пройти к входу в ЦК Комсомола и ожидать там меня.
Галина как-то легко вписалась в молодёжную тусовку разговорами, весёлыми шутками и подначками. Забавно было наблюдать за Яриком, как он мелким бесом кружился вокруг неё, пытаясь услужить. Неожиданно от гостьи последовало предложение отметить начало деятельности сектора праздничным застольем, встреченное восторженным одобрением молодняцкого контингента. Галина сходила куда-то позвонить на радиотелефон своему шофёру, чтобы тот сгонял за деликатесами. Аппараты местное начальство нам так и не поставило, тянут резину.
Составили столы. Из столовой натаскали приборы, кастрюльки с антрекотами и жареной картохой. Пара рекрутов сходили к входу и принесли два пакета от шофёра с крутячими дефицитностями. Запасы из моего портфеля тоже пошли в ход. Ребятки словили лёгкий шок от такого изобилия дефицитностей на столах, но держались и в обмороки не ронялись. Под руководством принцессы были налеплены куча бутеров с икрой, ветчиной, рыбами копчёными и прочими колбасами. Разлили по фужерам белое вино. Галина первой произнесла тост:
— Честно, не ожидала, что кроме выдающихся талантов в музыке, Миша обладает талантами руководителя. Желаю ему и всем его замечательным молодым сотрудникам успехов в вашей деятельности.
— А вы точно будете с нами работать? — вдруг вылез Ярослав.
Всё, буду звать этого гада ползучего мелким бесом, не смотря на его протяжённые параметры.
— Пока не знаю, обдумываю предложение вашего начальника. Дело в том, что сейчас я работаю в МИДе. Что-то я там могу потерять, но что-то смогу здесь приобрести, — просто объяснила Леонидовна.
Понравилось мне, что она не козыряет своим высокородством и не выдаёт мою тайную блатняковую сущность. Держалась скромно и с достоинством. Пила спиртные напитки умеренно и не с той жадностью, как мне ожидалось. Шутила искромётно так, что мои комсомольцы порой надрывали свои плоские животики от смеха.
Мелкий гад Ярик всё-таки выдал принцессу верноподданническим вопросом:
— Как себя чувствует наш дорогой Леонид Ильич?
— Нормально он себя чувствует, дорогой Ярик. Не беспокойся, — с лёгким сарказмом ответила она.
— Так вы — дочь самого Леонида Ильича? — ужаснулся Дима.
— Верно, но обещаю, Дима, что лично вас я не съем, — хохотнула принцесса.
Нежданно-негаданно к нам препожаловало с визитом вежливости высокое начальство ИНИОН в лице сухощавого импозантного с приятным лицом директора института Виноградова Владимира Алексеевича и двух его заместителей: Гапочки Марлена Павловича, тоже тощего, только очкарика с колючим взглядом, и Филиппова Гришу — совсем ещё молодого, спортивного вида, мужчину.
Они присоединились на пару тостов к застолью, сделали должное количество комплиментов принцессе, пожелали успехов в работе нашему сектору и высказали готовность оказать нам всяческую помощь, намекнув всё же, что пустили нас к себе временно, и не дольше, чем до Нового года. Забыли, что ли, поговорку для нашей действительности, что ничего нет более постоянного, чем временное.
 
По личности академика Виноградова небесная Википедия даёт только косвенную оценку. Он ведь был пока ещё жив, когда я отправился путешествовать во времени. Известно было, что он являлся одним из сотворятелей псевдонаучной жёвки о всяческих аспектах социализма. Речь его была пересыщена советскими канцеляризмами и излишне консервативными суждениями, но как человек он умел вызывать к себе симпатии и обладал замечательными способностями проходить между струйками.
Неожиданно мы с ним зацепились языками. Я рассказывал о некоторых планах нашего сектора и случайно выболтнул слово «компьютер». Академик в командировках в США слышал его и крепко насел на меня. Он намеревался автоматизировать кое-какие бумажные процессы здесь, в институте. Ничего нового я ему не собирался раскрывать. Микросхемы уже давно существовали как в Америке, так и в нашей стране. Вот только там компьютеризация развивалась семимильными шагами, а у нас любовь к секретности, директивная экономика и отсутствие конкуренции жутко тормозили развитие. Здесь компьютеры назывались ЭВМ — электронно-вычислительные машины, что подчёркивало основное их предназначение. Я попробовал указать оппоненту на другую функцию компьютеров — возможность программирования различных действий. А, следовательно, многие важные функции человека можно будет отдать машинам. Появятся бытовые калькуляторы, электронные игрушки, текстовый редактор, электронная бухгалтерия, программы для обучения, для создания графики. Многие профессии потеряют актуальность. Их заменят программируемые комплексы.
Директор торопился по своим делам и с извинениями прервал наш диалог, предложив непременно его продолжить в самом ближайшем будущем и желательно у него в кабинете. Я тоже хотел успеть к своему другу Змею в больницу и предложил Гале с ребятами продолжить пиршество без меня.
Принцесса пожелала и дальше меня сопровождать. Я тогда собрал в пакеты часть фруктов и загрузил это всё в портфель, туда же отправил папки с документами сектора, попрощался с сотрудниками.
— Я, наверное, приму твоё предложение, — призналась Галина, когда мы выходили из здания института, — Давно хотела заняться чем-нибудь серьёзным, стоящим.
— Поверь мне. Тебе не придётся ни о чём сожалеть, — подкрепил её выбор, — Зарплату поставим такую, что в твоём МИДе обзавидуются.
— Не волнуйся, Миша. Деньги для меня вообще ничего не значат. Я могу остаться в МИДе на полставки, а у вас работать на общественных началах. Как тебе такой вариант?
— Если бы мне кто сказал, что я буду трудоустраивать дочку генсека, то сдал бы такого человека в психушку, не задумываясь, — заметил я, и мы вместе рассмеялись.
Было стыдно перед Вовкой, что по своей глупости упустил шанс ему помочь. Поэтому присутствие рядом всё равно кого, пусть даже генсековны, считал очень кстати. Оставалась ещё умопомрачительная надежда извернуться и что-то такое сотворить с другом, используя полученные свыше медицинские познания. Надо, чтобы он дотянул три месяца до моей возможности вновь пользоваться ведьминскими скиллами.
Стыдился ещё попасться на глаза вовкиным родителям, в особенности маме его. Когда подъехали к больнице, придумал послать на разведку призрачных помощниц. К моему счастью, родителей не обнаружилось. Принцессу в больнице узнавали чаще и улыбались подобострастней, или же уходили в ступор не по-детски. Галя воспринимала эти проявления спокойно и где-то даже с юморком:
— Пора корону заказывать, а то как-то некомфортно без неё.
Вот только в отделение, где лежал Змеище, нас не сразу пропустили, даже не смотря на узнавание принцессы. Подошёл заведующий и предварительно подготовил нас к некоторым чудесам, произошедшим с больными в этой палате. Хорошо, что врачи не связали произошедшие явления с моим посещением палаты в субботу. Воспитание материалистического мировоззрения тоже какую-то свою роль выполняет.