Владыка Пустоты 3 (СИ)

— Грёбаная «пантера», — зло прошипел я, поворачивая девушку на спину. — Нахрена надо было делать его не пропускающим тепло, а?.. Орлов, жадный ублюдок, мог бы догадаться встроить в костюм подогрев!..
Из-за этого долбаного костюма она замерзнет насмерть! Ну и на кой чёрт он тогда нужен?..
И тут я вспомнил лучший способ согреть замерзающего человека, когда все остальное не работает.
  
Если нет ни грелок, ни магии, ни дров, то мы согреемся теплом наших тел.
На ровный пол легло первое одеяло. Приготовив второе, призванное сыграть роль изолирующего термоса, я обернулся к мертвенно-белой спутнице.
— Клянусь Всеотцом, если это поможет… — прошептал я и непослушными пальцами расстегнул молнию на её комбинезоне. — Пусть всё получится.
Я расстегнул её одежду и с большим трудом стянул с её бледного, как бумага, тела прилипшую мокрую ткань. Стоило больших усилий освободить её руки и ноги, но всё же мне это удалось.
Тяжело дыша, я отбросил израненную «пантеру» в сторону — и посмотрел на совершенно нагое тело Анны. Даже сейчас, на грани жизни и смерти, я невольно залюбовался её совершенными формами. Но стоило взгляду скользнуть по медленно вздымавшейся груди, я заметил, как трепыхается кожа напротив её сердечка.
Она сражается за свою жизнь даже сейчас.
Веки стали тяжелеть. Начал сказываться эффект альва-кольца лечения: оно требовало хотя бы сутки полного покоя, чтобы всё сработало как надо.
— Я не дам тебе умереть здесь, Аня, — упрямо прошептал я, расстегнув свой израненный костюм, и сбросил напитавшуюся водой ткань на пол.
Световые палочки начали тускнеть. Я осторожно положил девушку в серебристый кокон, лег рядом и крепко обнял её, плотно накрыв нас термоодеялом. Она была холодной как камень и вряд ли сама дотянула бы даже до утра.
Я прижал к своей груди её голову и закрыл глаза.
— Я сделаю всё, чтобы мы выжили. Обещаю.
Свет люмен-фаеров снаружи медленно угас, и через пару минут в кромешной тьме пещеры были слышны только отдаленный посвист ветра и упорное биение наших сердец.
  
Глава 4
 
Я снова видел знакомый сон.
Передо мной до самого горизонта простиралась бескрайняя гладь воды, в которой отражалось небо, полное незнакомых созвездий. Океан, едва доходивший до щиколоток, был недвижим.
А впереди застыла картина, от которой у меня перехватило дух.
Из воды поднимался громадный черный крест, на котором, в окружении десятков альва-монстров, висела закованная в цепи девушка.
Та же самая, которую я уже видел во сне в вечер инициации Романа. Её белые волосы ниспадали на обнаженное тело, доходя на талии, бледная кожа казалась фарфоровой, а оранжевые глаза источали свет.
Вода у её ног шла рябью, а на гладком, юном лице застыло выражение скорби. Она смотрела прямо на меня, словно не было вокруг никаких монстров. Она звала меня. Одним своим взглядом.
Между нами было метров тридцать. Решись я спасти ее, пусть даже во сне, обступившим её монстрам потребуется меньше секунды, чтобы растерзать свою жертву.
И всё равно я шагнул вперед. По воде разошлись круги, стремительно дойдя до массивных лап монстров. Я застыл, но огромные туши с лоснящейся антрацитовой кожей, изрезанной алыми линиями, даже не шелохнулись. Они смотрели на распятую, — так, словно ждали её команды. Внимали ей, как внимала бы толпа своему правителю.
Девушка заметила меня. Она подняла голову, её светящиеся золотым светом глаза смотрели прямо на меня. Пересохшие губы открылись, и в наполненной низким гулом тишине зазвучал тихий голос.
— Освободи меня… выпусти…
Я замер, покрываясь мурашками. Я знал, кому принадлежал этот голос, я сотни раз слышал его!
Монстры как по команде подались назад и один за другим склонили массивные головы перед ней. Глаза девушки засияли, и по её щекам потекли светящиеся золотом слёзы. В тот же миг звезды померкли, а на небосводе проявился призрачный силуэт громадного древа. Корнями оно уходило в горизонт, а кроны терялись в черноте космоса.
Величественное зрелище перехватывало дух. Гигантские ветви, растянувшиеся по всему космосу, сверкали гроздьями звезд, словно каждая ветка была пристанищем для миллиардов новых миров. Я поднял взгляд, пытаясь разглядеть фантастическую картину во всем величии, но едва поднял взгляд, как небосвод начал меркнуть.
У ног раздался нарастающий плеск, вода стремительно поднималась по мне, словно была живой. Водяной кокон окутывал мое тело, я бросил взгляд на распятую пленницу в окружении преклоняющихся чудовищ. Она тянула ко мне руку, сочащуюся золотой кровью…
И в тот же миг вода накрыла меня полностью, утягивая вниз. Всё закружилось в стремительном водовороте, растворяясь и размываясь…
* * *
Первым сквозь пелену сна пробилось ощущение тепла. Словно я попал в уютный, живой кокон, обволакивающий меня со всех сторон. Он дышал, ритмично пульсировал в такт моему сердцебиению. Какое умиротворяющее ощущение…
Стоп.
Я открыл глаза. В полутьме пещеры и под термоодеялом ничего не было видно, зато остальные чувства разом обострились. Жесткий пол пещеры, коловший рёбра сквозь тонюсенькую пленку термоодеяла каждым камешком. Упершийся в спину валун. И доверчивое тепло мягкого женского тела в моих руках.
Аня… Запах волос на её макушке, почти касавшейся моего лица. Ровное, ритмичное биение сердца, которое я ощущал всем телом. Одна мысль о том, как мы близко друг к другу, вытесняла все остальные из головы.
Стараясь не делать резких движений, я провел рукой вверх и коснулся её шеи. Пульс чёткий, и дыхание ровное.
Из груди вырвался вздох облегчения. Выжили… черт возьми, мы выжили, несмотря ни на что! Мне удалось!
Анна Аракчеева тихонько завозилась, уютно устроившись в моих объятьях. Вот только когда она проснется…
Ох ё. Нам не избежать неловкости. О чём она подумает, обнаружив нас нагими и лежащими в обнимку, несложно догадаться. Что ж…
Я осторожно выпустил её из объятий и выскользнул из-под термоодеяла. Спину тут же пощекотало ледяным воздухом. Вылезать наружу резко перехотелось. Да и девушка, почуяв прохладу, потянулась к единственному источнику тепла — мне, — и попыталась затащить обратно.
— Блин… — шепнул я, перебарывая себя, и вылез наружу. Запахнул одеяло плотнее, оставив в уютном коконе Анну, я прошлёпал босыми стопами по ледяному камню до лежащего неподалеку бесформенной кучей боевого комбинезона.
Влезать в промерзшую и задубевшую одежду было тем ещё удовольствием. Морщась и кривясь, покрываясь гусиной кожей и скукоживая всё, что взбодрилось, пока я согревал собой Аню, я натянул на себя «пантеру». Тело мгновенно продрогло, но я знал, что через несколько минут изолирующий слой костюма отогреется и всё вернётся в норму, насколько это вообще возможно.
Как это сделать быстрее? Конечно же, двигаться в ледяном костюме с максимальной отдачей! Кривясь от ощущения прилипшей к коже ледяной ткани, я прошелся по пещере. Вышел наружу и пробежался вокруг входа несколько раз, поприседал и попрыгал, разгоняя кровь по телу. Когда в костюме стало более-менее комфортно находиться, а одеревеневшие сгибы стали вновь пластичными, я решился включить наручный монитор.
Связи, конечно же, не было, помехи плотно закрывали все сигналы. Не работали даже часы, зато счетчик альва-излучения уверенно показывал 43 частицы на миллион. Терпимо.
Судя по всему, кольцо лечения отлично справилось со своей работой. Ран я почти не ощущал, порезы затянулись, а тело чувствовало себя бодро и свежо. А главное, по венам снова струилась альва, впитанная телом за ночь.
Я вернулся в пещеру и взглянул на уютно сопевшую в термококоне девушку. А ведь если так посудить, я даже не подумал, что нам делать дальше. Весь мой план план спасения строился на том, что Лили вытащит нас с помощью портала. Но гримуар на моем бедре словно заснул, Лиливайсс так и не отзывалась. Такого никогда не было раньше, с ней явно что-то случилось.