Владыка Пустоты 3 (СИ)

Помедлив, она подошла к капсуле и приложила ладонь к запотевшему стеклу.
— Роран, стабилизируй мою альву, — велела она. — Сделаем глубокое сканирование.
— Но силы вашей магии может не хватить, — кодекс упрямо скрестила руки на груди. — Вы и так истощены, а если сейчас используете магию на пациенте с порчей…
— Плевать, делаем, — настояла Карина. — Поверь, я знаю, чем рискую.
  
— Поняла, — тяжело вздохнув, кодекс положила ладонь ей на плечо. Карина растопырила пальцы, жидкость в капсуле пришла в движение. Её альва забурлила в венах, всё помещение наполнилось призрачным голубоватым светом, пронизывая каждый прибор, каждую клеточку тела, застывшего в капсуле. Девушка прищурилась.
Слабая аура Есении едва светилась, в ней виднелись темные пятна и глубокие провалы. Чернота струилась по её венам, глубоко въелась в органы и кости, медленно захватывая весь организм. Но в самом ее центре, окутанное сгустком черноты, было что-то ещё. Нечто, затянутое клубами первородной альвы, отравляющей её тело.
— Черт возьми… почему я раньше этого не сделала?
— Госпожа, вы видите это? — удивленно выдохнула кодекс.
— Вижу, — хмыкнула она, убирая руку. Свечение тут же погасло, обессилевшая Карина пошатнулась и оперлась на подставленные кодексом руки.
— В то сгустке что-то есть, — кашлянув, прошептала она. — Альва словно питается чем-то внутри, и это дает ей силы сопротивляться любой нашей вакцине, Роран. Она самоорганизовалась и создала в теле человека целый защитный механизм… это поразительно. Мне не хватит сил развеять этот клубок. Ярослав, мне нужен её брат…
Она бросилась к терминалу, где лежал ее альвафон, и взяла устройство. Включила экран — и на него упали две жирные капли крови.
— Госпожа! — Роран тут же бросилась к ней, но Карина жестом остановила кодекс.
— Это мелочи, — фыркнула она, быстро вытирая текущую из носа кровь платочком. — Прикажи подготовить мониторинговую операционную, а я займусь её братом.
Вытерев экран, она нажала на звонок.
— Слушаю, Карина.
— Вайнер, ты мне нужен, — выпалила она, чувствуя, как сердце начинает взволнованно биться быстрее. — Приезжай немедленно! Я отправлю за тобой транспорт.
* * *
— За мной, сударь.
Мы с Лиливайсс прибавили шагу. Когда пигалица упомянула транспорт, я ожидал чего угодно, но не того, что она пришлет за мной вертолёт. Дело явно было срочным, но на все расспросы Роран отвечала молчанием.
На душе было неспокойно, всю дорогу я думал, зачем так срочно понадобился её хозяйке. Что-то с Есеней? Карина нашла лекарство? Или наоборот, что-то не так уже со мной? Что ей удалось сделать с ядром, успела ли она? Как назло, девчонка не спешила делиться информацией. И это особенно бесило.
— Хозяин, — негромко шепнула Лили, тронув меня за локоть. — Если это ловушка, дай сигнал, я это место по камешку раскатаю.
— Не надо, — я покачал головой, указывая на соседние здания. — Это медгородок, каждое здание здесь — госпиталь. Ты же не хочешь умертвить тысячи две-три невинных, правда?
Мы прошли по длинной аллее, окруженной пышной зеленью, в конце которой виднелось центральное здание, по форме напоминавшее подкову. По обе стороны от аллеи виднелись пяти-шестиэтажные комплексы с десятками горящих окон. Даже зимой, хоть сейчас она и была весьма теплой, здесь пахло зеленью и цветами.
Пройдя до конца, мы вошли в главное здание, оказавшееся громадным комплексом лабораторий.
— Добро пожаловать в «Альвакор», — закрыв за нами тяжелые двери, произнесла Роран. — Сердце научной мысли рода Ленда. Здесь Госпожа ждет нас, не отставайте.
Кодекс провела нас длинными коридорами в научное крыло гигантского подковообразного здания. Мы прошли две практически безлюдные лаборатории, где под прочными колпаками гудели, мигали и бесшумно работали разнообразные машины, перевитые трубками с цветными жидкостями. По некоторым текло что-то похожее на желтоватый альвитин, другие тускло светились альвой.
За ними оказалось безлюдное помещение, где за толстым стеклом работали небольшие механизмы и станки, создавая прецизионные инструменты. Поодаль, под бронированным куполом, виднелись несколько образцов, даже на вид казавшихся весьма старыми.
Лили подошла к нему и, коснувшись купола, тихо выдохнула. Её взгляд прильнул к хитроумно сделанным кольцам с зубцами, суставчатым каналам и изогнутым крюкам, больше напоминавшим пыточные устройства, чем медицинские приборы.
— В чем дело? — я подошел к ней, краем глаза заметив, как остановилась Роран.
— Навевает воспоминания, — Лили взволнованно куснула губу. — Я видела их, давно.
— Как те, в шведской лаборатории? — осторожно уточнил я. Лили редко говорила о прошлом.
— Нет, они были другими, — кодекс понизила голос, едва не шепча. — Не как те, что использовали на мне и других девушках, когда проводили нам операцию. Там были такие же устройства. Этими крюками фиксируются руки, вот здесь, на запястьях, чтобы жертва не мешала, пока ей вводят кровь альва-чудовищ. А эти зажимы…
Она отдёрнула руку и поёжилась.
— Их крики до сих пор у меня в ушах стоят. Помню, как они сопротивлялись, когда альва изменяла их тела. Эти инструменты — не для магов, хозяин.
— Им больше сотни лет, — вмешалась Роран. — Хозяйка выкупила их из одного музея в Европе, когда…
— Переплавьте их, — резко перебила её Лили, её лицо покраснело от гнева, а брови сдвинулись. — Ты даже не знаешь, что пришлось пережить тем, на ком их использовали!
— Их никогда не использовали на людях, — оторопев, выдохнула Роран.
— Ну конечно, — зло оскалилась Лили. — Мы ведь не были для вас людьми! Их вычеркнули из числа живых, когда они!..
Девушка осеклась и, тяжело дыша, обожгла злым взглядом тусклые металлические детали.
— Их использовали, как расходный материал, но стоило им пожертвовать собой, чтобы люди смогли убить первого владыку, как про них сразу же забыли. Стёрли из истории и памяти. Остались только эти изуверские механизмы. С меня хватит. Идем уже к твоей хозяйке, прислуга.
Стиснув свое запястье, Лили быстро зашагала дальше и выскочила из лаборатории, а мы с Роран поспешили следом.
— Прости, она иногда срывается на других, — шепнул я Роран. — Характер такой, колючий. Я поговорю с ней потом.
Кодекс покачала головой.
— Сирин предупреждала меня на её счёт. Даже она не нашла ничего про Лиливайсс, но теперь, кажется, я поняла.
— Что? — я покосился на спину идущей далеко впереди Лиливайсс и обернулся к Роран.
— Девы Битвы, — прошептала она. — Первые кодексы человечества, подчинившие себе альву ценой великих жертв. Говорят, все они погибли в бою с Владыкой Инферно.
— Выходит, не все, — хмыкнул я. — Получается, Лили когда-то была одной из них.
— Если это так, — взволнованно зашептала Роран и схватила меня за руку. — Твой кодекс была одной из первых. Она — живая легенда.
— Долго вы там? — окликнула нас Лили, остановившись у развилки. — Куда дальше?
— Сейчас покажу.
Пройдя еще один зал, м вошли в небольшую лабораторию, в центре которой стояла уже знакомая мне капсула.
— Есеня! — я подошел к ней и стер с запотевшего стекла капли воды.
— Она в искусственной коме, — откликнулась Карина, работавшая за терминалом. — Смотрю, ты не сильно спешил, Вайнер.
Карина ловко орудовала клавиатурой, умудряясь одной рукой еще и заливать в себя кофе из большого стакана.
Её вечно самодовольный взгляд будто потеплел, то и дело скользя в мою сторону. Заметив меня, она криво усмехнулась, изящно выгибая спинку и заправляя блестящую черную прядку за ухо, а я ощутил тонкий аромат её духов.
Ну нет, дрянь, меня ты не обдуришь.
— Зачем я тебе был нужен?
— Роран, возьми у него кровь на анализ, — велела она. — Что касается тебя, Вайнер. Ты поможешь мне с вакциной. Раз сестра твоя, то и помогать будешь ты.
— Это было твое задание, — напомнил я, хмуря брови. — Кто из нас гений медицины, ты или я? Помнится, свою часть сделки я выполнил.