Высокие ставки (ЛП)

— Иду я, иду. — Она в ответ рассмеялась.
Смех Полли примерно такой же громкий, как её макияж и прическа. Прежде чем войти в комнату, я слышу её кудахтанье. Дейн, Нина и Полли снова с телефонами. Кто-то должен им сказать, что им уже не тринадцать, и нужно вести диалог, который не обязательно публиковать в социальных сетях.
— Наконец-то, — выкрикнул Дейн, и мне хочется взять салфетку, которую положил себе на колени, и швырнуть её ему в лицо.
  
Он втянул меня в эту передрягу, и ему меня вытаскивать.
— Мы скучали по тебе, — воркует рядом со мной Полли, просунув свою руку под мою. Если она когда-нибудь спросит меня, почему она до сих пор одинока, я уверен, что смогу подкинуть ей парочку идей.
Я вежливо улыбаюсь ей, сдерживая резкие слова, которые жгут мои губы, словно яд.
— Ребят, вы сделали заказ? — спрашиваю их.
— Просто закуски, — комментирует Нина. Её голос мягкий и сладкий, совсем не похож на мерзкий её подруги.
— Когда я пришёл сюда, я увидел на доске, что главным блюдом на сегодня: устрицы, — говорю я.
Моя правая рука тянется к напитку, а это означает, что рука Полли отваливается от моей и безвольно легла на подлокотнике моего кресла. Поднося напиток ко рту, лёд прозвенел о стакан, и я делаю глубокий глоток.
— Устрицы, — Полли несколько раз поднимает брови.
Дейн указывает на неё.
— Я знаю, о чем ты думаешь.
Полли облизывает губы, и Дейн смеётся. Нина сидит, уткнувшись в свой телефон.
— Мне нравится мысленная связь между нами, — говорит Полли Дейну. — Будто мы один человек.
Её глаза загораются кокетливым блеском, и на этот раз Нина закатывает глаза. Я предполагаю, что такое происходит часто.
Хизер возвращается, кладёт закуски на стол и спрашивает, готовы ли мы сделать заказ. Каждый из нас заказывает еду, и устрицы достаются только мне. Я подумывал не заказывать, потому что не хочу подавать Полли неправильные знаки, но если мне придётся пережить этот ужасный вечер, я, по крайней мере, поем то, что захочу.
— Итак, ты сказала, что твой ник в Snapchat — Поллианна? — спрашивает Дейн, положив большие пальцы на экране телефона.
Нина занята поеданием салата, а Полли с энтузиазмом кивает, жуя кокосовые креветки.
— Отлично, я тебя нашел. — Дэйн нажимает несколько кнопок и откладывает телефон, уделяя немного внимания своей паре по свиданию.
— У тебя есть Snapchat? — Полли снова задает мне вопрос, и я уже не в первый раз задаюсь вопросом, зачем я вообще сюда пришёл.
— У меня не хватает на это времени, учитывая мою пятилетнюю дочь.
Дейн рассказал ей о Лили или нет? Она откидывается на секунду, и я получаю ответ. Дейн ничего не сказал ей о Лили. Если мне повезет, она одна из тех женщин, которые не хотят иметь дело с драмой одинокого папочки.
— О, ты папа выходного дня? — спрашивает она, беря вилку.
Прекрасно, на этот раз детская деталь сработала так, как я хотел.
— Нет, я постоянный отец.
Мой взгляд ловит взгляд Дэйна, сидящего через стол, и лукавая улыбка скользит по его губам, когда я осознал, почему я только что вытащил из мешка медаль отца-одиночки.
На встречах наших отцов-одиночек принято никогда не рассказывать об этом своим женщинам, пока ты не настроен серьезно. Отец-одиночка получает одну из двух реакций на эту новость. Они кинуться на шею и попросят фотографии, потому что считают, что мы ищем мать для своего ребёнка. Или реакция, как у Полли. Она действительно не знает, что делать, как на такое реагировать. Я сбил её с толку, а это значит, что она ещё не готова к детям.
— Могу ли я посмотреть фото? — Она наклоняется ближе, и мне кажется, будто нож вонзается мне в живот. Я был уверен, что правильно её понял.
Я смотрю через стол и вижу, как хитрая ухмылка Дэйна становится шире.
Да пошёл он на хрен.
— Хизер, — объявляю я слишком нетерпеливо, и она посмотрела на меня, ставя поднос с едой рядом со столом.
Слава Богу, что нас отвлекли.
Каждый из нас ест, разговор переходит к родному городу Нины и Полли, Уэт-Року, и к тому, что там большая часть центра города начинает закрываться. Последние несколько лет город находился в упадке, и у них не было много молодёжи, которые могли бы взять на себя управление их бизнесом. Итак, когда старшее поколение уходит на пенсию, поддерживать бизнес некому. Как бы меня ни раздражала Полли, я не могу не сочувствовать им. Это то, что могло бы случиться с нашей Бухтой Предела, если бы я не взял на себя управление компанией моего отца и если бы Дейн не взял на себя управление «Приятным сюрпризом».
У меня урчит в животе, когда я смотрю на скользких устриц, сидящих на своих раковинах. Я поливаю сверху немного коктейльного соуса и посыпаю хреном, мои пальцы обхватывают грубую скорлупу, поднося её к губам. По крайней мере, мне они понравятся сегодня вечером.
Вспышка.
Мои глаза моргают несколько раз, а затем телефон Полли оказывается перед моим лицом.
— Наше первое свидание, — она практически подпрыгивает на стуле, как перевозбужденный малыш, которому не терпится пропустить ужин и сразу перейти к мороженому.
Мои руки отпускают раковину, я вытираю их салфеткой, лежащей у меня на коленях, и забираю у неё телефон. На его экране — мы. Ну, её улыбающееся лицо, а у меня, с другой стороны, один глаз закрыт, а губы сжаты в тонкую линию. На фотографии я выгляжу как придурок, но меня обеспокоило не это.
Что заставило меня пожелать сломать этот телефон пополам, так это тот факт, что у нас на лицах наклейки или что-то подобное. Внизу фотографии написано: «Молодожены» с букетом цветов. У неё на голове вуаль, а у меня галстук-бабочка.
— Мы сможем показывать её в наш особенный день, чтобы доказать, что мы сразу поняли, к чему всё идёт, — шепчет она мне на ухо.
Моя рука тянется к столу, и я обнаружил, что мой стакан пуст, за исключением нескольких капель воды, смешанных с кубиками льда. Я беру пиво Дейна, и он кивает мне, но не задает вопросов.
Ему должно повезти, раз я всё ещё здесь. Если бы это было его свидание, и она собиралась опубликовать какую-нибудь фотографию с упоминанием их свадьбы, он бы спрыгнул с балкона в Тихий океан, и о нём бы больше никогда не слышали.
Я откашливаюсь и допиваю остатки его пива, ничего не говоря и делая мысленную пометку, чтобы найти способ вернуть Дэйну должок. Моя месть будет сладкой.
  
Глава 9
 
Катерина
Я расстёгиваю шорты и снимаю их, чтобы принять душ после долгого дня в лагере. Есть главный минус, связанный с пребыванием на улице весь день, — это количество грязи, попавшей на вашу кожу, в конце смены. Моя мама подумала, что я сошла с ума, когда я сказала ей, что собираюсь работать вожатой в летнем лагере.
— О, Кэт, ты же будешь торчать на улице целыми днями. Если ты хочешь быть рядом с детьми, почему бы тебе не стать няней?
Няня.
Тогда я должна была бы возить детей на теннис, плавание, верховую езду и любые другие внеклассные занятия? Нет, спасибо. Если бы я хотела этого, я бы была няней у своей старшей сестры Талии.
Нет, я хотела приехать в лагерь, чтобы учить детей искусству. Наблюдать, как они влюбляются в выражение своих чувств и эмоций с помощью мелков, красок и всего, что может придумать их маленькое воображение. Я увидела в этом возможность отплатить своей наставнице миссис Куинтон. Конечно, одно лето, проведённое без прогресса в своей карьере, не слишком критично. Этой осенью студии всё ещё будут в поисках новых талантов.
Я включаю душ, но замечаю нитку на кафельном полу в ванной.
  
Браслет.
Браслет Лили.
После того, как мы вернулись домой из лагеря, Чарли пошла в «Приятный сюрприз» отработать свою смену, а Ава устроила на кухне бурю. Я сразу пошла туда, куда всегда ходила.
Балкон возле моей комнаты, где стоят мольберт и холсты. Когда солнце садилось и скрывалось за кромкой океана, мои руки отчаянно пытались уловить волшебство этого момента.