Командор космического флота (СИ)

  
Глава 4
 
Холодный ствол нейропарализатора упирался точно между девятым и десятым позвонками, и Дарина была права. Одно нажатие на спуск, и мой спинной мозг превратится в бесполезное желе, так что я замер неподвижной статуей, держа в руках пакет с вином и нехитрой закуской.
Попал я по полной программе, развели как первоклашку, и по загривку у меня пробежал неприятный холодок, а желудок мучительно сжался в точку. Никогда бы не подумал, что враг сам раскроет мне карты, чтобы войти в доверие. Но тут сразу несколько факторов сработало, не только то, что Дарина сама рассказала про награду за голову. Её красота и обаяние, её заявленная цель — борьба с коррупцией, её напор и энергия… Первый слой обмана я раскусил, но хитрости, чтобы обнаружить за ним ещё один слой, мне не хватило.
  
— Пошёл, — ткнула она меня стволом.
Я облизнул вмиг пересохшие губы и медленно пошёл вперёд, вглубь квартирки, ожидая увидеть внутри группу бойцов туранского спецназа или что-нибудь в этом духе, но квартира была абсолютно пуста и стерильна. Типовой ремонт, стандартная мебель, никаких признаков того, что здесь вообще жили, я не заметил.
Дарина поставила меня лицом к стене, ловко и умело обыскала, заглянула везде, даже в носки и трусы, но кроме бумажника с документами ничего не нашла.
— Любишь ролевые игры, да? — ухмыльнулся я, стараясь сохранять самообладание.
— Заткнись, — бросила она раздражённо.
— Терпеливые побеждают, да? — спросил я. — Это альянсовская поговорка, не наша. И не туранская.
Дарина не ответила ничего, и молчание оказалось красноречивее любых ответов. Итак, я в жопе, очень глубоко. Меня приняла альянсовская разведка. Я так и стоял лицом к стене, прижав ладошки к обоям в полосочку, а шпионка уселась на диван прямо напротив меня, постоянно держа меня на мушке.
— Шеф? Объект у меня. Прилетайте, — произнесла Дарина по коммуникатору. — Поняла, ждём.
Сейчас меня вывезут в непрозрачном мешке на орбиту, потом контрабандой доставят в Туран, прямиком к султану Аббасу. А там уже меня тихонько прикончат в тюрьме, когда султан наиграется в палача. Большого шума не будет, ещё один дипломатический скандал султану ни к чему, а вот отомстить врагу он точно хочет. А командор Мясников просто пропадёт без вести. В космосе такое случается чаще, чем хотелось бы.
— Не хожу на свидания с объектами, да? — хмыкнул я.
— Ещё слово, и я забью тебе кляп в глотку, — пригрозила она.
Само собой, вся остальная связь в этой квартире глушилась. Скрепка виновато разводила руками, мол, ничего не могу сделать. Вызвать подмогу я не мог. Придётся срочно выдумывать что-то самому.
— Туалет здесь есть? — спросил я.
— Ты держишь меня за идиотку, командор? — фыркнула Дарина.
— Я напился кофе, и если ты не разрешишь мне сходить в туалет, мне придётся, как ты выразилась, ходить под себя, — сказал я. — Уводить меня отсюда придётся либо через крышу, либо через подъезд, там и там есть люди, и как ты думаешь, сколько внимания к себе привлечёт обмочившийся офицер космофлота?
Она поиграла желваками, пристально глядя на меня.
— Дверь будет открыта, — сказала она чуть погодя.
— Любишь подглядывать? — не удержался я.
Дарина скорчила гримасу отвращения.
— Было бы на что смотреть, — фыркнула она, поднимаясь с дивана.
Нейропарализатор продолжал смотреть точно на меня, и пусть даже выстрел издалека не сравнится по своему воздействию с выстрелом в позвоночник с минимального расстояния, я всё равно немного нервничал, поглядывая на его чёрные отверстия. Оружие казалось игрушечным в миниатюрной руке Дарины, но я знал, на что оно способно.
Дарина сама открыла дверь в санузел, маленький и тесный, совмещённый с душевой кабиной, толкнула меня внутрь. Я так и оставался спиной к ней.
— Пошевеливайся там, — приказала она.
Я быстро оглядел доступное пространство. Унитаз, душевая лейка, пустые полочки, туалетный ёршик. Металлический.
— Ну! — воскликнула Дарина.
Пришлось поднять крышку и расстегнуть ширинку на брюках.
— Я, знаешь ли, не извращенец, — буркнул я.
— Давай быстрее, — сказала она.
— Не могу, — сказал я. — У меня стресс. Да и в чужом присутствии, знаешь ли…
— Не заговаривай мне зубы, мать твою, ссы и выходи, — процедила она.
— Фу, как грубо. Моя матушка заставила бы тебя мыть рот с мылом, — хмыкнул я. — Не могу я так, не идёт, понимаешь? У мужчин это так и работает, или вы в учебке психологию не проходили? Некомфортно мне.
— Ещё некомфортнее тебе будет, когда я отстрелю тебе нижнюю половину тела! — рыкнула Дарина.
Я обернулся к ней, оценивая ситуацию. Дверь в санузел открывалась наружу, Дарина стояла как бы наполовину за дверью, вполоборота, видел я только её лицо, руку с нейропарализатором и часть плеча.
— Глупо, наверное, просить тебя отвернуться? — спросил я.
Она в ответ закатила глаза.
А вот и долгожданный шанс. Я плечом саданул по хлипкой двери, срывая её с петель, Дарина потеряла равновесие от удара, инстинктивно нажала на спуск. Правое плечо словно ошпарило кипятком на мгновение, моя рука повисла безжизненной плетью, но не более. Я мощным пинком выбил разряженный парализатор из её руки, Дарина вцепилась обеими руками в мою штанину, пытаясь спихнуть с себя выбитую дверь. Никогда не бил женщин, но всё бывает впервые, и я наотмашь ударил её по лицу, чтобы стряхнуть с себя, повторяя мысленно, что это не женщина, а секретный агент альянсовской разведки. Зная обычаи Альянса, Дарина может оказаться вообще каким-нибудь Дареллом или Джеромом с огромным питоном в штанах.
От этой мысли стало невероятно мерзко, и я добавил ещё несколько оплеух. Я ведь её едва не поцеловал в такси.
Шпионка съёжилась, свернулась калачиком, прикрываясь от ударов. Я выпрямился, сделал полшага назад, окинул коридор быстрым взглядом, пытаясь найти нейропарализатор. Улетел куда-то под шкаф, кажется. Ну и хрен с ним, у меня полно других дел, особенно если помнить, что сообщники Дарины уже в пути.
Я заправился, застегнул ширинку, глядя на лежащую ничком шпионку. Никаких иллюзий я уже не испытывал. Лицо её распухло, будто покусанное пчёлами, кровь из разбитого носа и губ запекалась на коже бордовыми разводами. Выглядела она совершенно беззащитной, но я, наученный горьким опытом, всё равно ждал подвоха.
— Где мой бумажник? — спросил я.
Она не ответила, вместо этого применив ультимативное оружие — слёзы. Тихонько заплакала, размазывая их по лицу вместе с косметикой и кровью.
Вот только меня таким не проймёшь. Я снова представил перед собой не хрупкую девушку, а здоровенного чернокожего десантника Сил Обороны Альянса, и всё сочувствие как рукой сняло.
Кажется, мои документы она убирала не то в карман, не то в сумочку. Придётся обыскать её. Око за око, зуб за зуб, обыск за обыск.
Но только я подошёл к ней поближе, как она встрепенулась и с размаха засадила мне в бедро острую шпильку. Нога взорвалась болью, я перехватил её руку, взял на излом. В артерию метилась, курва. Правая рука моя так и продолжала висеть бесполезным грузом, но для того, чтобы справиться с Дариной, мне хватало одной левой. Пришлось снова бить, и на этот раз со всей силы. Она стукнулась затылком об пол, и, кажется, отключилась, и я бегло обшарил её карманы. Пусто.
Бумажник мой нашёлся в её сумочке, в комнате. Я, прихрамывая, прошвырнулся по квартире, забрал, кроме бумажника, ещё и ключи от входной двери, перетянул бедро обрывком занавески, ещё раз взглянул на бесчувственное тело Дарины. Внутри меня кипела какая-то жгучая досада, обида на самого себя, что я так глупо попался на её крючок. Как муха в медовую ловушку.
  
Квартиру я покинул, ощущая себя каким-то жалким воришкой. Никогда не предполагал, что случайное знакомство может обернуться чем-то подобным, но шестое чувство подсказывало мне, что мне придётся к такому привыкнуть. И гораздо тщательнее выбирать себе возможных половых партнёров.