Несмеяна для босса (СИ)

Я приподнимаюсь и пытаюсь сглотнуть, чтобы ответить. Но пересохшее горло сжимается от неприятного спазма.
- Пить хочу, - выдавливаю из себя звук, похожий больше на сипение, чем на шепот.
Фёдор убегает куда-то с невероятным для его шкафоподобной комплекции проворством и тут же возвращается со стаканом, наполненным водой. Я выпиваю его жадным залпом и с облегчением откидываюсь на подушки.
  
- Извини за люстру, - подает голос Яр. - Сам не ожидал, что так срикошетит.
Фёдор с нескрываемым сарказмом замечает:
- Впервые слышу, чтобы ты перед кем-то извинялся. Сегодня рак на горе, что ли, свистнул? Скажу Егору, хотя вряд ли он не поверит. Надо было на диктофон записать.
- Удивляйся на здоровье, тебе полезно, - хмыкает Яр.
Эта колкость до того напоминает какую-то привычную семейную пикировку, что до меня доходит наконец, где я нахожусь. У братьев Яра, Медведских!
Он сам, не обращая внимания на раздраженного брата, присаживается на стул и наклоняется ко мне поближе.
- Тут такое было, пока ты в отключке валялась... Не подскажешь, с чего вдруг Батянин ради тебя прервал свой вечный дзен великого пофигизма и так расшевелился? А Короленко вообще не узнать. Его как подменили. Ты часом не ведьма, а?..
Свое насмешливое заявление младший Медведский произносит с таким двусмысленным прищуром, что я принимаю его за обычную форму снисходительного мужского стеба. Потому что принимать подобные вещи за чистую монету - наивно и глупо.
Реальность такова, что Батянин скорее всего действует, исходя из каких-то своих интересов, а вовсе не из-за меня. Просто я в его планы удачно вписалась, да и наше соглашение тоже сыграло не последнюю роль.
А что касается Короленко… теперь мне с ним всё ясно. Надеяться на него больше нечего.
Он ведь еще тогда, в ловушке Германа, прояснил свои мотивы. О том, как раскусил его задумку и решил оправдать ожидания, чтобы ослабить бдительность. Для него самое главное - в любой ситуации сохранить разум холодным и логичным. И этим разумом решил жестко обуздать любые чувства. Вон даже с радостью отправил меня в логово этих мутных Медведских. Прямым текстом сказал, что плевать на меня хотел, несмотря на их подозрительные наклонности. Мол, не убьют и ладно. На этом его чувство жалости и человеколюбия вполне удовлетворено.
Не дождавшись от меня ответа, Яр Медведский придвигается ближе - то ли чтобы рассмотреть выражение моего опущенного лица, то ли собираясь ляпнуть что-то еще. Но Фёдор его одергивает:
- Отстань ты от девчонки. Не видишь, хреново ей и без твоих подколов? - и с заметной неловкостью обращается ко мне: - Яна, еще водички хочешь? Или медсестру позвать, помочь с чем-нибудь?.. Туалет там или…
- Мы в больнице? - я с удивлением осматриваю комнату.
Вроде не похожа на палату. Вполне себе такой домашний вид, как в гостевой спальне.
- Нет, ты у нас дома. Но медсестра настоящая, договорились в частном порядке за тобой присмотреть. На случай проблем со здоровьем. Да, кстати… - Фёдор загадочно понижает голос и протягивает мне новенький смартфон, женственно-тоненький и довольно дорогой, судя по блеснувшей на корпусе марке последней модели. - Андрей Борисович просил передать тебе это. Позвони ему, если захочешь. Номер в адресную книгу уже вбит. И еще, насчет твоего бывшего…
- Тихо! - вдруг прерывает его Яр, к чему-то прислушиваясь.
Где-то внизу в доме и правда слышны голоса. Причем на повышенных тонах.
- Кто это? - встревоженно шепчу я. - Случайно не от Гер…
Медведский быстро пересаживается ко мне на кровать и зачем-то предостерегающе кладет мне палец на губы. Хотя вполне достаточно было бы просто шикнуть, призывая к молчанию.
Кто-то быстро приближается к комнате. И не один.
- Слушай, ты мой дом со своим не перепутал часом? - раздраженно говорит старший Медведский, Егор. - Я тебя наверх не приглашал.
- Переживешь, - коротко бросает до боли знакомый низкий голос. - Я должен сам ее увидеть.
Дверь распахивается, и у меня подпрыгивает сердце в груди.
Тёмный взгляд Короленко мельком обегает всё пространство гостевой спальни, подмечая в ней всех присутствующих и каждую деталь обстановки. В том числе и наглый палец Яра, до сих пор лежащий на моих губах.
Самое странное, что последний и не торопится его убирать. С любопытством смотрит на Короленко и даже наклоняется ко мне поближе, будто приглашая его сфотографировать нас вдвоем на память.
Я напряженно отворачиваю голову, чтобы избавиться от руки Медведского. И молчу. Не знаю ни того, что ждать от предубежденного Короленко, ни того, о чем с ним говорить. Желание объясниться с ним и поговорить по душам как-то отшибло после его недавнего наплевательского заявления. В голове образовался вакуум грустной растерянности.
- Тебе что, сидеть больше негде? - после заметной паузы спрашивает Короленко у младшего Медведского.
Яр приподнимает брови и равнодушно оглядывает мебель. Пара стульев в комнате и правда есть. Возле тумбочки с графином воды.
- Тут сидеть удобнее, - пожимает плечами и неожиданно подмигивает мне. - Люблю мягкое. А приятную компанию - еще больше.
Снова воцаряется молчание.
Я украдкой смотрю из-под ресниц на каменное лицо Короленко. Он сверлит мрачным взглядом Медведского долгие три секунды, прежде чем процедить властно:
- Выйди. Мне надо с ней поговорить.
- О чем секретничать будете?
- Не твое дело.
- Ну-у… это еще с какой стороны посмотреть, - не соглашается Яр. - Батя нам четкие указания оставил, чтобы мы глаз с девчонки не спускали. Если накосячим, то майор Котов мигом потеряет к моим старшеньким всю свою лояльность. А лично мне за решеткой их видеть как-то неохота.
Вспыльчивый Фёдор поворачивается к нему с вытянутым лицом.
- Младший, ты..! - он косится на меня и умолкает, шевеля губами. Видимо, матерится беззвучно.
- Чего я? - заинтересованно откликается Яр.
- Просто заткнись, - нехотя вмешивается флегматичный Егор. - Без сопливых тут разберемся. Артур Георгиевич…
Короленко поворачивает голову. Пару мгновений бодается с ним тяжелым взглядом.
- Полчаса, - коротко бросает он.
- Ладно. Федор, Ярослав, за мной.
На этот раз младший Медведский на удивление покладист. Спокойно поднимается с моей кровати и выходит вместе с братьями, плотно прикрыв за собой дверь.
И мы с бывшим боссом наконец-то остаемся наедине.
  
Глава 24. Разговор
 
Я нервно комкаю краешек одеяла в своих пальцах и в своем обострившемся восприятии подмечаю слишком темную и угловатую расцветку постельного белья. Какие-то бежево-коричневые ромбы, квадраты и прочие геометрически четкие линии. Чисто в мужском стиле, под стать всей обстановке в доме Медведских.
Чувствую на себе пристальный взгляд Короленко. Медленно втягиваю воздух в грудь, и почему-то мне мерещится в нем знакомый волнующий оттенок предгрозового ветра.
Запах босса…
Но я знаю, что это всего лишь фантомные игры памяти, не иначе. Потому что он стоит слишком далеко от меня, чтобы я реально могла вдохнуть свойственный ему аромат.
- Как ты себя чувствуешь? - наконец спрашивает он и медленно приближается к кровати.
Его мощная атлетическая фигура нависает надо мной, словно скала, подавляя своей близостью. Внушая трепет и острое ощущение его впечатляющей мужской харизмы. И в таком положении я невольно ощущаю себя рядом с ним еще более маленькой и слабой, чем обычно.
Я заставляю себя поднять голову и встретить его вопрос прямым ясным взглядом.
- Голова болит.
Даже не знаю, откуда во мне берутся эти крохи мужества, но именно они становятся щитом для моей раненой гордости. И вместо того, чтобы смутить меня до слез, как я боялась, настораживающее внимание Короленко придает моей горечи даже какой-то сладостный оттенок.
  
Наверное, на почве стресса у меня мазохизм какой-то проклюнулся. Или просто крыша уже едет. На пару с воспаленным воображением.