Хрустальная туфелька (ЛП)

– Посмотрю, что смогу сделать, – усмехнулся он.
Уинстон, как последний придурок, нажал на кнопку и закрыл перегородку. Я хмуро посмотрела на него.
– Не заигрывай с прислугой, Золушка.
– Я тоже твоя прислуга, но со мной ты прошел куда дальше заигрываний, – возразила я. – Почти уверена, что чувствую, как твоя сперма все еще сочится по бедру.
  
– Ты обожаешь меня провоцировать, – нахмурился он.
– Должна же я наверстать упущенное за все те дни, когда ты меня избегал.
– Все те дни? Их было всего три. Не преувеличивай.
Я посерьезнела, взяв его за руку и переплетая наши пальцы. Удивительно, но Уин даже позволил мне, крепче сжав мою руку.
– Уин, мы в порядке?
Уголок его губ приподнялся в усмешке.
– Нет, детка, мы не в порядке. Это не про нас. Мы совершенно ненормальные, но не переживай. Мы умудрились вознести это на высокий уровень.
Значит, в интерпретации Уина у нас все хорошо.
– Ты назвал меня деткой, – поддразнила я, едва сдержав смешок.
– Если туфелька подойдет, Золушка...
– Придурок.
– И все равно тебе нравлюсь.
«О нет, Константин. Не нравишься. Мои чувства куда сильнее».
«Как насчет любви?»
«Лучше тебе поверить, что я влюбилась. Несмотря на все твои попытки удержать меня от признания. И я обязательно утащу тебя за собой, нравится тебе или нет».
*****
Я последовала за Уинстоном в его квартиру, с удивлением обнаружив сидящих на диване Китона и Перри. Поставив клетку на ее обычное место в гостиной, Уин выпустил Креветку. Наша птичка радостно защебетала и полетела прямо к облюбованной люстре. Китон ухмыльнулся, глядя на Уинстона, а Перри просто улыбался ему, как идиот.
– Не смей, – рыкнул Уинстон.
Перри рассмеялся.
– Что? Я ничего не сказал.
– Не смотрите на меня так, – Уин яростно резанул взглядом обоих братьев.
– Я просто улыбаюсь, – отозвался Перри. – Сам не смотри на меня так, Уинни.
– А я лишь пытаюсь понять, чему именно только что стал свидетелем, – произнес Китон, задрав голову и наблюдая за тем, как Креветка возбужденно махал крыльями.
– Сможешь понаблюдать за птицами позже, малыш, – проворчал Уинстон. – Прямо сейчас нам нужно обсудить кое-какое семейное дело.
Китон осмотрел меня и сжал зубы, заметив мои покрасневшие, опухшие глаза. После целого дня, наполненного дерьмом, я была уверена, что выглядела соответствующе.
– Энтони что-то подготовил? – спросил Перри, подавшись в нашу сторону и упираясь локтями в колени.
Он буквально вибрировал от возбуждения, тогда как Китон откинулся назад, раскинув руки по спинке дивана с совершенно безразличным видом.
Я кинула сумки на пол и плюхнулась на подушки между Перри и Китоном. Уинстон скрестил руки на груди и хмуро взглянул на нас.
– Я недавно с ним говорил, – ответил Уин. – Мы должны встретиться с Морелли в ресторане на нейтральной территории.
– Подожди... – я напряглась от его слов и сдвинула брови. – Вы хотите встретиться с Морелли?
– Я заберу назад мое чертово здание, – голубые глаза Уина победно сверкнули. – Лео облажался. Я знал, что так и будет, потому составил контракт определенным образом. Эта встреча – всего лишь возможность понаблюдать, как он закатит истерику, подписывая бумаги о передаче прав.
Когда его высокомерие было направлено на меня, это раздражало, но когда он водил за нос кого-то, кто этого заслуживал, я чувствовала себя буквально загипнотизированной. Уинстон Константин обладал неудержимой силой. Он всегда получал желаемое, независимо от затрат и усилий.
– Ты одержим этим зданием, – поддразнила я Уина, с наслаждением увидев, как от моих слов приподнялся уголок его губ.
– Оу, – Перри дернул меня за прядь волос. – Вы с Уинни уже успели нацеловаться и все уладить.
– Мы переехали обратно, – торжествующе отрапортовала я.
Китон издал смешок, а Уинстон закатил глаза.
– Ты не можешь переехать обратно, если никогда здесь не жила, – принялся объяснять Уинстон, будто мы были тупыми людьми, а он нашим отцом. – Ты со своей птицей...
– Нашей птицей, – перебила я, а Креветка громко защебетал в знак согласия. – Креветка – наша птица.
– Тебя и твою проклятую птицу просто переселили, – он посмотрел на меня тяжелым взглядом. – И ради всего святого, Золушка, убери из глаз сердечки.
– Она не единственная, у кого там сердечки, – совсем неразумно буркнул рядом Перри.
Уинстон выставил средний палец и помахал им у него перед носом.
– Все, хватит. Нам нужно обсудить действительно важные вещи. Во-первых, кто-то слил, что Эш живет в квартире шлюхи.
– Квартире шлюхи? – насмешливо переспросил Китон.
– Что? – потребовал Перри, тут же посерьезнев. – Что произошло?
– Какой-то репортер ждал меня в доме и... – я задрожала от отвращения, разлившегося по венам. – Он мерзавец.
Уинстон достал телефон и кинул его Китону.
– Мне нужно все, что сможешь найти по этому журналисту. Если понадобится, подключи Ульриха. Я хочу, чтобы вы его уничтожили. Извращенцы, вырубающие женщин, а потом фотографирующие их нижнее белье, пока те без сознания, заслуживают чего-то похуже, чем удар по лицу.
– Что за дерьмо? – рыкнул Китон. – Я займусь этим.
Я послала ему благодарную улыбку.
– О местонахождении Эш, – продолжил Уинстон, – знали лишь пара человек. Но пресса как-то пронюхала. Однако, что настораживает меня куда сильнее, как узнал Скаут Мэннфорд. Уверен, именно он слил информацию. Но сперва ему самому кто-то сообщил.
Первой мыслью было упомянуть Нейта, но когда я заговорила о нем в прошлый раз, все кончилось не слишком хорошо, потому решила перейти к Деборе.
– Твоя секретарша меня ненавидит. К тому же, именно Дебора выселила меня с птичкой. Может, это она.
  
– А что насчет Нейта? – спросил Перри, и мне захотелось дать ему пять.
– Хмм, – отозвался Уинстон. – Я разберусь. Но после встречи с Морелли. Однако сейчас меня волнует еще и угроза Скаута.