Хрустальная туфелька (ЛП)

Уин бы гордился своим младшим братом.
Когда время истекло, я обняла Тейта, пообещав поддерживать связь, а потом помогала Перри догнать его дурацкого оранжевого монстра. Для дня, начавшегося с грандиозного сексуального скандала с миллиардером, он прошел довольно хорошо. А еще я надеялась этим вечером убедить Уинстона, что сожалела о замалчивании шантажа и угроз Лео. Чтобы мы снова смогли стать просто Уином и Эш.
  
Порочным фриками, которые значили друг для друга куда больше инвестиций.
Гораздо больше.
Уинстон это поймет. Я об этом позабочусь.
 
Уинстон
Я проиграл битву и винил в этом Перри.
Та фотография, что он мне прислал, вывела меня из себя. Я сказал Эш, что мне плевать, с кем она обедала, но солгал. Увидев ее такой счастливой и беззаботной рядом с этим ребенком, я сорвался. Вот вам и хладнокровие. С ней сохранять его просто невозможно.
Вот почему после длинного дня разбирательств с адвокатами, матерью и ордой репортеров-стервятников я стоял возле квартиры шлюхи.
И нервничал.
Нет, испытывал раздражение.
Как бы там ни было, я был очень напряжен.
Я постучал в дверь костяшками пальцев. Даже в этом звуке послышалось нетерпение и раздражение. Словно эти три удара были сообщением Эш о моем настроении. Спойлер: оно далеко от прекрасного.
Она распахнула дверь секундой позже, радостно улыбаясь. Я окинул взглядом ее тело, разочарованный тем, что на ней уже не было того соблазнительного платья, что я видел утром. Однако раздражение быстро прошло, стоило мне оценить ее новый наряд. Укороченные джинсовые шорты и тонкая сиреневая футболка с открытыми плечами, под которой виднелся черный бюстгальтер. Эш была босиком, и я заметил, что ее милые пальчики были выкрашены в оранжево-красный.
– Привет, – выдохнула она. – Заходи, ужин почти готов.
Эш развернулась на пятках, открывая мне прекрасный вид на ее упругую, округлую задницу, что так ясно очерчивали шорты. Интересно, она намеренно решила свести меня с ума этими дешевыми шортами или же все было совершенно невинно. Что-то подсказывало мне, что первое. Девчонка играла в игру, явно не в своей лиге, но при этом с легкостью меня обыгрывала. Я бы даже восхитился, если бы это так сильно не выводило меня из себя.
Я закрыл за собой дверь квартиры и запер. На меня тут же налетел розовый вихрь, и я сердито охнул. На плечо приземлился Креветка, начав щебетать мне на ухо какую-то гневную птичью тираду.
– Это вина Эш, – объяснил я, подняв руку и погладив его по крошечной голове. – Не переживай, я уже наказал ее.
Несколько раз взмахнув крыльями, он успокоился, принявшись клевать меня за ухом, словно я успел за ночь обзавестись блохами, а его не было рядом, чтобы это предотвратить. Эш стояла у плиты, помешивая что-то на сковороде. Пахло на удивление привлекательно, хотя и выглядело необычно.
– Неряха Джо [бургер, состоящий из говяжьего и/или свиного фарша, лука, томатного соуса или кетчупа, вустерского соуса, приправ и булочки для гамбургеров. Блюдо возникло в США в начале XX века.], – объяснила она. – Я так по ним соскучилась.
Мои губы скривились, стоило мне отметить булочки для гамбургера. Нет, Эш не могла думать, что я съем эти помои на булке. Но именно в этот момент она стала делать две порции, положив их на тарелки. По всей видимости, мне все же придется положить это нищенское дерьмо в рот. Если бы это не пахло так чертовски вкусно, я бы, наверное, ушел, не сказав больше ни слова, и забрал бы с собой птицу в наказание.
– Пиво в холодильнике, – указала Эш. – Я купила то, что тебе нравится.
Это показалось таким домашним.
Сильнее, чем когда-либо было в моей квартире. По какой-то причине это мне не понравилось. Почему Эш было комфортнее в квартире шлюхи, чем в одном из лучших домов в городе? Креветке здесь было даже негде летать. По сути это совершеннейшая дыра, но Эш буквально напевала от радости. Я ведь день провел как на иголках, а она тут едва не сияла.
Креветка решил, что паразитов у меня нет, и улетел к своей клетке. Достав из холодильника пару банок пива, я поставил их на стойку и открыл. Интересно, как Эш умудрилась в свои восемнадцать купить алкоголь. Видимо, в том черном платье она могла получить что угодно, лишь мило улыбнувшись. Поставив тарелки, Эш забралась на табурет.
– Садись, – попросила она, изучая меня своими ореховыми глазами. – Пожалуйста.
Сдержав вздох, я сел рядом с ней.
– Это определенно самое дерьмово выглядящее блюдо из всех, что я видел.
– Не строй из себя примадонну, Уин, ешь свой ужин как хороший мальчик.
Яркая улыбка Эш покорила меня настолько, что я откусил кусочек. Что ж, это оказалось даже хорошо. Но я готов был поклясться, что скончаюсь, если узнаю, что Эш достала это из банки...
– Хочешь, дам рецепт? – усмехнулась она со злой улыбкой на губах, словно могла читать мои мысли.
– Нет, – рыкнул я. – Хотела поговорить – валяй. У меня нет в запасе всей ночи.
Ее игривость улетучилась. Эш с задумчивым выражением лица потягивала пиво.
– Как все прошло сегодня с твоей матерью?
Не об этом я хотел говорить.
– Настолько хорошо, как это вообще могло пройти, когда ты принимаешь помощь матери, чтобы замять сексуальный скандал с твоим участием.
– Она теперь меня ненавидит?
– Во-первых, ты никогда ей не нравилась.
Эш на мгновение задумалась.
– Хмм.
– Ты не можешь издавать этот звук. Это моя фишка.
– Теперь моя. Мне так нравится смотреть, как при этом вздувается вена у тебя на лбу.
Не обратив внимание на ее высказывание, я решил покончить с этой ерундой наподобие гамбургеров. Эш следила за каждым моим движением, когда я поднялся и наложил себе еще порцию, притворившись, что не заметил лежавшую в мусорном ведре банку с этикеткой «Manwich». Когда я сел обратно, Эш придвинулась ближе, отложив еду, и пронзительно посмотрела мне в глаза.
  
– Уин, я ведь попросила прощения.
– За что? Я ведь не твой парень. За что ты извиняешься?
Ее глаза гневно вспыхнули.
– Прости, что разрушила те отношения, что у нас были. Но, черт возьми, повзрослей уже и перестань дуться.
– Дуться, – я презрительно усмехнулся. – Ты связалась с Морелли за моей спиной, Эш. Я не дуюсь, а в бешенстве.