Хрустальная туфелька (ЛП)

– Как и мой член, я уверен, что кое-что огромное вполне можно протиснуть в небольшое отверстие.
– Если ты про анальный секс, то он обойдется тебе куда дороже толстых пачек наличных, – бросила Эш в ответ и покачала головой, из-за чего ее хвост снова заколыхался.
– Я могу себе это позволить.
  
– Цены выросли. Знаешь, инфляция.
– Ты себя переоцениваешь.
Положив одну из пачек, она достала шесть сотен из другой и тоже положила на место. Потом медленно пересчитала.
– Шесть ударов. Это все, что ты получишь, – другой рукой она схватила меня за галстук и потянула вниз, пока мой рот не оказался в нескольких дюймах от ее губ. – И, Уин, мне прекрасно известно, чего стою. Благодаря тебе, я поняла, что эта сумма куда выше, чем предполагала.
Обхватив Эш за горло, я повел ее спиной обратно к столу. Она не протестовала, когда я обошелся с ней довольно грубо, уложив на стол. Но стоило мне задрать платье, как Эш с шипением выдохнула, отчего мой член буквально запульсировал от желания. Между сочных ягодиц оказалась деликатно размещена тонкая красная ниточка шелка.
Господи Иисусе, эта женщина хотела моей смерти.
Я без предупреждения хлопнул по ее ягодице, и Эш вскрикнула, сминая в руке стодолларовые купюры. Огладив покраснения, я ударил снова, на этот раз сильнее. Всхлипы Эш говорили мне, что ей чертовски нравится наказание. Если бы мне не нужно было тушить самый грандиозный пожар в мире, я бы взял выходной, лишь бы придумать много-много разных наказаний для этой провинившейся девчонки. Я ударил еще три раза, прежде чем нас прервал резкий стук в дверь.
– Что? – огрызнулся я, потирая малиновую плоть на заднице Эш.
– Мистер Константин, – пискнула Дебора, – вам звонят...
– А что я тебе сказал?
– Не соединять вас сегодня ни с кем. Но это ваша мать. Она сказала, что если вы не ответите, она меня уволит.
Эш издала смешок, и я последний раз звонко шлепнул ее по заднице, чем заработал возмущенный вскрик.
– Я отвечу буквально через минуту, – выдавил я.
Убедившись, что Дебора ушла, я одернул платье Эш, прикрывая ее задницу. Она оттолкнулась от стола и выпрямилась во весь рост. Ее щеки были пунцовыми, а зрачки расширены. Ничего мне сейчас не хотелось сильнее, чем безжалостно трахать ее до тех пор, пока она не останется без сил, но мозг функционировал на редкость трезво, потому я проигнорировал жалкие мольбы своего члена.
– Передай Нейту, что я назначил тебя его помощницей на сегодня, – я изучал ее лицо, заметил мелькнувшее на нем отвращение. А я-то решил, что они приятели, раз так любили вместе тусоваться в моем доме, пока меня не было. – Уверен, ты можешь многому у него научиться.
– Если придется, – проворчала она, засовывая деньги в сумочку.
– Именно, – я шагнул вперед, подцепив пальцем ее подбородок и приподнял. – И мне все равно, с кем ты идешь на треклятый ланч. Ты не моя девушка, – она гневно сморщила нос и сердито прищурилась. – Но ты возьмешь с собой Перри. Для защиты от прессы. Все, свободна, мисс Эллиот.
При упоминании моего брата, Эш расплылась в какой-то чересчур глупой улыбке.
– Хмм.
– «Хмм» – это моя фишка.
– Больше нет, – дерзко ответила она. – Ты знал, что я быстро учусь, но все равно показал мне все свои трюки. Увидимся позже, босс, – она театрально подмигнула мне, отчего у меня в венах вскипела кровь, а член набух еще сильнее.
Эта девчонка меня погубит, черт бы ее побрал.
Я постарался скрыть восхищение ее пылкой решимостью или тем, насколько она до неприличия сексуальна в своем дерзком наряде.
Но потерпел неудачу.
 
Эш
Задница болела, но это можно было считать улучшением наших с Уином отношений. Мы не поднялись на прежний уровень, но у меня появилась надежда. Ведь как бы он на меня не злился, но все равно желал. И я по-прежнему на него действовала.
Может, наша история была далека от «принцев и принцесс», как и от «долго и счастливо», но в нашей сказке имелись порочный злодей и его грязная горничная, которые тоже могли быть счастливы.
Однако все мысли об Уине исчезли, стоило мне подойти к двери Нейта. Я ненавидела саму идею работать с ним, но пока мы не уладим все с Уином, стоило дать ему немного пространства. Кроме того, мне не хотелось сидеть в кабинете Уина, когда у него состоится разговор с матерью, касательно нашего сексуального скандала.
Мне еще предстояло пережить подобный разговор с отцом.
Поежившись, я попыталась не думать обо всех тех сообщениях и звонках, которые пока оставляла без ответа. Папа сейчас умирал от унижения, это точно. Но прямо сейчас я была не готова встретиться с ним лицом к лицу.
Позже. Определенно позже.
Постучавшись к Нейту и услышав его громкий приказ войти, я ворвалась в его офис. Он кому-то старательно строчил сообщение. Я прикрыла за собой дверь и стала ждать, когда он признает мое присутствие. Закончив, Нейт отложил телефон и посмотрел на меня. А когда осознал, кто перед ним, напрягся.
Дерьмо, этот парень и правда меня ненавидел.
Вздернув подбородок, я заговорила:
– Уин попросил меня поработать сегодня с тобой. Он занят другими делами.
Нейт самодовольно усмехнулся, что дико мне не понравилось.
– Блестящая игрушка уже утратила свое сияние?
– Что-то вроде того, – солгала я, поскольку не желала обсуждать с ним надежду на восстановление наших отношений. – Чем тебе помочь?
Он скользнул по мне таким жадным раздевающим взглядом, что мне захотелось принять ванну.
– Подтащи стул.
Положив сумочку на стол рядом с диваном, я подвинула стул, чтобы сесть напротив Нейта. Он оказался явно недоволен возникшим между нами расстоянием, поскольку тут же придвинул стул ближе. Стиснув зубы, я села, держась очень чопорно и ругая себя, что не надела что-то подлиннее, способное прикрыть ноги. Подол заскользил вверх, обнажая больше кожи, чем мне хотелось бы показывать этому подонку.
  
Нейт поручил мне просмотреть стопку контрактов, чтобы найти для него искомый. Это помогло мне отвлечься и избавило от необходимости в общении, потому я не торопясь стала просматривать каждое. Но каждый раз, когда он касался меня коленом, по коже пробегала дрожь отвращения.
– Знаешь, – непринужденно начал Нейт, но его тон шел вразрез со словами, – а ведь он уже стал уставать от тебя. Сказать, что делает Уин с надоевшими ему игрушками?