Виконт особо опасен (СИ)

— За нарушение общественного порядка, — продолжал ухмыляться полицейский. Он был ниже остальных ростом, но при этом выпячивал грудь вперед, чтобы казаться важнее всех.
За зеркальными очками не было видно его глаз, но у меня почему-то сложилось впечатление, что они поблескивают от ехидства. Как будто ему было на руку, увидеть меня здесь именно при таких обстоятельствах. А значит, кто-то очень сильно хотел меня поймать.
И я не удивлюсь, если окажется, что и у полицейских есть наводка на меня. Только вот ради одной мести за обесчещенных девиц, такой кипиш никто поднимать бы не стал. В деле присутствуют еще какие-то факторы, которые мне неизвестны.
А может просто в этом мире порядки такие. Черт их разберет. Буду вникать в происходящее по ходу дела.
— На нас напали, — холодно сказал я. — Нам пришлось обороняться.
— И вы хотите, чтобы я поверил вам на слова? — хмыкнул полицейский.
— Поверь глазам своим! — рыкнул Натан из-за моей спины. — Или ты думаешь, что мы сами кинулись в драку на троих автоматчиков.
— Поаккуратней на поворотах, малыш, — цыкнул на него полицейский. — А не то можно и за оскорбление на пятнадцать суток присесть. Давайте, парни, пакуйте их! — махнул он рукой своим.
— Может свалим пока не поздно? — шепнул мне Натан, пока полицейские шли к нам.
— Нет, — твердо ответил я. — Посмотрим, что будет дальше. Давай там свою телепортацию перезаряжай активнее.
— Да это ж не от меня зависит, — развел руками карлик. — Как только мана восстановится, так сразу можно будет.
Но она похоже нас и не спасет. Как только на мои руки одели наручники, я сразу перестал чувствовать в себе какое-либо присутствие силы. Похоже они обладали антимагическим эффектом.
Были и у меня такие в свое время. Когда требовалось не устранить жертву, а взять живьем. Очень удобная штука, только вот на себе я ее никогда не испытывал. Все когда-то случается в первый раз.
Нас запихнули в автомобиль и повезли в участок, не говоря ни слова. По дороге я смотрел в окно, изучая окружающую обстановку.
Этот мир очень походил на мой. Плотная застройка, узкие улочки между домами, высокие витрины магазинов на первых этажах зданий и яркие вывески. Было несколько высоток этажей под пятьдесят с зеркальными фасадами сверху донизу.
Похоже в этом мире, как и в моем всем правят корпорации. У кого больше денег, тот и главный над всеми. Осталось только узнать кто здесь управляет всем. Я не стал спрашивать об этом у карлика, чтобы не вызывать лишний раз подозрений у полицейских, которые нас везли. Потом как-нибудь время будет.
Спустя двадцать минут, я сидел на шконке в комнате три на три с решетчатым окном. Вместо четвертой стены также была решетка, за которой я снова не ощущал присутствия магии в себе. Наручники были уже давно сняты, а эффект от них никуда не делся. Значит и камеры были антимагическими.
Надежды на то, чтобы хоть как-то привести свой дар в порядок не оправдались. Я, конечно, попытался, потому что не люблю, когда что-то выходит за рамки моего контроля. Сел на шконку в позе лотоса и погрузился в себя, пока карлик ходил из угла в угол по камере.
Моя астральная проекция выглядела очень слабо ментально. Натан не врал, когда говорил, что я недомерок. В районе головы едва заметная зеленая печать. В моем понимании этого было мало, еще и цвет зеленый. В предыдущем теле все печати были ярко оранжевые, но на них ушли годы тренировок.
Плюс ко всему их было шесть — по одной на руки, ноги, одна покрывающая грудь и одна на голове. Их все нужно было прокачивать и устанавливать между ними связь. Только так можно было добиться идеального баланса и большой силы.
Значит мне предстоит немало работы. Тренировки и частое использование заклинаний дадут опыт, с помощью которого вырастет моя сила и объем маны. Похоже Филипп Калашников не знал подобных нюансов, либо просто не хотел заморачиваться из-за собственной беспечности.
Связывая печати между собой, можно было добиться удивительных эффектов и новых неожиданных способностей. Знать бы еще каких. Боюсь карлик об этом точно ничего не знает. А это значит мне нужен какой-то шарящий в этих делах маг.
  
Еще нужно понять, что у меня с финансами. Когда у нас забирали личные вещи, карлик выудил из кармана жилетки увесистый кошелек. Похоже он все-таки его прихватил под шумок. Я хотел одарить его выразительным взглядом, но он все время отворачивался от меня в этот момент.
И что вообще за охота такая ведется? Судя по тому, что при звуке моей фамилии и имени никто не переспрашивает «Кто это?», я достаточно известная личность. Знать бы еще, чем так прославился. Неужели действительно только из-за отказа от наследства и секса с аристократскими дочерями.
— Сижу за решеткой в глубокой дыре, — завыл песню Натан, протиснув руки через решетку. — Вскормленный в неволе, щас съел бы пюре!
Я приоткрыл один глаз и посмотрел на него.
— Ты еще и бард что ль? — с сарказмом спросил я.
— А что еще делать, Фил? — повернулся он ко мне. — Ты вон сидишь и монаха из себя изображаешь. А мне, между прочим, жрать охота. Со вчерашнего дня ничего в желудке не бултыхалось. А с похмелья здоровому человек наваристый бульон просто необходим.
Честно говоря, я был с ним согласен. У самого уже урчало в животе. А я ведь вчера плотно поужинал. Жаль только, что это было в другом теле. Как и говорил Натан, Филипп Калашников особо закуской не заморачивался. Эх, молодо-зелено. Не умеет пить.
— Твои действия точно не приведут к тому, что нас покормят, — процедил сквозь зубы я, пытаясь снова погрузиться в транс.
— Тебе-то откуда знать? Твоя холёная жопа в тюряге никогда не бывала, — проворчал Натан. — Мой грустный товарищ, брюзжит словно дед, — во все горло заорал он. — Готов он в темнице, прожить до ста лет.
— Эй, там! — гаркнул надзиратель, заходя в комнату с камерами. — А ну заткнулись оба!
— Да нам бы пожрать чего, начальник, — взмолился карлик. — С утра росинки не было.
— Не положено, — отрезал он. — Вот принимайте новенького.
Он завел в комнату бугая. Тот, ссутулившись, прошел к камере и встал возле решетчатой двери. За ними шел еще один охранник. Вместе они сняли с него наручники, со скрипом распахнули дверь и толкнули бугая внутрь.
Сразу стало тесно. Он занимал какое-то немыслимое количество пространства, хоть камера и была рассчитана на четырех человек.
— А ты выходи давай, — обратился один из надзирателей к карлику. — У тебя допрос.
— Допрос? — со значением переспросил Натан. — Допрос — не вопрос. Может так быстрее выпустят. Пойдем.
Он охотно вышел в открытую дверь и подставил свои руки для наручников.
— Не скучай тут, Фил, — задорно сказал он мне. — Компания у тебя теперь есть, можете в города поиграть. Если этот верзила хотя бы один знает.
Да у него инстинкт самосохранения отсутствует напрочь.
— Давай, иди уже. Балабол! — толкнул его в спину надзиратель.
Они ушли, а бугай, осмотревшись, подошел прямо ко мне.
— Это мое место, — надменно произнес он. И откуда столько пафоса?
Бугай нависал надо мной словно гора. Его руки, словно два полена свисали бы до колен, если бы ноги не были такими длинными.
Доброжелательностью от него и не пахло.
Я окинул взглядом свободные шконки, а затем сурово посмотрел на него.
— Найди другое, — грозно сказал я. — Здесь полно свободных.
— Это — мое, — повторил он тем же тоном, а затем, в подтверждении своих слов, согнул руки в локтях и похрустел костяшками кулаков.
Чем больше шкаф, тем громче падает. А этот ходячий сервант так и нарывался на то, чтобы его уронили. Магии здесь не было, а это значит, что мы оба в равных положениях и мои ничтожные запасы маны не сыграют никакой роли в этом поединке.
Будь он магом, я бы может еще и задумался над тем, чтобы пересесть. Но в рукопашную, роняли и не таких. И не один раз.
Если конфликт неизбежен, нужно бить первым, чтобы иметь преимущество в дальнейшем. К тому же, ждать когда кулак размером с тыкву прилетит тебе в голову, не было ровным счетом никакого смысла.