Играй грязно (ЛП)
— А теперь веди себя хорошо, — говорю я.
— Веди себя хорошо? Если бы ты действительно хотела, чтобы я вел себя хорошо, тебе не следовало надевать это, — он берет меня за руку и притягивает к себе. Наклонившись ближе, он шепчет мне на ухо: — На самом деле, я думаю, что ты делаешь это специально. Ты хочешь, чтобы я потерял контроль, не так ли?
Я отстраняюсь и смотрю ему в глаза:
— Конечно, нет.
Лгунья, лгунья, на воре шапка горит.
Он сужает глаза, давая мне понять, что понял мою уловку.
— Эй, Джиа, Ноа. Вы здесь! — говорит Харпер из дверей бального зала.
Я поворачиваюсь, но Ноа не отпускает мою руку:
— Привет, Харпер. Мы только что приехали.
— Отлично. Я провожу вас.
— Как дела? Коробки привезли вовремя? — спрашивает он.
— О, да. Курьер забрал их сегодня утром.
— А что с Адрианом Стилом? — продолжает он.
Я бросаю на него предостерегающий взгляд, и он в свою очередь невинно расширяет глаза, как бы спрашивая: Что такого я сказал?
— Его здесь пока нет. Но я уверена, что в конце концов он появится, возможно, пьяный.
Я уверена, что Ноа хочет прокомментировать это, но я сильнее сжимаю его руку и спрашиваю:
— Итак, кроме Гордона, кто еще из фильма будет здесь?
— Гретхен МакКой и Филипп Уильямс.
Я ожидала, что Ноа будет в восторге от встречи с Гретхен. Она несколько лет подряд признавалась одной из самых сексуальных актрис Голливуда, и в каждом фильме, в котором она снималась, использовалась ее сексуальная привлекательность. Но Ноа не произносит ни слова.
Харпер откланивается, потому что у нее много работы, и мы направляемся к открытому бару. В зале еще мало народу, и те немногие, кто здесь есть, стоят небольшими группами и разговаривают. Я замечаю, что коробки, которые мы собрали, красиво лежат на длинном столе у широких окон в зале, и вздрагиваю.
— Не знаю, как ты, но если я никогда больше не увижу такой коробки, то это будет слишком рано, — шутит Ной.
— Согласна. Я удивлена, что ты не захотел познакомиться с Гретхен.
— Зачем мне знакомиться с какой-то актрисой, когда со мной самая красивая девушка в мире?
Бармен смеется:
— Хороший ответ, приятель.
— Это чистая правда, посмотри на мою спутницу. Вообще-то, нет, не смотри на нее.
Бармен усмехается и качает головой:
— Что вам налить?
— Я буду содовую.
— Я тоже.
Парень хихикает:
— Вы, ребята, отрываетесь по полной.
— О да, мы тусовщики, — Ноа смотрит на меня, одаривая озорной улыбкой, которая заставляет меня забыть обо всех причинах, по которым я не должна поддаваться его чарам.
— Боже, Боже… посмотрите, кто пришел.
У меня сводит желудок, а кровь стынет в жилах. Я поворачиваюсь и сталкиваюсь лицом к лицу с Райдером, который холодно улыбается нам.
Я хорошо знаю этот взгляд, и обычно он приберегает его для своих врагов.
ГЛАВА 27
ДЖИА
Не нужно было смотреть на Ноа, чтобы понять, что он напряжен как доска и пристально смотрит на Райдера.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он, прежде чем я успела что-либо сказать.
О, Боже. Ну вот, началось. Я даже не виню его за такую реакцию. Райдер тоже демонстрирует агрессивную позицию.
Райдер смотрит на него, как на незначительное насекомое:
— Извини?
— Что тебе нужно, Райдер? — я вклиниваюсь, пока ситуация не обострилась.
— А что? — он невинно вздергивает брови, смягчая выражение лица. — Я просто подошел поздороваться. Разве я не могу поприветствовать старого друга?
— Мы не друзья, — пробурчала я.
Он оглядывает меня с ног до головы:
— Я вижу, на тебе платье, которое я тебе подарил. Оно тебе очень идет, как я и предполагал.
Не могу поверить, что он упомянул, что платье было его подарком. Чертов осел.
Ноа бросает на меня взгляд, который говорит мне, что он чувствует себя преданным, но в следующую секунду он превращает свое выражение лица в холодную маску. Я не собираюсь объясняться с ним, пока Райдер смотрит. Это именно то, чего он хочет.
Вместо этого я подхожу ближе к Ноа, переплетая свою руку с его:
— Да, теперь кто-то особенный будет пожинать плоды.
Райдер искажает лицо в гримасе, и враждебность возвращается в его глаза. Прежде чем он успевает что-то ответить, в разговор вмешивается Харпер:
— Все в порядке?
Он поворачивается к ней:
— А почему бы и нет? Я еще не видел Адриана. Он здесь?
Харпер поджала губы:
— Я не его нянька, Райдер. Почему бы тебе не позвонить ему?
— Боже, что это со всеми сегодня? — спрашивает он, как будто он не ведет себя как придурок.
Она переключает свое внимание на нас:
— Вы хотите познакомиться с Гордоном Монтаной сейчас?
Черт. У меня не было возможности сказать ей, что Ноа передумал встречаться с Гордоном, поэтому я удивляюсь, когда он говорит:
— Конечно.
— Тогда идите за мной.
— Эй, я тоже хочу с ним встретится, — Райдер открывает свой большой рот, напоминая мне, что он тоже фанат.
Харпер бросает на него неприязненный взгляд:
— Извини. У тебя нет VIP-привилегий. Ты сможешь встретиться с ним, когда это сделают все остальные.
У меня в горле бурлит от смеха, но мне удается его сдержать. Ноа не заботится о том, чтобы сдерживать свое ликование, и громко фыркает.
Райдер сужает глаза, его челюсть напрягается. Секунду спустя он бормочет "не важно" и уходит, прижав телефон к уху.
— Какой гребаный придурок, — пробурчал Ноа.
— Можешь повторить это еще раз, — подхватывает Харпер.
Я не могу отрицать, что Райдер вел себя как придурок, но все это заставило меня почувствовать себя дерьмом. Я встречалась с этим парнем целый год. Он всегда был таким? Неужели я была идиоткой, раз не замечала этого?
Мы идем за Харпер через весь зал и через ряд дверей, пока не попадаем в зеленый зал. Здесь как будто проходит вторая вечеринка. На длинном столе — огромное количество еды, еще один бар, несколько диванов и кресел, которые выглядят очень удобными. На одном из них расположился Гордон Монтана, держа в одной руке телефон, а в другой — стакан с виски. Он выглядит точно так же, как и в своих фильмах, с характерной лысиной и губами, скривленными в вечной ухмылке. Ему около пятидесяти, но он по-прежнему чертовски красив и находится в отличной форме. Под пиджаком видны его бицепсы.
Харпер уверенно идет к нему, ее туфли на высоком каблуке ритмично постукивают по полу. Я бросаю взгляд на Ноа, чтобы узнать, как он себя чувствует, он выглядит расслабленным. Я даже не являюсь его поклонницей и все равно немного нервничаю.
Гордон поднимает глаза, почувствовав наше приближение.
— Здравствуйте, мистер Монтана. Это мои друзья, о которых я говорила. Джиа Манчини и Ноа Кингсли.
— Харпер, я уже просил тебя называть меня Гордоном, — он любезно улыбается, успокаивая её.
Он встает и пожимает руку мне и Ноа:
— Приятно познакомиться с вами, Джиа и Ноа. Спасибо, что пришли.
Ноа ничего не говорит, только смотрит с открытым ртом и изумленным блеском в глазах.
— Мы так рады, что пришли, и не можем дождаться, когда увидим фильм, — отвечаю я, хотя понятия не имею, о чем этот фильм.
— У вас будет возможность посмотреть его сегодня вечером.
— Правда? — наконец проговорил Ноа. — Это потрясающе. Я такой большой фанат.
Гордон улыбается, отчего складки в уголках его глаз становятся более резкими.
— Харпер сказала мне, что ты играешь за Воинов.
— Да, сэр. Центровой.
Он наклоняется ближе, как будто собирается открыть нам секрет:
— А ты знаешь, что в школе я играл в хоккей?
— Нет, не знал. Хотя, возможно, незнание этого факта лишает меня статуса большого фаната.
Гордон махнул рукой.
— Детали, которые никого не волнуют. Я не был достаточно хорош, чтобы получить стипендию и играть в колледже. Судьба распорядилась так, что вместо этого я оказался в Голливуде, но я по-прежнему люблю игру. Ваша команда очень хороша, да?