Хороша была Танюша (СИ)
Жгуче-черные, густо подведенные и недобрые. Что-то змеиное есть в ее взгляде. Так наверное смотрит удав пытаясь загипнотизировать свою жертву. Интуиция подсказывает мне опустить глаза, но с ней борется мое упрямство. Несколько секунд мы смотрим друг на друга, кажется, что наши взгляды осязаемы и звенят словно скрестившиеся клинки. Мое упрямство побеждает и глаз я не отвожу.
Хмурятся брови на смуглом и густо нарумяненом лице, раздуваются ноздри широкого и короткого носа, змеиное пробирается в улыбку пухлых, рубиновых губ.
- О, Солнцеликая царица Страны Золотых Песков! Позволь представить тебе мою соотечественницу и ученицу, Татьяну! - немного встревоженный и обеспокоенный голос Адама Петровича разрушил то напряжение которое колючим коконом окутывало нас.
Его голос помог мне расслабиться и мысленно усмехнуться. Надо же - солнцеликая! Меньше всего сидящая на золотом троне женщина напоминала это светило. Смуглая, черноволосая она скорее всего была похожа на сгоревшее полено. Однако, как же ловко научился льстить за три года правдивый и честный профессор!
Наверное я не смогла скрыть своих эмоций и женщина напротив меня сузила глаза и гордо выпрямилась.
- Ваша соотечественница такая же прилежная ученица как и я? - гортанно рассмеялась она.
Мужчина согнулся в поклоне еще ниже, я не видела выражение его лица. Но повисшая, вязкая тишина заставила прийти ему на помощь.
- Уважаемый профессор ошибается, я никогда не была его прилежной учиницей, только другом! Думаю, что мне невозможно затмить Вас, Солнцеликая! - соврала я легко и непринужденно. Надо же! Я тоже быстро учусь льстить. Воздух тут такой, что ли?
Самодовольная, горделивая улыбка преобразила лицо женщины. Оно действительно стало царственным.
- Здесь думаю только я! Вы Тать-яна, моя гостья. Зачем гостям утомлять себя мыслями? - медовый голос правительницы обволакивал, томно тянулся подобно сладкой ириске. - Все и так предопределено. Ваш приход в страну Золотых Песков наши пророки предсказали несколько столетий назад. Девушка с волосами цвета лунного золота, должна спасти наш мир от наступления песков. Правда мой советник Ад-дам, не верил им. Он ждал светловолосого мужчину. Я даже предложила ему пари, что через три года явится девушка. Вы проиграли! - она повернулась к Адаму Петровичу и облизнула яркие губы языком.
На миг мне почудилось, что розовый язычок раздвоился и задрожал словно змеиный. Я с трудом удержалась от того чтобы не тряхнуть головой, прогоняя видение. Пыталась анализировать ее слова, но у меня ничего не получалось. Какая миссия уготованна мне? Как цвет моих волос влияет на спасение от песков? Почему молчит и со всем соглашается профессор? Тревожные мысли так заняли мою голову, что я с трудом вникла в следующую фразу.
- Гостей мы любим и уважаем, они должны отдыхать и развлекаться. Я дарю вам Тать-яна, этих служанок, - царица небрежно кивнула в ту сторону зала, где пестрой стайкой почтительно замерли девушки. - Или же вам лучше подарить красивых, молодых воинов из моей охраны? - Она хитро улыбнулась.
- Нет, благодарю! - наверное слишком поспешно произнесла я.
Маленькая женщина чиркнула пронзительным, режущим взглядом по моему лицу и согласно кивнула головой.
- Ад-дам, сегодня у меня болит спина, думаю, что мне сможет помочь ваш искусный, целительный массаж, - она победно глянула на меня из-под длинных, черных ресниц и потянулась к застывшему мужчине. Он почтительно помог спуститься малорослой царице с высоких, золотых ступенек сверкающего трона. Через минуту они скрылись за пурпурными, густо вытканными золотыми павлинами и диковинными цветами, длинными занавесями за троном.
Я в замешательстве постояла, а затем круто развернулась и пошла в сторону выхода. Обратно я шагала гораздо быстрей, гладкие колонны расступались передо мной, словно деревья-великаны в лесу. Возле прозрачной, синей двери низко кланяясь, меня плотно окружили девушки. В их молчаливом сопровождении я была доставлена в свои покои.
И вот теперь, лежу на мягкой кровати и тщетно пытаюсь уснуть. Тысячи мыслей и яркие воспоминания сегодняшнего дня не дают мне отдатся прекрасному Морфею.
Скрипнула и приоткрылась высокая дверь, вздрогнув я посмотрела в ее сторону, ожидая увидеть силуэт вошедшего человека. Но в приоткрытую дверь никто не вошел, хотя я точно слышала чье-то дыхание.
- Здравствуй, Танюша! - голос Хлои, заставил меня подскочить.
Опустила глаза вниз и на пестром ковре увидела таксу.
- Хлоя! Нельзя же так пугать! - простонала я, схватившись за сердце.
- И это я слышу вместо приветствий и крепких объятий? - собака склонила длинноухую голову набок и посмотрела на меня укоризненно, с обидой. - Я между прочим Танюша, еле-ели нашла эти покои. У тебя сильно изменился запах! Ты часом не беременна ли?
- Ты даже не представляешь себе, как я рада тебя видеть Хлоя!
Я нагнулась и свесившись с высокой кровати взяла на руки горячее, мускулистое тельце.
- Что?! - тут же хрипло закричала, уронив собаку на прохладный шелк простыней.
- Эй, осторожней! Какая ты неловкая, Танюша! - заворчала на меня такса.
Я не обратила внимания на ее ворчание. То неясное, мутное, что мучило меня, сейчас было озвучено Хлоей.
- Повтори пожалуйста, что ты там сказала?
Собака шумно устраивалась на мягких подушках, подняла на меня узкую мордочку с блестящими бусинами черных, умных глаз.
- Ты неловкая, неуклюжая, роняешь меня словно...
- Нет! Нет! Ты, что-то там про беременность несла! - мой голос напряженно звенел.
Хлоя деловито умостилась посреди кровати и блаженно вздохнув положила голову на короткие лапки.
- Ты, что впервые это слышишь? - произнесла она лениво и прикрыла глаза.
Я робко погладила свой живот. Он был не такой уж и плоский. Это я заметила сегодня, когда меня мыли в купальне. Но в последнее время я не жаловалась на аппетит и подумала о том, что наверное пора мне прекращать жрать. Я проигнорировала и другие признаки, списав все на стресс и долгий, трудный путь. Дура! Какая же я глупая дура! Заперлась в чужой и наверное враждедный мир, в котором ждут от меня неведомо чего. Поставила под угрозу самое драгоценное, что могло случиться в моей жизни. Трудности прошедшего дня, отчаяние, страх перед будущим, сожаление, все смешалось во мне и я разрыдалась. Бурно, неудержимо, подвывая и размазывая слезы по щекам.
От слез становилось легче. Почему я раньше не позволяла себе плакать? Оказывается слезы словно дождь прошедший вовремя, могут смывать с души все ненужное. Я постепенно успокаивалась. Улыбнулась когда почувствовала на щеках шершавый язык Хлои.
- Все! Все! Не надо меня щекотать! - все еще шмыгая носом, я пыталась уклониться от сочувствий таксы.
- Танюша, ты не плачь! Твое прибытие предсказано, тут если хочешь то судьба распорядилась. И хозяину помощь твоя нужна. Мне тоже нужна и этому чертову миру она неоходима! - Хлоя заскулила жалобно, протяжно.
Я уже успокоилась, во мне проснулся здравый смысл. В моей ситуации слезами не поможешь, значит буду ориентироваться по обстановке и выживать.
- Хлоя, расскажи как вы во дворце очутились, как помолодели до неузнаваемости с Адамом Петровичем? Кто такая эта "солнцеликая" правительница и какую она власть имеет над профессором? Что там с предсказанием и спасением мира? - я вздохнула и приготовилась слушать.
Глава двадцать седьмая. Ночная исповедь Хлои.
Такса долго молчала, шумно сопела и изредка поглядывала на меня снизу вверх, умными и влажно блестевшими в полутьме глазами. Наконец-то Хлоя, видимо собралась с мыслями и подползла поближе.
- Танюша, ты по пустыне сколько дней шла? - она выжидательно смотрела на меня, склонив голову набок.
Я с хрустом потянулась и откинулась на гору мягких подушек.
- Совсем не долго, наверное не больше суток, - вспомнилось мне. - Возможно эти горячие пески и стали бы самым большим кошмаром в моей жизни, но я вовремя попросила о помощи. Представляешь Хлоя, язык птиц и животных я понимаю независимо от их национальности! Ну, ты понимаешь о чем я толкую! - я рассмеялась когда представила себе орла из пустыни в белом бурнусе и с длинными, черными усами. - Кстати, ты тоже понимаешь здешнюю живность без проблем? Ваш язык универсален?