Любимая, (не) моя (СИ)
В землю он меня зарыть решил. Ага, сейчас! Больше не позволю обращаться с собой как с грязью. Хватит, натерпелась, намучилась. Глаза бы мои его больше не видели.
Тут же срываю с правой руки кольцо и швыряю его в канаву. Там ему самое место.
– Я лошадку хочу… – хныкает Миша, совсем не довольный тем, что его оторвали от новой игрушки.
Мы останавливаемся у какого-то многоквартирного дома, сворачиваем во двор.
Тут детская площадка, и лошадка имеется, правда на пружине, а не на колесах, как та, что осталась в нашем дворе.
– Поиграй немножко, – прошу своего малыша.
Он, наивная душа, с радостным визгом несется к лошадке, тут же забирается на нее и принимается объезжать.
Я стою рядом, слежу, чтобы не упал.
А сама думаю свои черные думы.
Вечереет, дует прохладный ветер. Зябко ежусь, я ведь в домашних шортах и белой футболке, еще спасибо, что не в тапочках, а во вьетнамках, которые обычно ношу на кухне.
Насмерть не замерзну, конечно, ведь на улице апрель, а не февраль, но холодно, а дальше будет только хуже.
Хорошо, хоть Мишка одет по-уличному – на нем курточка и шапка.
Тем не менее он скоро тоже замерзнет, захочет есть, спать. Не на площадке же нам ночевать.
Куда нам идти? В отель? Артем найдет меня там за полчаса! Никаких хостелов и прочих благ цивилизации в нашем городке нет. А даже если бы и были, нас там искали бы в первую очередь.
Друзья? Нет надежных.
Отец?
Отец!
Мы не общались давненько. Кажется, в последний раз говорили два месяца назад – я поздравляла его с двадцать третьим февраля. Мы вообще с ним после смерти мамы почти не общаемся…
Все-таки звоню ему.
– Пап, – мой голос дрожит, но я продолжаю говорить: – У меня неприятности…
– Что случилось? – тут же беспокоится он. – Ты Артему звонила? Где ты? Я сейчас сам ему позвоню, и он…
– Не надо звонить Артему! – почти кричу и выдаю главное: – Я ушла от него…
– Ты что творишь, дочь? – он моментально выходит из себя. – Как ты можешь такое говорить? Такой хороший муж, заботливый…
В этот момент окончательно понимаю – папа мне не союзник. Впрочем, я это и раньше знала, ведь поначалу жаловалась ему сдуру. Поддержки было ноль. Оно и неудивительно, ведь Артем устроил его в один из своих магазинов начальником склада. В кои-то веки у отца появилась нормальная работа, которой он дорожил.
Но он же мой папа! Я ведь должна быть для него важнее работы, так?
Отец тем временем продолжает:
– Тебе выпал настоящий туз, когда вышла замуж за Шувалова, так цени, дочь.
– А ты не хочешь спросить, почему я ушла? – стону на выдохе. – Хоть бы послушал…
– Что тебя слушать? – перебивает он меня. – Выкинь из головы бабью дурь, позвони мужу!
На этом я кладу трубку.
Тру переносицу, силясь унять слезы, которые уже давно готовы прорваться.
Вижу входящий от отца и сбрасываю. А потом понимаю, какую глупость я совершила, позвонив ему. Он же сейчас начнет названивать мужу! Так он меня и найдет, причем очень быстро.
Достаю сим-карту из телефона и бросаю на дно сумки. Выключаю телефон.
Ну вот, я без связи.
Даже такси не смогу вызвать.
Может, в полицию?
Ага, ага, и насколько быстро они позвонят моему мужу? Он же сразу заберет меня оттуда!
Мысленно перебираю в голове всех друзей-знакомых, кто хотя бы чисто теоретически мог меня выручить, и не нахожу такого. Нет в этом городе человека, который сможет мне помочь.
А впрочем, есть.
Целый один.
Отец моего ребенка, который считает меня блядью.
И мне придется к нему обратиться, потому что больше не к кому.
– Пусть считает меня кем хочет, плевать, – тихо шепчу себе под нос.
Он же военный, а значит, по умолчанию сильный, со связями.
Неужели он не захочет помочь своему ребенку?
«У тебя нет его номера!» – смеется надо мной мое внутреннее я.
Номера нет, да. А вот адрес есть, ведь мы много лет жили неподалеку раньше.
Вдруг так случилось, что он еще не уехал? Или опять приехал. Очень надеюсь, что он не сменил адрес.
– Мишенька, пошли, прогуляемся, – стаскиваю сына с лошадки.
И мы спешим по проулкам к месту, где я когда-то жила с мамой и папой. Идем быстро – чтобы хоть как-то согреться.
Вот они, преимущества маленького городка – за час-полтора можно добраться до любой точки.
К концу пути Мишка уже канючит практически постоянно:
– Мам, я устал, кушать хочу…
Покупаю ему булочку, и он успокаивается, продолжает топать за мной.
Наконец мы добираемся до нужной улицы, находим дом, где Виталик жил раньше.
У меня сердце из груди выпрыгивает, когда вижу там свет.
Звоню в калитку, во все глаза наблюдаю за входной дверью.
Вскоре на улице показывается мужчина.
На какой-то миг я вспыхиваю изнутри радостью – Виталик!
Но очень быстро понимаю – нет, не он, хотя похож. Мужчина будто уменьшенная копия Виталика – ниже на полголовы или около того, хотя так же широк в плечах. Нет, все-таки не копия, черты лица чуть мягче.
Это его младший брат, Максим, кто же еще. Насколько я помню, у них небольшая разница в возрасте, всего два-три года.
Он подходит к калитке, оглядывает меня с подозрением.
– Здравствуйте, – тяну я смущенно.
Ну вот как я буду объяснять свои проблемы совершенно незнакомому мужчине? Я же понятия не имею, какой он человек.
– Привет, – отвечает Максим, в его взгляде скользит интерес. – Ты кто такая?
– Я? Шанна. А Виталик дома? – спрашиваю с надеждой. – Мне очень нужно с ним поговорить.
– Нет, он уехал.
От его ответа у меня опускается сердце.
– А когда вернется? – все продолжаю отчаянно на что-то надеяться.
– Не имею ни малейшего понятия, – пожимает он плечами. – Может, прикатит через месяц, может через год.
Его слова звучат как приговор.
– Год? – охаю, чувствуя, как к горлу подступает паника.
– В чем, собственно, дело? – Максим тут же настораживается.
– Я беременна от него, – признаюсь ему и опускаю взгляд. – Помогите мне, пожалуйста…
Младший Ребров некоторое время сверлит меня взглядом. В какой-то момент кажется – сейчас пошлет. Оно и понятно, если так сделает: сидит себе человек дома, занимается своими делами, а тут я как снег на голову. Еще и с такой новостью. Что в подобной ситуации можно подумать? Не удивлюсь, если примет меня за какую-нибудь сумасшедшую.
Однако Максим все-таки приглашает меня в дом и обещает связаться с Виталиком.
Глава 14. Первый мужчина Шанны
АртемЯ слышу звонок – кто-то пришел.
– Наконец-то, – рычу себе под нос.
Долбаная аптека, долбаная доставка.
Я ждал целых сорок пять минут!
Вылетаю из кабинета, спешу на улицу.
У калитки и вправду стоит доставщик. Молодой патлатый парень озирается по сторонам. Еще бы ему не озираться, поди не каждый день видит такой роскошный дом, как у меня.
– Ты откуда ехал? Из Тьмутаракани? – рявкаю на него.
Он пытается что-то блеять в оправдание, но я не слушаю.
Забираю пакет с тестами и закрываю калитку прямо перед его носом, иду обратно в дом.
По дороге к крыльцу смотрю по сторонам. Вроде шкет был на улице, нет? Вон и его новый конь… Брошенный. Как и многие другие игрушки, которые паршивец раскидывает по всему дому и двору.
Если бы Шанна так отчаянно не цеплялась за пацана, я бы давно скинул его матери, чтобы не мешался под ногами. Пусть бы возилась с внуком, а то достал уже.
И Шанна достала своим тупизмом.
Додумалась же купить тест администратору, да еще и коробку в сумку засунуть. Ну не дура ли так подставляться? Взбудоражила меня своей глупостью не по-детски.
Самое смешное – я ей вполне верю. Не потому, что убежден в ее неземной любви, нет. Просто я в свое время как следует подстраховался, закрутил гайки на максимум. Она не посмела бы ни под кого лечь.