Смертельная удача
Рон заготовил длинную речь, но осекается, увидев, что лицо Билла исказилось от ужаса.
— Заминировали? — спрашивает Билл, подвигается к Рону и хватает его за руку. — Что значит «заминировали»?
Похоже, Билл не в курсе, что Холли погибла; Рон только что ненароком ему об этом сообщил. Вот почему лучше всегда брать с собой Ибрагима.
— Ее убили? — Билл всматривается в лицо Рона и ищет подтверждения, что это неправда. Ищет и не находит. — Холли мертва?
— Нам очень нужна помощь, Билли, — отвечает Рон.
За столиком в углу мужчина с салфеткой за воротником смотрит на колени: он уронил еду. Жена поднимает крошки одной рукой, а другой гладит его по голове. Их друзья продолжают разговор.
Билл кивает Рону:
— Тебе можно доверять?
— Я же Рон Ричи. Конечно, мне можно доверять, — отвечает Рон.
— И ты не приплетешь копов? — спрашивает Билл.
— Никаких копов. Ни в жизни.
— Ладно, — говорит Билл. — Пойдем, покажу тебе Крепость.
31— Ваш двоюродный прадед Гарри Эблетт был фокусником, — рассказывает Джойс. — Выступал в Германии с бродячим цирком.
— Я этого не знала, — говорит Джилл Ашер. Она держит на руках шмыгающего носом младенца; по гостиной носятся два карапуза.
— Люди часто ничего не знают о своей семье, — замечает Джойс. — Элизабет подтвердит. А мы узнаём, приходим и сообщаем добрым людям вроде вас, а вы удивляетесь. Скажи, Элизабет? Вы даже не представляете, как некоторые удивляются.
Элизабет кивает. Она сама виновата, что велела Джойс дать простор воображению. Фокусник, бродячий цирк? В МИ-6 их учили, что легенда должна быть максимально простой. Но Джойс, кажется, решила не следовать этому правилу.
— Он погиб в Швеции, — продолжает Джойс. — Несчастный случай с воздушным шаром.
Джилл качает головой:
— Я не имела понятия.
Джилл Ашер. Холли Льюис звонила ей перед смертью. Но зачем? Какая между ними связь? Их задача — узнать об этом как можно больше.
— А у вас есть родственники на юге Англии, мисс Ашер? — спрашивает Элизабет.
Джилл качает головой:
— Я несколько лет работала в Брайтоне, но сама родом из Манчестера и всю жизнь тут прожила.
Брайтон. Может, вот она, связь? Джилл лет на десять моложе Холли, но они вполне могли подружиться. Элизабет очень хочется заговорить о Холли Льюис. Но что, если они не были подругами, а наоборот? Что, если Джилл причастна к смерти Холли? Главное сейчас — ее не спугнуть. Иногда приходится постепенно докапываться до правды. Надо проявить терпение.
— Не хочу слишком вас обнадеживать, — говорит Джойс, от души наслаждаясь происходящим, — но у Гарри Эблетта не было детей, и его имущество оказалось невостребованным. Теперь его необходимо разделить между оставшимися родственниками, или оно отойдет государству.
Джойс заверила Элизабет, что смотрела передачу о невостребованном имуществе и точно знает, что говорить.
— Так что мы разыскиваем родственников, — продолжает она. — Все лучше, чем позволить чертову государству заграбастать очередное имущество.
Элизабет заметила, что, когда Джойс нервничает, она начинает говорить фразочками из телевизора.
— Чем больше подробностей о себе вы сообщите, тем лучше. Семейная история и все такое прочее. Нам нужно заполнить пробелы и убедиться, что деньги попадут в нужные руки.
Джилл кивает:
— Ну разумеется. Поговорю с мамой — она обрадуется.
— Наследство не очень большое, — добавляет Джойс, — особенно если разделить его между всеми родственниками. Но, как я уже сказала, пусть лучше деньги достанутся семье, чем правительству, которое потратит их на всякие… больницы там, не знаю.
— Большинство родственников Гарри проживают в Сассексе, — говорит Элизабет. — Возможно, вам придется туда съездить.
— Это будет даже интересно, — отвечает Джилл. Младенец уснул у нее на руках. Над головами раздается жуткий грохот: видимо, старшие дети ушли играть наверх.
— Может, у вас даже остались друзья в Брайтоне, у кого можно было бы остановиться? — спрашивает Элизабет. Попытка не пытка.
— Парочка осталась, — кивает Джилл. Уже кое-что. — А у вас есть фотографии?
— Что? — спрашивает Элизабет.
— Фотографии двоюродного прадеда.
— Нет, простите…
— Конечно, есть.
Джойс тянется в сумку. В сумке Джойс найдется все. Она берет конверт из коричневой бумаги — Элизабет сразу узнаёт в нем один из конвертов Ибрагима — и достает несколько фотографий джентльмена в цилиндре и костюме викторианской эпохи, стоящего рядом с ассистенткой, разрезанной пополам: верхняя половина тела — в одном шкафчике, а нижняя — в другом. Элизабет представляет, как Джойс с Ибрагимом рыскали в интернете, пытаясь найти фотографии викторианских фокусников.
Когда она работала в МИ-6, пройдясь по любому коридору и заглянув в открытую дверь, можно было застать сотрудников за самой разной работой. Джойс и Ибрагим были бы там на своем месте: Элизабет легко представляет их в здании разведки и видит, как они сидят за старинными столами, грызут карандаши и развязывают войны.
— Какая прелесть, — говорит Джилл, разглядывая фотографии. «Гарри Эблетт» выступает на одной и той же сцене в разных номерах. — А можно их оставить?
— Конечно, — сияет Джойс.
Элизабет уже представляет, как Джойс приезжает домой и все рассказывает Ибрагиму. «Дело сделано», — скажет она.
Джилл с милой улыбкой разглядывает фотографии, а у Элизабет возникает плохое предчувствие. За годы она повидала преступников всех мастей, размеров и цветов, но ничто в Джилл не наводит на мысли о возможных криминальных склонностях. Она выглядит как скромная воспитательница детского сада из Манчестера, какой, видимо, и является. А это может означать только одно: они с Холли Льюис дружили. Элизабет не горит желанием сообщать Джилл трагическую новость. Но это неизбежно. Лишь тогда она сможет задать нужные вопросы и вернуться из Манчестера с зацепками.
Ждала ли Джилл звонка от подруги?
Позвонила ли ей Холли, осознав, что попала в беду?
Она должна узнать хоть что-нибудь.
От Рона нет вестей, но Элизабет надеется, что ему с Биллом Бенсоном повезло больше, чем им с Джилл Ашер.
Она готовится спросить о Холли, но в этот момент открывается входная дверь. Малыш открывает глаза. Элизабет забыла, мальчик это или девочка; Джойс, кажется, спрашивала, но Элизабет не слушала.
— Это Джейми, — говорит Джилл, наклоняется к Джойс и добавляет: — Моя вторая половина.
Заходит высокий мужчина в линялой фуфайке. Смотрит на Элизабет и Джойс и переводит взгляд на жену.
— Это дамы из компании «Охота за наследниками», — поясняет Джилл. — Помнишь, я тебе рассказывала?
— Как в телешоу, — говорит Джойс.
Муж Джилл кивает:
— Дети наверху?
— В своей комнате, — отвечает Джилл и поворачивается к Джойс: — Это Джойс.
Вообще-то, на операциях под прикрытием не принято сообщать свои настоящие имена, но Джойс вечно путает вымышленные, поэтому Элизабет решила не мудрить.
Джойс улыбается, но Джейми Ашер не отвечает ей тем же.
— У вас есть визитные карточки? Удостоверения?
— Мы фрилансеры, — отвечает Элизабет и протягивает руку. Джейми ее пожимает. Она вручает ему карточку. — Не будем больше беспокоить Ашеров в воскресенье, Джойс.
— Было очень приятно с вами познакомиться, — говорит Джилл. — Очень жду новостей.
— Я вас провожу, — произносит Джейми и выводит Джойс и Элизабет в коридор.
Убедившись, что жена не слышит, он говорит:
— Если это афера, я выясню это — и вы пожалеете.
Джойс надевает летнее пальто.
— По-вашему, мы похожи на аферисток?
Джейми переводит взгляд с Джойс на Элизабет и вынужденно признаётся, что нет, они ничуть не похожи на аферисток.
— Вы тоже работаете в детском саду, мистер Ашер?
— Нет. — Джейми открывает дверь.
На пороге Элизабет останавливается:
— Можно поинтересоваться, чем вы занимаетесь?
— Нет, — отвечает Джейми. — Нельзя.