Пышка в (с)Аду, или Кажется, Темный Властелин попал

Зомбик показал на темный проход и, странно косясь на нее, посеменил рядом.
Двигаться пришлось довольно долго, какими-то переходами, коридорами и анфиладами. А за окнами чернота, дым, там и сям языки пламени, вдалеке кое-где можно было увидеть летающих, бегающих и ползающих монстров. Забористо, конечно.
Сначала она подумала – это экраны, в которых гоняют ролики из какой-то компьютерной игры. Раз хозяин тут «Темный Властелин», то как бы логично.
  
Но, проходя мимо одного из таких окон, Вика хорошо пригляделась. Там не было остекления. Вообще. Голый проем. Но холодно не было, скорее, наоборот, из окон тянуло и горячим воздухом и дымом. Значит, все-таки пожар…
А высота здесь, между прочим, немалая, до земли далеко. Она мысленно прикинула – этаж девятый-десятый. Вопиющие нарушения всех норм и техники безопасности. Это же пациенты клиники полезут в окна и убьются. Об этом она собиралась говорить с Темным Властелином тоже.
Но пациентов, кстати, нигде не наблюдалось, и из медперсонала им по дороге не попалось никого. Все это наводило на странные мысли.
– Слушай, – спросила она зомбика. – А ты кто?
Ожидала услышать что-то вроде санитар, медбрат, на худой конец, волонтер. Ну все-таки очень натуральный у него был костюм, прямо натуралистичный.
– Я, – вытаращился тот. – Посыльный зомби.
Вот сейчас она впервые заподозрила, что этот… товарищ не врет.
– Но ты же разумный, – выпалила она.
– Да, мы все тут разумные. Нас у хозяина много. Для разных поручений, – боязливо покосился и добавил: – И не только.
Так. Теперь Вика уверилась, что этот «Темный Властелин» ставит на них эксперименты. Горячее желание поговорить с ним стало еще больше.
Однако они внезапно пришли.
Зомбик подергал ее за подол сарафана и забежал вперед.
– Х-хозяин здесь, мы пришли.
Перед Викой был высокий арочный проем, украшенный затейливой вязью каменного орнамента. И все бы хорошо, только камни были местами обугленные и выкрошившиеся. А за проемом виднелся странно колеблющийся темный занавес.
– Дальше я не пойду, мне нельзя, – зомбик попятился, всем своим видом показывая, что он не пойдет туда точно.
Он еще и запугивает их, «Темный Властелин»?
«Соберись, Персикова, – сказала она себе. – Пора навести порядок в этом дурдоме».
И двинулась вперед.
***
Из зала оракула Герберт вернулся к себе и благополучно предался отдыху, устроившись у камина.
Фею он оставил в алтарном зале своего замка.
Потому что просто не знал, что с ней делать. А так поспит на алтаре, проснется, ужаснется и убежит от него с воплями. Прямиком к Анарду. И будет требовать, чтобы Анард женился на ней.
Стоило представить физиономию Светлого братца, Герберт не удержался от смеха. Смеялся он долго и с удовольствием. Потом поворошил угли в камине, откинулся в своем любимом кресле, собираясь отпить тягучий нектар из серебряного кубка.
И вдруг увидел эту самую фею.
Герберт застыл, уставившись на нее.
 
Глава 2
 
Просочиться сквозь завесу, которую тут зачем-то устроили вместо дверей, было непросто. Сначала Вика думала, что задохнется. Там было дымно, отдавало серой и еще чем-то потусторонним. Потом поняла, что это, наверное, такой своеобразный санпропускник. Химобработка. В конце концов, ей удалось пробиться в помещение.
И там…
В кресле у камина сидел Геральт из Ривии. Ну или почти.
Во всяком случае, мужчина, сидевший в кресле, был одет в какие-то странные доспехи из потертой черной кожи. Да и весь облик – эти длинные белые волосы, шрамы на лице, желтые глаза (кажется, с вертикальным зрачком, но это не точно), напоминал персонажа, которого он косплеил, даже очень.
И сейчас этот «Темный Властелин» смотрел на нее примерно как Ведьмак на внезапно вылезшую из болота нечисть. Мол, ты кто?
А вот нечего! У нее самой было вопросов выше крыши. Вика прочистила горло:
– Здравствуйте, уважаемый.
Нет, Темным Властелином она его называть не стала, обойдется. В конце концов, если это бюджетное учреждение, пусть сначала представится. А он не спеша поставил на подлокотник кресла серебряный кубок. Кожа на лбу стала собираться в складки, как будто под этим самым лбом внезапно началась мозговая деятельность.
– Послушайте! Я, кажется, к вам обращаюсь, – Вике хотелось помахать рукой перед его лицом, но она оглядела помещение и добавила: – Что это за место и почему оно в таком состоянии?
– Тихо, – проговорил этот тип, выпрямляясь в кресле, и слегка оскалился.
Голос у него был низкий и пробирающий до дрожи, а зубы, кажется, заостренные. Вика слегка зависла, а он выдал:
– Это мое место. И оно в таком состоянии, которое нравится мне. Ясно?
Не зря ей казалось, что у этого хозяина клиники мания величия. Но молчать Вика не могла:
– Вы понимаете, что у вас пациенты могут выпасть в окна?
***
Герберт не мог понять, что с этой феей не так. Смотрел на нее в упор и думал: «Ну, давай уже, беги отсюда с воплями».
Он же отправлял к ней посыльного с четкими инструкциями: напугать так, чтобы эта фея летела отсюда впереди своего визга. Что в этом было сложного, неужели посыльный с элементарной задачей не справился? Совсем распустились! Сейчас он испытывал досаду и желание примерно наказать проштрафившегося зомби.
– Какие еще пациенты? – проговорил Герберт мрачно.
И, кстати, он таки разглядел, кого им подсунул оракул.
Фея была дааа… Далека от тех стандартов красоты, что предпочитал его Светлый братец. Хотя ему-то было все равно, не ему на ней жениться. Но что-то такое цепляющее глаз, в этом изобилии форм было.
Глаза. Да, глаза, точно, – подумал он. Такие большие и выразительные.
Но тут дева уперла руки в бока и с жаром выдала, подаваясь вперед:
– На которых вы ставите опыты!
Выдающийся бюст колыхнулся, сразу приковывая к себе внимание. Герберт даже прикинул мысленно… И тут же сплюнул. Какого черта?!
У него кулаки непроизвольно стиснулись от начавшего закипать раздражения. На кой он вообще согласился на это попадалово?! Надо было сразу сказать Анарду, чтобы тот забирал ее к себе, а не разводить этот геморрой.
Увы. Теперь выставить ее Герберт не мог.
Во-первых, он дал слово, а во-вторых – вопрос женитьбы. Не его, разумеется, а Светлого братца. Но ситуация на контроле, ему потом плешь проест оракул, проблем не оберешься. Приходилось терпеть.
А эта дева продолжала выедать ему мозг своими претензиями.
Опыты он ставит. Хах!
– Послушай, фея… – начал он.
– Виктория Персикова, – дева гордо вскинула голову.
Объемный бюст опять колыхнулся, Герберт оскалился кривой улыбкой и постарался донести до нее простую истину:
– Это. Мой Ад. Ты находишься здесь временно.
На какое-то мгновение фея умолкла, осмысливая, потом снова уперла руки в бока:
– Вот как? И что мне делать?!
Нет, вот смотреть на нее не нужно, подумалось ему, особенно в глаза. Герберт отвернулся и махнул рукой:
– Не знаю. Делай что хочешь. Можешь гулять, можешь сидеть в своей комнате.
И потом некоторое время прислушивался, кажется, ушла.
***
Делай что хочешь, значит? Хорошо.
Вика продралась обратно сквозь этот пахнущий дымом и серой санпропускник и снова оказалась в том самом мрачном каменном коридоре. А там этот зомбик, застыл в напряженной позе, втянув голову в плечи, и теребил костлявыми пальцами нечто, отдаленно похожее на видавшую виды шапочку.
Увидев ее, сначала зыркнул в сторону прохода, затянутого дымкой, как будто ждал, что оттуда полетят громы и молнии. Но так как этого не последовало, приободрился и выдавил ей неуверенную улыбку. А Вика уставилась на него.
  
Ну зомби же натуральный. И никакой это не костюм на Хэллоуин. Понимание того, что она, возможно, находится не в психиатрической клинике и даже не в родном городе, уже начало просачиваться в мозг. Но раз она не в родном городе, даже если опустить предположения о пожаре в питомнике и вообще, экологической катастрофе, то где?!