В подземелье я пойду, там свой level подниму XI (СИ)

— Прелестно, — сказал я. — Тогда отвечай на этот: зачем ты сюда пришёл? Что тебе нужно в этом мире?
Повисла тишина. Та самая, плотная, от которой начинает звенеть в ушах. Где-то за дверью кто-то радостно выкрикивал имя Беллы, обсуждая, как она «раскатала» противников, а я стоял и говорил сам с собой.
Парадоксально, но этот разговор с собой — диалог.
Виктор первым нарушил паузу.
  
— Такими темпами мы можем молчать вечно.
— Согласен, — усмехнулся я. — Только я предпочитаю, когда разговоры приносят результат. Есть предложение?
— Сделку, — ответил он.
— Вот уж неожиданно, — я улыбнулся. — Можешь расписывать свой гениальный план по тому, как выведаешь из меня всю информацию, сам при этом ничего не раскрыв.
— Три вопроса. По три у каждого. Гарантируется, что хотя бы один ответ каждой стороны будет правдивым, но какой — мы не будем знать.
Хитрый гад. Если он правильно выстроит диалог, то сможет выведать всё, что ему нужно.
— Старый трюк, — сказал я. — Но рабочий. Только добавим условие: все три вопроса должны быть на разные темы.
— Ты за кого меня принимаешь? — оскорбился он.
Трикстер определённо собирался задать три одинаковых вопроса.
— За очень умного и благородного человека. Ну так что? Если ты не собирался этим воспользоваться, то с моим условием проблем нет. Так ведь?
Он тихо засмеялся — мой же смех, только холоднее.
— Ладно уж. Но ты меня неприятно удивил, таинственный незнакомец.
— Я вообще полон сюрпризов, — сказал я. — Начнём.
[Только не вздумай сказать правду. Если он узнает, кто ты, результат будет как при личной встрече. Коллапс вселенной и смерть!]
Да уж. Без этого было бы слишком просто. Но чего-то такого я и ждал. Тем более, Виктор Громов — человек непростой. Что самое плохое — он параноик. Если я ему всё расскажу, с него станется намеренно со мной встретиться, чтобы убедиться в правдивости моих слов.
— Что ж, — сказал я вслух, — первый вопрос за мной. Что ты обо мне знаешь?
Этот вопрос был не так важен. Скорее всего, он не знает ничего. Тем не менее, он гонится за мной. И если он ответит правду, то должен будет уточнить, что именно заставляет его желать встречи со мной.
Так что, меня устроит любой ответ.
— Почувствовал всплеск энергии в этом мире, — ответил он без паузы. — Решил посмотреть, что за источник. Больше ничего.
Я усмехнулся.
— Правдоподобно, но скучно.
Ложь. Наблюдать за другим миром даже для Трикстера — морока: слишком много энергии, слишком мало смысла. Я, например, никогда бы не стал тратить силы на подобное. А он — я же. Значит, первое враньё засчитано.
Теперь его очередь.
— С кем я говорю? — спросил Виктор. — Только не уходи в абстракцию.
Я чуть улыбнулся.
— Просто человек, который не любит, когда его убивают.
Это также ложь, и он это, скорее всего, поймёт. Но если говорить правду — он меня быстро раскроет.
— Второй вопрос, — сказал я, не давая паузе затянуться. — Что ты собираешься делать дальше?
Он замолчал на пару секунд, а потом ответил:
— В этом мире я хочу встретиться с одним другом.
И снова ложь. В этом мире у него совершенно точно нет знакомых. Но он не мог знать, что я знаю всё о нём. В обычной ситуации это можно было бы считать правдой. Всё-таки ради чего-то он пришёл в этот мир.
— Допустим, — спокойно ответил я.
— Теперь мой ход. Что ты задумал? — спросил Виктор.
— Спасти себя и всех, кем я дорожу, — сказал я.
И на этот раз это было правдой.
Когда Сиф придёт, он не только убьёт меня, но и поработит разум всех моих близких. Мне этого не хочется. Так что спасти их — моя цель.
Виктор, скорее всего, поймёт, что я сказал правду. Но это не так уж и важно. Главное — гарант правды я потратил на этот ответ.
На линии повисла тишина. Потом я услышал тихий вдох.
— Хм. Даже благородно, — произнёс он.
— Благородно — это побочный эффект, — сказал я. — Мне просто лень умирать.
Я почувствовал, как Вирус шевельнулся, но не стал вмешиваться. Он знал: спорить бесполезно.
— Последний вопрос, — сказал я. — Почему ты сюда пришёл?
На этот раз пауза была долгой. Я почти слышал, как на той стороне связи потрескивает энергия, будто сопротивляясь ответу. Оно и понятно: он намеренно ответил на этот вопрос в первый раз, пытаясь запутать меня. Однако по уговору нельзя задавать похожий вопрос. Но тогда мой вопрос был совсем другим.
Наконец Виктор заговорил:
— Меня позвали. Не знаю кто, просто какой-то голос. Он просил убить тебя.
Я выдохнул сквозь зубы. Вот оно. Не совпадение, не любопытство, не «стечение обстоятельств» — меня действительно собирались убрать.
— Ну хоть честно, — сказал я. — А то я уже думал, ты просто скучал.
— Я не говорил, что выполню приказ, — добавил он.
— Но и не отказался, — напомнил я. — Мы оба знаем, как устроены приказы. Сначала слушаешь, потом убеждаешь себя, что сделал это по собственной воле.
Он снова замолчал. Потом тихо спросил:
— Ты мой враг?
А вот и третий вопрос.
«Вот ведь гад. Какой каверзный вопрос!»
Я уже ответил один раз правдой, но никто не мешает ответить правдиво и во второй. Если я скажу «нет», это может прозвучать как ложь. Если скажу «да» — то это может быть признанием. Хитрый ублюдок загнал меня в ловушку.
[Видишь, как сложно с тобой иметь дело? Благодари меня, что я на твоей стороне!]
Сложно? Ха! Этот пацан — версия меня десятилетней давности. Уж ему в хитрости я точно не проиграю!
— Да нет, наверное.
Секунда тишины, потом короткий смешок.
— Слушай, а мы точно не встречались? Уж больно хорошо ты меня знаешь, — сказал он.
Последний вопрос был задан специально, чтобы меня запутать. Неважно, какой вариант я бы выбрал — это усилило бы его подозрительность. В такой ситуации только тот, кто предельно осторожен, попытается дать прямой ответ. Поэтому я выбрал самый абстрактный и неуверенный вариант — так поступает лишь тот, кто не зациклен на попытках себя обелить.
— А это уже четвёртый вопрос. Но я отвечу. Нет, мы с тобой никогда не встречались. И я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой.
— Понятненько. Пожалуй, на этом всё, — сказал он.
Связь начала рассыпаться. Воздух вокруг кольца загустел, пахнуло озоном.
Вирус зашипел у меня в голове:
[Он тебя сканирует!]
— Пусть сканирует, — ответил я. — Это займёт вечность.
— Ещё увидимся, — сказал Виктор.
— Лучше не надо, — ответил я.
И связь оборвалась.
Я использовал «Королевскую Власть» и превратил пульт в прах — чтобы он точно не смог до меня ещё раз дозвониться. Всё-таки разговоры с ним выматывают.
В коридоре стало непривычно тихо. За стеной всё ещё гудели динамики, студенты обсуждали бой, кто-то громко смеялся. Всё как обычно. Только теперь я знал, что где-то в этом мире мой двойник получил приказ убить меня.
Я медленно пошёл по пустому коридору, глядя на отражение в стеклянных дверях.
[Он ведь не шутил…]
Переживание Вируса было понятно — наши жизни связаны.
— Конечно, нет, — ответил я. — Но если он — это я, значит, он сделает всё так же, как сделал бы я. Сначала узнает побольше. Потом попробует понять, где слабое место. И только потом ударит.
[И ты к этому готов?]
— Не-а. Виктор Громов — самый непредсказуемый чёрт во вселенной. Даже я не знаю, что от себя ждать. Как говорил один долбанутый Алхимик: «Когда я злюсь, я сам себя боюсь». Вот и он может доставить целую кучу неприятностей.
Я свернул в боковой проход, где никого не было, и сел на подоконник. За окном горел город — неон, дроны, рекламные голограммы. Всё это казалось одновременно живым и мёртвым.
[Может, тогда просто сбежим из этого мира? Я могу это устроить.]
  
— Не получится. Трикстер найдёт нас, где бы мы ни прятались. Мне пришлось активировать триста семнадцать разных эффектов, чтобы он не нашёл нас своими абсурдными силами. Но даже так я не смог предугадать телефонный звонок. Чёрт его знает, чего от него ждать.