Шторм над Петербургом (СИ)

Черкасов пристально посмотрел на моего брата.
— В любой непонятной ситуации лучше просто сыграйте опьянение. Вы помните, чему вас обучали, Виктор Иоаннович. Теперь к распределению ролей. Сначала про Четвертое отделение. Я — общий координатор операции. Арсеньев, — продолжил он, указывая на лейтенанта, — обеспечит правовое оформление обыска. Ордер мы сегодня выбили. Ростопчин координирует действия совместно с группой захвата.
Капитан Ростопчин переглянулся с молчаливым бугаем, который остался неназванным. Судя по комплекции, это и был человек из группы специального назначения.
Еще одна неназванная девушка разложила карту района и пробежалась карандашом по схеме прилегающих построек.
— Места для наблюдения здесь, здесь и вот здесь. В этом корпусе можно разместить группу. Здесь можно припарковать автомобили. Этот радиус выходит за границу охраняемого службой безопасности периметра, но мы сможем обеспечить прибытие в течение тридцати секунд. Дороги будут расчищены где нужно.
— Хорошо, — кивнул Черкасов.
Теперь слово взял Кушелев:
— Спецкорпус действует следующим образом: капитан Делянов возглавляет группу зачистки и нейтрализации аномальной энергии. Алексей Иоаннович Николаев, эксперт по обнаружению аномалий — с Деляновым.
Я кивнул, готовясь к предстоящей работе. Опыт работы с Деляновым у меня уже был, и капитан мне нравился некоторой отмороженностью. Не так чтобы совсем без царя в голове, но человеком он явно был бесстрашным. В моем Ордене ему бы понравилось.
Черкасов, убрав бумаги со стола, начал чертить схему действий.
— Операция начинается с момента подачи сигнала. Мы ориентируемся на время, когда гости прибудут, и вечеринка будет в разгаре. Это около половины одиннадцатого вечера. Блокируем все входы и выходы, берем здание под контроль.
— Сопротивление ожидается?
— От этих отморозков можно ожидать чего угодно, — мрачно отозвался Ростопчин. — Так что готовимся к любой реакции.
— Они будут полными идиотами, если посмеют оказать сопротивление официальным представителям власти, — сказал Кушелев. — Но им может хватить на это наглости. Более того, они могут попытаться применить зараженные артефакты или иную форму аномальной энергии. Поэтому группы захвата будут сопровождать наши ребята из Корпуса.
Я уставился на Виктора:
— Лучше бы тебе оказаться где-нибудь под лавкой в момент захвата.
— Виктор Иоаннович, мои коллеги вас ждут в соседнем кабинете, — сказал Черкасов. — Индивидуальная подготовка.
Мой брат встал, расправил пиджак и молча кивнул.
— Удачи, — сказал я тихо, когда он проходил мимо меня.
В кабинете повисла напряженная тишина после того, как Виктор покинул помещение. Я знал, что ему предстоит сложная работа, и хотя он был человеком уравновешенным и подготовленным, риск был слишком велик.
Черкасов жестом пригласил нас всех подойти ближе к столу, на котором теперь лежала детализированная схема особняка Бруснициных.
— К сожалению, мы не знаем точное количество приглашенных гостей. Персонал и организаторы носят карнавальные маски — это наш ориентир. Но маску можно легко надеть или сбросить, поэтому вяжем всех. Идентифицировать личности будем в процессе.
Кушелев крякнул.
— Эх, господа, вой поднимется до небес. Среди приглашенных — птички высокого полета, и они попытаются устроить всем нам веселую жизнь. Так что на угрозы не поддаемся.
Я лишь усмехнулся. Ну пусть попробуют поскандалить и угрожать. Я был уверен, что некоторых гостей мы застукаем за употреблением каких-нибудь запрещенных веществ или скандальным промискуитетом. А с оголенными чреслами как-то не с руки качать права. Тем более что в случае официального разбирательства все эти сведения можно ненароком предать огласке.
В любом случае кого надо — заткнем.
— Отправляйтесь спать, господа, — сказал Кушелев. — Завтра важный день.
* * *
Особняк Бруснициных возвышался на краю старой промзоны Васильевского острова. Место не из приятных — кожевенное производство воняло отвратительно, а сам дом богатеев Бруснициных настолько резко контрастировал с окружающей обстановкой в виде обшарпанных цехов с мутными стеклянными окнами, что казался инородным телом.
  
Впрочем, само здание тоже выглядело немного запущенным.
Тяжелые резные двери, высокие прямоугольные окна окна с витражами и облупившаяся штукатурка фасада говорили о том, что здание давно не знало руки заботливого хозяина. Но сейчас, освещенное мягким светом ламп, оно выглядело как дорогая декорация.
На втором этаже мерцали огни, подсвечивая силуэты людей, что собирались внутри. По всему периметру вокруг особняка дежурили охранники, периодически бросали взгляды на подъезжающие автомобили.
— Надо было хоть газетку прихватить, — проворчал Делянов, оглядывая унылый интерьер нашего укрытия.
Нам с капитаном выпало сопровождать одну из групп захвата. В почти заброшенный цех в квартале от особняка получилось загнать пару микроавтобусов, в которых бойцы дожидались команды.
Я таращился в окно — удалось найти нормальный угол обзора — и наблюдал за происходящим у парадного входа в особняк. Луна вырвалась из-за облаков, облив узкую улочку серебристым светом.
— Терпение, Алексей, — улыбнулся Делянов. — В таких обстоятельствах главное — уметь выжидать.
Выжидать я умел, но беспокоился за Виктора. Как и ожидалось, сотовую связь глушили, и с братом ни у кого бы не получилось связаться.
Из рации раздался низкий голос:
— Первая группа, доложите обстановку.
Ответил Ростопчин:
— Периметр чист. У ворот двое, вооружены. На дороге пусто.
— Синицын?
— У второго въезда тоже спокойно. Пару минут назад подъехал черный седан, но никто из пассажиров угрозы не представляет.
— Принято. Держите на контроле.
Кушелев вклинился в разговор:
— Вторая группа, сколько насчитали гостей внутри?
— Пока тридцать четыре человека, — доложил Арсеньев. — Но еще прибывают.
— Не пора ли внести разнообразие в унылый вечер?
— Отставить. Ждем еще. Пусть расслабятся.
Я молча привалился плечом к кирпичной стене, осматривая особняк. Мягкий свет окон и приглушенные звуки музыки, доносящиеся сквозь стены, создавали иллюзию обычной вечеринки. Но мы-то знали, что за фасадом скрываются опасность, способная подорвать хрупкое равновесие магического мира.
— Тревожитесь? — спросил Делянов, глядя на меня.
— За брата, — ответил я, оборачиваясь к очередному подъезжающему автомобилю. — Он к подобному образу действий не привык.
— Канцелярская крыса?
— Вроде того. Крючкотворец.
Делянов хмыкнул.
— Вы даже внешне мало похожи. До чего же порой интересно играет кровь. О, кажется, тридцать пятый гость.
Роскошный четырехдверный седан плавно остановился у парадного входа. Водитель, высокий мужчина в строгом костюме, торопливо вышел из машины и обошел ее, чтобы открыть дверь пассажиру.
Из автомобиля вышла девушка — темноволосая, миниатюрная, с тонкой талией, подчеркнутой облегающим платьем из черного атласа. Разрез платья тянулся от бедра, обнажая стройные ноги на высоченных шпильках. В свете уличного фонаря вспыхнули бриллиантовые серьги в форме звезды, и я мгновенно узнал её.
— Проклятье! — вырвалось у меня. — Какого черта она там делает?
Сердце пропустило удар. Я прищурился, глядя, как она легко коснулась плеча водителя, благодарив его и, подхватив сумочку, направилась к главному входу.
— Узнали ее? — тихо спросил Делянов, перехватив мой взгляд.
— Да, — коротко ответил я. — Это княжна Зинаида Юсупова.
  
Глава 26
 
Внутри меня все закипело. Какого черта Ида там забыла⁈
— Вы уверены, Алексей? — удивился Делянов, перенося взгляд на меня.
— Это точно Зинаида Феликсовна, — пояснил я, стараясь не показывать раздражения. — Дочь князя Юсупова. Мы знакомы. Я не думал, что она может быть связана с Римским клубом.