Чары серебра (ЛП)

— Пошли, — прошептал Коннор, и мы двинулись вперёд по грязному бетонному полу к краю освещённого пространства.
Раздался звон колокольчика, я подняла голову и увидела женщину в чёрном, идущую сквозь магическую дымку.
— Твою мать, — пробормотал Коннор рядом со мной.
Это была Люси Далтон, барменша из «Хриплого Волка».
Она безжалостно стянула назад свои локоны, собранные теперь в тугой пучок, и надела платье из чёрного бархата, доходившее ей до лодыжек. Серебряный шнурок служил поясом, и на ней висел звенящий серебряный колокольчик. Её руки были обнажены, и на коже резко выделялась тонкая линия татуировки в виде руны.
  
На свет вышли ещё три женщины, все в чёрных платьях. Они были разного телосложения, с разным цветом кожи, с разными причёсками. Но магия в них узнавалась без сомнения.
— Не это я ожидал увидеть, когда встал этим утром с постели, — пробормотал Тео. — Я Тео Мартин, — объявил он, и его голос эхом разнёсся по помещению, когда он поднял свой значок. — А это Элиза Салливан. Мы Команда Омбудсмена и приказываем вам немедленно прекратить все магические действия. Чикагский Департамент Полиции находится снаружи, и вы окружены.
Они ещё не приехали, но скоро будут. И, будем надеяться, довольно скоро.
Ведьмы не приближались, но магия поднялась выше, запах серы наполнил воздух и оставил горечь на языке.
— Остановитесь, — скомандовал Тео. — Мы знаем, что вы пытаетесь устроить катастрофу.
— Мы пытаемся предотвратить катастрофу. Тьма приближается. — Взгляд Далтон плавно переместился на Коннора. — Я уверена, ты чувствуешь это в воздухе, как шторм на горизонте. Давление меняется, шторм разражается, и мы все окажемся в его власти. Мы утонем в его власти.
— И ты решила, что темная магия — это выход? — спросил Коннор. — Кровавое жертвоприношение?
— Потеря нескольких человек — это небольшая цена, которую приходится платить.
Я уже слышала, как ААМ приводила такой же аргумент, и тогда он мне тоже не понравился.
— Держу пари, что «несколько человек» с вами не согласятся. И у тёмной магии есть последствия. Возможно, вы только усугубляете катастрофу.
Ее улыбка была слабой.
— В отличие от Предшественницы, наше понимание сильно.
Внутри у меня всё похолодело и сжалось. Она имела в виду маму Лулу? Женщину, которая так пристрастилась к тёмной магии, что чуть не уничтожила Чикаго?
— Не думаю, что Экспеллярмус [7] здесь сработает, — пробормотал Тео.
— Это не та сказка, — сказала я и обнажила меч.
— Мы не допустим этого, — произнес Коннор. — Вы должны это знать.
— У вас нет выбора. Вы не можете это остановить, — сказала она, и магия усилилась, когда она вытащила из-под юбки сверкающий кинжал и подошла к кругу. — Если вы попытаетесь это сделать, мы все умрём. И эта смерть будет ужасной.
Но если мы позволим этому продолжаться, она убьёт Ариэль прямо у нас на глазах. Убийство и апокалипсис — оба варианта плохие, но я поставила на то, что апокалипсис сегодня не наступит.
— Сначала решим первую проблему, — сказала я и бросилась к кругу.
И, не задумываясь, хорошая это идея или нет, я провела ногой по соли. Словно освобождённая от магии, Ариэль застонала.
Далтон закричала, как банши [8], и магия пронеслась по коридору ураганом, разбрасывая пыль, соль и осколки старого стекла.
Я подняла руку, чтобы прикрыть лицо, а другой указала на трёх молодых женщин, которые, казалось, были в ужасе от того, что стоят над бессознательным телом Ариэль и лицом к лицу с колдуньей, у которой заклинания буквально вырываются из кончиков пальцев.
— Займитесь ведьмами, — сказала я им. — Я займусь боссом. — Я улыбнулась Далтон и покрутила меч в руке, пока она собирала вихрь зелёной магии, напоминавший облака снаружи. Она и была источником бури.
Она выпустила первый залп. К счастью, катаны были довольно хорошим оружием против огненных шаров. Я подняла катану и ударила в ответ. Магия отскочила от лезвия, закрутилась и ударила в металлическую опорную балку, которая застонала в ответ, рассыпая искры, как фейерверк.
Я развернулась и взмахнула мечом, описав низкую дугу и послав ещё один заряд высоко в стропила. На нас посыпались птичьи гнёзда и, возможно, что-то похуже. Бетонный пол теперь был усеян щепками, и они вспыхивали от искр, которые летели с каждым магическим выстрелом. В кучах мусора начал разгораться огонь; казалось, что мы сражаемся в самом аду.
Лицо Далтон покраснело от ярости, глаза горели, как пламя, когда она перезаряжалась и снова стреляла. Эти заряды были меньше и быстрее, и я отчаянно размахивала катаной, чтобы отразить их. Мне нужно было перенаправить их, чтобы дать Коннору, Тео и другим ведьмам шанс сбежать через двери позади меня.
Я развернулась и почувствовала, как магия обожгла моё плечо. Я посмотрела вниз и увидела ярко-красное пятно крови на футболке. Боль была сильнее всего, что я когда-либо чувствовала раньше. Я услышала свой стон, но с трудом сглотнула, борясь с приступом тошноты, радуясь хотя бы тому, что она не попала мне в плечо.
Позади меня вспыхнул свет, и воздух разорвало рычание.
«Коннор», — подумала я, и моё сердце дрогнуло, когда огромный серый волк пронёсся мимо меня. Он ударил Далтон с такой силой, что она отлетела назад и врезалась в груду старых досок. Далтон закричала и попыталась отползти. Он зарычал на неё, оскалив зубы, и в его глазах сверкнула человеческая ярость.
Она пролила мою кровь и заплатит за это — на этот раз ему.
По помещению эхом разнёсся звук шагов, как топот армии на марше; их командир шёл впереди.
— Мы всегда приходим после того, как веселье заканчивается, — сказала Гвен, когда нас окружила дюжина полицейских в защитном снаряжении. — Мы из Чикагского Департамента Полиции, и вы все арестованы.
* * *
Когда мы вышли на улицу, Ариэль рассказала нам, что всё началось с маленького шабаша. Их было четверо, во главе с Далтон, они практиковали магию земли и любви, исцеляя сердца, воду и землю. У каждой из них была своя специализация, и Ариэль научилась использовать свою некромантию, чтобы утешать тех, кто остался один. Вдобавок к работе официанткой она зарабатывала достаточно, чтобы купить себе машину и квартиру.
— Но что-то её напугало, — сказала Ариэль о Далтон. — Она верила, что конец близок, и мы были единственными, кто мог его остановить. Мы поверили ей. Может, она добавила в это магию, я не знаю. Глупо это или нет, но мы поверили ей. И помогли ей.
— Но ты захотела уйти, — произнесла я, и Ариэль подняла на меня взгляд. — Джонатан Блэк получил твоё сообщение, — объяснила я.
Она отвела взгляд, полный эмоций, которые я не могла прочесть.
— У него есть… сила. Может быть, больше, чем он нам показывает. Может, меньше.
— И он не очень хорошо дружит с правдой, — сказала я.
— Так и есть, — произнесла она. — Он может быть настоящим сукиным сыном, когда захочет. — Улыбка сползла с её лица. — В общем, Далтон рассказала нам о куклах, рунах, круге. Она называла это «Чарами серебра», потому что для проведения небольшого ритуала каждый раз использовался серебряный кинжал.
Она посмотрела на меня, и впервые я увидела в её глазах магию.
— Она сказала, что понадобится лишь немного крови. Что это не тёмная магия, потому что кровь не воспламенит заклинание. Это просто дар земле. Она провела обряд с человеком без нас. Но сказала, что человека недостаточно, поэтому в следующий раз нам придётся использовать оборотня. Мы не знали, что она планировала его убить. Мы не знали об этом, пока он не упал, а кинжал… — Она замолчала и отвела взгляд, словно вспоминая. — Кинжал был в нём.
  
Ариэль вдохнула, выдохнула.
— Она сказала, что каждая смерть поможет защитить город от того, что надвигается. Поможет сдержать разрушения. Мы сказали ей, что она должна найти другой способ, но она нас не послушала. Поэтому я отправила Джонатану сообщение.