Талант новичка (СИ)

Патрокл грозно уставился на остальных игроков.
— Но всему своё время, — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Кому сказать "спасибо" за идею использовать "Затычку" для подковёрных игр, можно выяснить позже. А сейчас, — я глубоко вздохнул. — Продолжим... Ваш человек подкинул фишку Зебрине Коломбо. А потом упомянул, что в байкерском клубе можно "немножко" поиграть в драконий покер. Мои друзья, конечно же, не могли отказаться от такого соблазнительного предложения: Кольке всё было в новинку, а Зебрина как раз переживала острый приступ подросткового непослушания... Словом, всё прошло, как по маслу. Колян сел за стол не зная, кто вы такие, а потом уже было слишком поздно. Зебрина послала крик о помощи — завуалированно, как вы и хотели. Я помчался в "Затычку"... И вот ТЕПЕРЬ мы с вами сидим за тем же самым столом и думаем: как разыграть эту последнюю партию?
— Я согласен принять Адамантий в счёт твоего долга, Безумный Макс, — сказал кабан. — Скажем, как первый взнос, в десять тонн. Пеню за просрочку, так уж и быть, я аннулирую.
Я громко расхохотался.
— Адамантий стоит ПЯТЬДЕСЯТ ТОНН, — заявил я, когда напряжение в комнате готово было вспыхнуть, как электрическая лампочка. — Но знаете что?.. Пожалуй, я оставлю его себе.
Взяв камень, я вновь принялся его подбрасывать на ладони.
— Что?.. — заревев, кабан вскочил со своего стула, но опустился обратно, под взглядами своих подельников.
— Королева Альвеола права: наше небольшое приключение послужит неплохой историей для местных газетчиков. А Адамантий станет ДОКАЗАТЕЛЬСТВОМ. Чтобы НИКТО не говорил, что я только и умею, что делать хорошую мину при плохой игре...
— Молодой человек, вы сошли с ума, — резким тоном заявил Гобсек. — Даже то, что вас намеренно втянули в игру, не даёт вам права...
— А я думаю, что даёт, — я откинулся на спинку стула. Очень хотелось вскочить и пробежаться по комнате, от избытка чувств, но следовало держать марку. — Мне сказали, что вы, господа, являетесь самыми влиятельными лицами в городе, — "господа" самодовольно закивали. — Не буду спорить. Наверняка вам пришлось наступить на много макушек для того, чтобы взобраться на вершину. Но знаете, как говорят? Большая власть порождает большую ответственность. Вы же, считая себя хозяевами Сан-Инферно, УВЕРЕНЫ, что никому ничего не должны.
— В Сан-Инферно нет правил и законов, — сдавленным голосом напомнил Гобсек.
— Так говорят, — кивнул я. — Но на самом деле правила есть. У каждой Гильдии есть свои, довольно жесткие правила. Кроме того, имеются неписанные правила различных сообществ... Да, временами их нарушают, и главное здесь — не попадаться. Но вы — другое дело. Вы решили, что можете эти правила ИГНОРИРОВАТЬ.
— Мы всего лишь хотели поставить на место зарвавшегося новичка, — буркнул Гобсек. — Это не запрещено.
— И решили сделать это единственным способом, который имеет вес в ваших глазах: лишить его всего. И знаете, что? Если бы дело касалось меня одного, я бы не стал ерепениться. Игра есть игра, и в конце концов, я сам сел за стол... Но вы, господа, совершили одну, но очень крупную ошибку: втянули моих друзей. 
— Но ведь, на самом деле, никто не пострадал, — проблеял Гобсек. — Это был невинный розыгрыш, и...
— Вы на нём ПОПАЛИСЬ.
  
Глава 3
 
Я не повышал голоса. Наоборот, стал говорить ещё тише. Не зловещим таким шепотом, а просто тихо и буднично. Как будто речь шла о прогнозе погоды.
И вот теперь они струхнули.
Правильно сказала Зебрина: для таких людей важнее всего РЕПУТАЦИЯ.
Я и сам давно заметил: чем дальше человек от закона, тем лучше он хочет выглядеть в глазах общественности.
— Как думаете, долго вы продержитесь, если все будут знать, что вас поймал за руку простой новичок? — небрежно спросил я. — И самое интересное: о том, что эту афёру вы придумали не сами. Вам ПРИКАЗАЛИ так поступить.
Конечно же, они возмутились. Морковка Гобсека покраснела так, что стала походить на помидор, мастер Шмук сделался фиолетовым: синие татуировки вкупе с общей багровостью шкуры придали ему вид гигантского фурункула.
 
Горгонид Патрокл хлопал глазами и ничего не понимал: подозреваю, честного и немного простоватого байкера просто не посвятили во все тонкости.
Одна мадам Альвеола выглядела лишь чуток бледновато. Она даже нашла в себе силы улыбнуться и беззвучно похлопать в ладоши — в знак признания моих заслуг.
— Мы — главы Гильдий, юноша, — наконец, перекрывая шум, выкрикнул Гобсек. — Никто не смеет нам приказывать.
— А вот мне на ум приходит одно имя... — удобно устроившись на стуле, я невинно поднял глаза к потолку.
— И какое же? — насмешливо хрюкнул мастер Шмук. — Коломбо?
— Зиновий Золотов.
Если бы вдруг, неожиданно, с потолка упала бетонная плита, эффект и то был бы меньше.
Меня самого обуревали двойственные чувства.
С одной стороны, я гордился тем, что почти без посторонней помощи разгадал игру своего отца. 
Всё просто: из-за разногласий с драконами, он не мог явиться в Сан-Инферно ЛИЧНО.
И тогда он ПОДКУПИЛ нескольких влиятельных граждан.
Расчёт был прост: когда карточный долг пробьёт ртутный столбик навылет, мне ничего не останется, как броситься в ноги к папуле, вымаливая подачку.
Разумеется, он поможет. Но выставит при этом СВОИ условия.
С другой стороны, меня страшно огорчало то, что Зиновий Золотов, король одного из богатейших королевств во Вселенной, разменивается на столь дешевую игру.
Но — Люцифер ему судья.
Когда молчание за столом спрессовалось так, что его стало можно резать ножом, я широко улыбнулся, подхватил Адамантий и поднялся.
— Я передумал оставлять камень у себя, — сказал я, не отказав себе в удовольствии подбросить его на ладони в очередной раз. И дождавшись, когда пятачок мастера Шмука облегчённо порозовеет, добавил: — Я передам его на хранение дону Коломбо.
— Ты не имеешь права так поступать, щенок! — прорычал главный вор измерения. — Адамантий — собственность Гильдии, и незаконно...
— Учитывая, что вы его ТОЖЕ где-то украли, — перебил я. — Ни о каких законах не может быть и речи. 
— Но...
— Вы же понимаете, мастер Шмук, — я доверительно улыбнулся. — Если речь зайдёт о ПРАВЕ СОБСТВЕННОСТИ, сколько из того, что вы имеете, действительно принадлежит вам? Но не беспокойтесь, — я успокаивающе махнул рукой. — Я не собираюсь обнародовать ваш промах. По крайней мере до тех пор, пока вы будете вести честную игру, — и я постучал себя по носу. Два раза. — И так как я не отдаю вам камень, то обязуюсь возместить долг. С процентами. Но взамен попрошу о небольшой, я бы сказал, крошечной услуге: я хочу, чтобы вы донесли до всех, кто считает себя вправе распоряжаться чужими судьбами: НЕ СМЕЙТЕ трогать моих друзей, — я взял небольшую паузу и продолжил: — Сам я мастер влипать в неприятности. Но никогда, ни при каких обстоятельствах, не смейте вредить моим друзьям. Иначе мне придётся забыть, что я вообще-то довольно милый парень, и взяться за вас всерьёз.
— Но... Как мы будем определять? — игрок в Гобсеке победил осторожного ростовщика. — Эдаким образом, вы объявите своим другом каждого в городе!
— Что поделать? — я улыбнулся и широко развёл руками. — Люди ко мне тянутся.
С этими словами я покинул комнату игр.
Всегда лучше оставить последнее слово за собой. К тому же, я боялся, что скоро они оправятся от шока и решат, что к мёртвому Безумному Максу люди не будут тянуться столь охотно...
Выйдя за дверь игровой комнаты, я нос к носу столкнулся с демангелом.
— А, господин Денница, — поприветствовал я его, ничуть не удивившись. — Разумеется, подслушивали?
— Всегда приятно работать с профессионалом, сэр Макс.
— Да ну? — не сбавляя шага, я направился в главный зал клуба. Демангелу ничего не оставалось, как семенить следом. Его длинная сутулая фигура маячила за левым плечом, как живой знак вопроса. — А я думал, вы мастер облапошивать наивных женщин.