Первый пользователь. Книга 14 (СИ)

Моё решение соглашаться на авантюру было правильным. Конечно, я мог бы делать всё это сам. Нанимать людей, покупать землю, при условии, если бы мне ее продали, выбивать разрешения, закупать ресурсы, договариваться с поставщиками технологий и строить всё это годами. Но как подумаю, сколько бы у меня ушло на это нервов, сил и, главное, времени, сразу становилось кристально понятно, что тогда мне пришлось бы все остальные дела — прокачку уровней и тренировки — переносить на неопределенное время. А его, как всегда, в обрез. Меня изнутри грызла чуйка, что проблемы не за горами.
  
— Едем дальше? — Осторожно задал вопрос Волков, увидев моё задумчивое состояние. Я кивнул, и мы отправились вниз. Следующая точка маршрута была ещё южнее, на самой окраине Москвы, за Лысой горой, в месте, где город переходил в промзону.
Там, где еще недавно шумел старый, немного заброшенный лес, теперь раскинулась гигантская, огороженная колючкой и вышками с автоматчиками — территория. В один уровень залитая серым, сверхпрочным бетоном, она напоминала больше военный космодром, чем склад, хотя ангаров в ней тоже было предостаточно — больших, куполообразных, явно быстровозводимых конструкций.
— Это тоже ваше. — Проговорил Волков, когда наш служебный электро-вездеход остановился у строгого контрольно-пропускного пункта со шлагбаумом и сканерами. — Как и строящаяся штаб-квартира корпорации. Территория «Вальхалла Логистик». Основная перевалочная база.
Настороженные, подтянутые ребята в камуфляже без опознавательных знаков, но с серьезным оружием, тщательно проверили наши пропуска, заглянули внутрь машины. Только после этого, шлагбаум поднялся, пропуская нас дальше. Уже проезжая мимо патрулей на легких багги, юрист продолжил рассказывать.
— Это основной хаб для приема, временного хранения, первичной обработки и, собственно, сканирования поступающих материалов. Сюда свозят всё, что удается добыть в порталах, выменять у других искателей, купить на черных рынках или извлечь из обломков кораблей ящеров. К нашему удивлению, у них на складах хранилось огромное количество награбленного имущества со множества миров. Причём довольно ценного. Не только металлолом.
На площадке царил хаос организованной деятельности. Ездили тяжелые грузовики с прицепами, левитировали бесшумные тяжелые транспортеры, перевозя контейнеры. В момент, пока мы ехали к одному из центральных ангаров, приземлилась пара небольших космических истребителей и один армейский транспортный вертолет.
— Основная задача площадки — прием грузов, затем предварительная сортировка, оценка рисков: радиация, биозаражение, нестабильность, и подготовка к сканированию. — Пояснял Волков, ведя меня между штабелями ящиков и контейнеров с самыми разными, порой совершенно незнакомыми маркировками. — Мы отсеиваем очевидный мусор и то, что не имеет смысла копировать массово — обычные металлы, дешевая электроника, слабое оружие массового производства и прочее. Фокусируемся только на чём-то уникальном, редком, что можно применять на Земле с максимальной выгодой или что баснословно дорого стоит на галактических рынках.
Мы подошли к отдельному, усиленно охраняемому ангару. Двери открылись с мягким шипением, и внутри царил почти лабораторный порядок, контрастирующий с внешним хаосом. На столах из нержавеющей стали, под прозрачными куполами силовых полей или в герметичных прозрачных контейнерах лежали «экспонаты» — объекты нашего сегодняшнего интереса.
— Первая партия для сканирования. — Волков сделал широкий жест рукой, словно представлял дорогих гостей на аукционе. — То, что удалось собрать по первым, самым горячим запросам научных групп, военных и разведки. Лучшие образцы. Государство активно помогает — за хорошую цену выкупает у людей редкие материалы из порталов, артефакты, образцы инопланетной техники у тех, кто с ними сталкивается.
Я обошел столы, внимательно разглядывая каждый предмет.
На первом столе лежал кусок породы размером с кулак. Он мерцал холодным, голубоватым внутренним светом. Казалось, внутри него были заточены тысячи крошечных звезд, пульсирующих ровным светом.
— Этот элемент — основа для компактных, сверхмощных источников энергии. Один грамм может питать небольшой город — целый год. Крайне редок и ценен, там есть какие-то адские сложности с добычей, но я не вникал в детали. Достаточно того, что он у нас есть, и он безопасен, в этом контейнере.
Я перевел взгляд на небольшую, идеально гладкую сферу темно-синего цвета, почти черную. Она лежала на металлической пластине и казалась абсолютно неподвижной, но стоило пристально на неё посмотреть, как реальность рядом словно начинала плыть, искажаться, как над раскаленным асфальтом. Волков, уловив мой интерес, продолжил.
— А это ключевой компонент для двигателей, способных выдерживать нагрузки при межзвёздных прыжках через подпространство. Стабилизатор пространственно-временного континуума, если говорить научно.
Он ткнул пальцем в следующий элемент, выглядящий как брусок металла. Его поверхность переливалась всеми цветами радуги, причем цвета не были статичны — они текли, смешивались, как нефтяная пленка на воде, но гораздо ярче и быстрее.
— Полихроматический сплав. Используется в высокочувствительных сенсорах нового поколения, способных видеть сквозь стены и плотные экраны, и в системах активного камуфляжа, которые проецируют на поверхность идеальное окружение. Меняет оптические и энергетические свойства под воздействием внешних полей. Мечта разведчиков и спецназа.
Было ещё несколько странных вещей. Контейнер с серебристой, вязкой жидкостью, которая медленно перетекала внутри, образуя сложные узоры — основа для самовосстанавливающихся конструкций, брони и даже биосовместимых имплантов. Несколько мелких, угольно-черных, почти не отражающих свет кристаллов с острыми, как бритва, гранями. Над ними искажался воздух, создавая легкую дымку — катализаторы для создания локальных гравитационных полей. Основа для искусственной тяжести на кораблях или, наоборот, ее нейтрализация. Плоская, похожая на стеклянную пластину толщиной в лист бумаги, которая светилась изнутри сложными, переплетающимися узорами — информационный накопитель запредельной ёмкости.
— Вот основные кандидаты первой очереди. — Резюмировал Волков, когда я завершил обход. — Плюс еще около двух десятков менее экзотических, но критически важных редкоземельных элементов и сплавов, которые не встречаются на Земле или их добыча нерентабельна, уже отсортированы в соседних ангарах. Все прошли предварительный анализ на безопасность, токсичность, радиоактивность и прочие неприятные сюрпризы. Готовы к процедуре сканирования.
Я почувствовал знакомое волнение, смешанное с азартом охотника за трофеями. Раньше я сканировал вроде и нужное, но в основном недорогое барахло: снаряжение, простые инструменты или оружие. А тут, судя по словам юриста и виду образцов — очень дорогой и штучный товар, квинтэссенция галактических технологий. Понятия не имею, как их достали, какие люди рисковали жизнями или какие суммы заплатили, но в принципе, это сейчас неважно. Главное — что мы закладываем фундамент будущей независимости Земли. Каждый отсканированный уникальный элемент — это гвоздь в гроб технологического превосходства остальных галактических рас.
— Хорошо. — Кивнул я, активируя интерфейс своего коммуникатора. — Начнем сейчас. Чем быстрее я закончу, тем быстрее смогу начать печать.
Я подошел к первому столу, к нейтронию, запуская процесс сканирования. В интерфейсе замелькали проценты, диаграммы молекулярной структуры, энергетические сигнатуры. Процесс был небыстрым — чем сложнее и уникальнее объект, тем дольше он считывался, но игра стоила свеч. Потом сфера-стабилизатор, полихроматический сплав, жидкость, кристаллы.
  
Когда последний уникальный образец — крошечный, почти невесомый фрагмент чего-то, воздушного, как паутина, использующегося в оборудовании для внутрисистемной передачи данных на субсветовых скоростях — был отсканирован, база данных моего инвентаря пополнилась сокровищами, о которых земные ученые могли только мечтать в своих самых смелых фантазиях. Хотя вот именно для землян, последний элемент не имел никакой ценности — коммуникаторы обладали возможностью общения на квантовом уровне, невзирая на расстояния, но будет несусветной глупостью — передача такого оборудования потенциально враждебным расам галактики.