Все будет по-моему! Арка 9 (СИ)

К слову, первые два закона вступят в силу как раз через 30 дней, а оглашены они будут послезавтра, одновременно во всех городах, сёлах и других мало-мальски населённых местах. Важно и то, что среди приложений к законам присутствует требование срочно оповестить об этом всех своих знакомых, чтобы они вдруг не нарушили закон. Таким образом, информация должна распространиться быстрее ветра, и к моменту, когда закон вступит в силу, лишь незначительная часть населения будет не осведомлена о нём.
«Значит, в каньоне ребристых скал ты убьёшь моих сородичей?» — с жаждой крови прошипела Гера, пронзая человека своими чистыми кровавыми глазами.
«Да. Ты не поверишь, чего мне стоит быть справедливым…»
«Справедливым?! Ты специально меня бесишь?!» — гневно рыкнула императрица.
«Послушай, я бы с радостью загнал в этот чёртов каньон всех, в том числе людей и демонов, кто чрезмерно жестоко обращался с беззащитными разумными существами. Речь идёт о сотнях миллионов. Однако это сработает только на законопослушных высших зверях, потому что люди и демоны ни за что не сознаются. Будет слишком несправедливо, что наказание понесут только высшие звери. Именно поэтому мне многого стоит быть справедливым, спихнув всю вину на администрацию этих кошмарных заведений.»
«Если бы только тебе можно было верить… Но я не могу верить человеку. К тому же который недавно обманул меня, сделав своей собственностью!» — прорычала Гера. Ей хотелось верить юноше, чтобы успокоиться, но она не могла.
«Киса моя, как я уже сказал, со временем ты поймёшь, что я не врал тебе. На примере Розаррио ты узнаешь, что эти репрессии ждут всех в этом прогнившем мире.» — сказал Кён, подняв львицу за подбородок и чмокнув её в сухой носик.
Ближе к ночи Кён, принимая душ, с удивлением заметил, как к нему прошмыгнула мантикорша в человеческой форме. Оголив своё безупречное тело, она встала под душ и принялась вылизывать его.
«Ох, ты чего делаешь?» — спросил Кён.
«Я тебя мою, глупый…» — раздражённо объяснила Гера и продолжила лизать юноше спину.
«Да, но ты можешь использовать для этого сухой кошачий язык, а не свой собственный.»
«Мой лучше справится с этой задачей. Да и тебе удовольствие принесёт. В конце концов, я член твоего гарема, и мыть тебя — одна из моих обязанностей.» — безэмоционально сказала Гера, начав вылизывать юноше подмышку.
Кён не знал, что сказать. Не то чтобы ему не нравилось происходящее… Отнюдь его заводили объятья нежной, ароматной красавицы, и то, как она елозила по его телу своим розовым язычком. Подобное возбудит даже статую!
Удивительно, сколь ответственно императрица отнеслась к своей роли члена гарема. Даже несмотря на плохое настроение, она готова так стараться, хотя её никто не просил.
Время шло, и количество немытых участков уменьшалось.
Красавица сидела на коленях и облизывала юноше зад. Когда её шершавый язычок прошёлся между ягодицами, у Кёна перехватило дыхание. Не успел он прийти в себя, как мантикорша залезла головой ему между ног и облизнула мошонку.
Кён содрогнулся. Возбуждение ударило со новой силой. Страшная кошка облизывает его шарики, не придавая этому должного значения! Неужели ей всё равно? Или ей неприятно, но она терпит из-за необходимости закончить начатое? А может, дело в том, что она подслушала его разговор про благословление с Серафимой, и теперь желает большего? Да нет, глупость какая-то… Просто она слишком ответственно подошла к своей роли.
Внезапно Гера обхватила рукой член и оттянула его назад, из-за чего юноше пришлось согнуться пополам, после чего мантикорша обвила его достоинство шершавым язычком и принялась водить им взад-вперёд, таким образом протирая.
Но что-то Гере не нравилось. Слишком уж это неудобно…
«Ха-а-ах…» — Кён издал стон, когда ощутил, как его член мягко проскользнул через колечко нежных губ в ротовую полость красавицы, и вот она присосалась к нему, как к леденцу. Её язычок превратился в миниатюрный пропеллер для эффективного удаления грязи.
Эйфория ударила в затылок, и в глазах появились белые искры. Момент наслаждения превратился в вечность, когда парень выпустил белую жидкость.
 
Глаза Геры постепенно округлились, ведь она чувствовала дрожание достоинства во рту и какую-то горячую жидкость, которую пришлось глотать из-за её чрезмерного количества. Императрица не сразу догадалась о её природе, но когда опомнилась, молнией убежала из душевой, как от грохота молнии…
Кён был потрясён такой реакцией мантикорши. Как она могла не провести прямую параллель между умыванием и интимными ласками? Она тот ещё фрукт…
Прочем, после душа Гера старательно делала вид, что ничего не произошло, но по её взгляду было видно, что она волнуется, что её глупые действия могут спровоцировать человека нарушить своё обещание — дать ей время на подготовку.
Так они и заснули.
 Глава 710 
Утро. Вегетарианский ресторанчик.
Двое молодых людей сидели за столиком в ожидании важного гостя. Справа находился красивый, элегантный парень в белых одеждах, излучающий ангельскую ауру. С ним приятно просто находиться рядом. Слева сидела прекрасная девушка, ослепляющая своей внешностью, словно лучик солнца. Она казалась необычайно жизнерадостной сейчас.
Кён подошёл к двум светлым и крепко пожал им руку: «Рад с вами встрече.»
«Приветствую, партнёр!» — блистательно улыбнулась Серафима.
«Здравствуй ещё раз.» — поздоровался Амон.
Светлый сразу почувствовал, что исходящее от посланника богини ощущение изменилось. Речь шла даже не об ауре, а о чём-то несоизмеримо меньшем, где-то на уровне интуиции. Как если бы от человека перестали исходить дурные намерения. А всё дело в чувствительном к тьме теле Архангела. Всё-таки Кён вышел из тёмного состояния души.
«Благодарю за откровенность, Кён. Должен признать, после той подставы с Вульфалами я полагал, что ты попросту используешь Серафиму из-за её наивности, но теперь я вижу, что ошибался. Всё-таки не просто так ты удостоен владеть «Святым разрезом».»
«В общем-то, я действительно сотрудничал с Серафимой во многом из-за её наивности…» — признался Кён, из-за чего светлая недовольно скрестила руки. — «Но это вовсе не означает, что я не собирался с ней рассчитаться в конечном итоге. Она здорово меня выручила, причём дважды, и за это я готов поделиться своими секретами.»
«Насколько мне известно, Её Величество дало тебе три невыполнимых задания?»
«Верно.» — подтвердил Кён. — «Третье, связанное с Тириндурами, я успешно выполнил сам.» — предвидя следующий вопрос, парень сказал. — «Давай не будем углубляться в подробности. Если вкратце, то меня спасла принцесса Триана от своего отца.»
Брови светлых поползли вверх. Страшно даже представить, что за задание ему дали.
«Позволь узнать, что изменилось после третьего задания? Ты не выглядишь обеспокоенным, что может говорить о том, что четвёртого не предвидится, я прав?»
«Верно. Всё изменилось. Скажем так, точка невозврата пройдена.» — многозначительно сказал Кён, всем своим видом демонстрируя спокойствие и уверенность.
Амон поднял брови. Любопытно, что же это за точка невозврата такая? Неужели втёрся к Гере в доверие? Или же она, наконец-то, признала его? Это всё равно выглядит странно после трёх очевидных попыток избавиться от человека.
Осознав, что Кён не собирается рассказывать об этом, Амон, прочистив горло, сменил тему: «По твоей наводке я проверил информацию о Стоунах и выяснил, что они действительно основали шахты в месте древних катакомб. Вполне разумно предположить, что они, помимо всего прочего, желали найти там гробницу. Но как так вышло, что её нашёл именно ты? Ведь ты не мог туда попасть, будучи слабым и бесфамильным юношей, а с тех пор, как тебя усыновили Стоуны, я не вижу для тебя ни малейшей причины соваться куда-то в шахты и что-то там искать… По моим подсчётам, ты начал развиваться примерно в четырнадцать лет. Куда разумнее предположить, что ты нашёл гробницу, будучи обычным рабом, и там пробудился, став посланником богини. Прости, если ошибаюсь.»