Все будет по-моему! Арка 9 (СИ)

Взгляд Кёна затуманился. Сей изумительный вид будоражил воображение. Нет сомнений, любой был бы рад оказаться на его месте, но парень с радостью бы прекратил всё это. Возможно, ему показалось, но фруктовое кольцо вдруг усилило эффект…
«Вылижи ей промежность.» — спокойно скомандовал мантикор.
Сердце Кёна перевернулось, однако он понимал, что у него нет права на колебания. Он решил набирать обороты постепенно, чтобы не шокировать мать своим напором. При этом он не мог медлить, иначе мантикор начнёт его поторапливать…
(18+*)
Подойдя к красавице, парень приступил к аккуратным поглаживаниям попы, затем начал щупать её, сжал ладонью и принялся мять. Пальцы приятно покалывало от ощущений прогибающейся под давлением упругой попы. Это так расслабляло и возбуждало… Тёмная часть ядра в душе пульсировала от удовольствия.
{Т-ты не должен этого делать! Кён, я же твоя мать! Остановись! Даже если тебя выдрессировали, ты не должен так увлекаться процессом!} — Диана жмурилась от каждого сжатия. Она сама не знала, почему настолько чувствительная, поэтому предположила, что дело в многолетнем отсутствии мужской ласки. Либо же всё куда проще: её ласкает собственный сын! Происходит нечто немыслимое, запретное и аморальное…
Кён опустил ладонь, обхватив манящую промежность матери, отчего у неё перехватило дыхание. Он принялся круговыми движениями массировать её мягкое сокровенное место. Лишь тонкая ткань трусиков отделяла пальцы и половые губы, хорошо очерчивающиеся. Возбуждение лилось по венам, концентрируясь в паху. Тьма захватывала власть.
{Т-ты слишком стараешься! Прошу, хватит! Тебе не должно это нравиться так сильно из-за фруктового кольца!} — Диана изогнула брови домиком, закусив губку до крови от сильных ощущений. Ей казалось, что она попала в кошмарный сон наяву. Неужели всё закончится тем, что она изменит любимому мужу с собственным сыном?! Это ужас!
Внезапно Кён раздвинул ягодицы и прижался лицом к обтянутой бельём промежности, коснувшись носом её верхней дырочки, а губами нижней, из-за чего блондинка тихо вскрикнула, выгнув спинку ещё пуще, и напряглась, сжав нос ловеласа ягодицами.
Такая тёплая и чувствительная… В ноздри попали ароматы масел и изумительный запах красавицы. Член содрогнулся от возбуждения. Как бы не хотелось всё это прекратить, парень ничего не мог поделать со своей природой, подпитываемой тьмой.
{Хва-а-а-ати-и-и-ит! Ты не должен там нюха-а-а-ать!} — мысленно протестовала Диана.
Каждая секунда тянулась вечностью. Дыхание юноши вызывало мурашки по всему телу, а его губы и язык, искусно массирующие киску и клитор через трусики, заставляли тело реагировать при каждом движении: обе дырочки сжимались от волнения.
Диану сводило с ума это чувство беспомощности, пока её неспешно берёт собственный сын на потеху тысяче зрителям. Впрочем, со временем посторонние волновали её всё меньше, пока и вовсе не забылись. Сердце колотилось всё быстрее, а дыхание учащалось. Мысли путались. Блондинка положила ладони на горящие от стыда щёки. Юноша слишком активен и бесстыден… Он сводил её с ума своими развратные действиями.
Кён испытывал противоречивые эмоции. Ему было противно, но при этом в мозгу зудело от невыносимого желания проникнуть внутрь. Эта атмосфера запретности происходящего в прилюдном месте лишь усиливала эффект. Но важно и то, что Диана отличалась от всех женщин, с которыми он до сих пор занимался сексом. Знала бы Юнона и Эльза о том, что он делает с их матерью, как бы отреагировали?
Внезапно Диамант сорвал трусы с Кёна и отправил всем, кроме него, телепатическое сообщение: {«Прошу вас всех обратить внимание, что несколько минут назад я отключил фруктовое кольцо. Его возбуждение настоящее.»} — то, что мантикор сделал, являлось стандартной практикой, ведь фруктовое кольцо очерняет искренность спаривания, что особенно актуально, когда близкие родственники поддаются животной похоти.
Высшие звери возбуждённо рассматривали эрегированный член. Покрасневшая Серафима прикрыла глаза ладонью, но, к своему горю, немного опоздала…
 
{Несколько минут назад?!} — Диана резко опустила голову, и её глаза округлились: через ложбинку в грудях она увидела большой пульсирующий член, покрытый венами от напряжения, с пухлой головкой, пускающей на пол ниточку предэякулята.
Женщина охнула и прикрыла рот ладонью. Член сына слишком возбуждён! Он настолько сильно хочет свою собственную мать?! От мыслей, как «это» будет проникать внутрь, киска задрожала от страха, а сердце бешено забилось.
«Достаточно. А теперь проникни в неё.» — скомандовал мантикор с блеском в глазах.
Почувствовав прохладу в промежности, Диана осознала, что трусики отодвинули в сторону. Её настигла небывалая волна смущения и стыда: её сокровенное место видит сын! Женщина рефлекторно прикрыла киску ладонями, однако, к её полной неожиданности, Кён сжал их рукой и оттянул верх, освободив себе путь…
Свободной рукой Кён принялся водить достоинством между нежными бугорками, тем самым смачивая подрагивающую розовую щёлку. Она будто умоляла засунуть член внутрь! От возбуждения парень даже позабыл о том, что затеял всё это с целью облегчить матери страдания. Его поглощало извращённое, желанное чувство порочности происходящего, от которого тьма в душе ликовала, усиливая влечение.
«Пожалуйста…» — сипло прошептала Диана.
«Прости, но я не могу поступить иначе.» — холодно сказал Кён и, встав коленями на обтянутые чулками икры женщины, потянул её за руки на себя, тем самым плавно натягивая на член её тугую киску, упрямо не желающую впускать его внутрь.
— хлоп~
Проникнув полностью, Кён утробно простонал, запрокинув голову от удовольствия. Пенис таял от нежной, тугой киски, обволакивающей и сжимающей его по всему периметру…
«Кха-а-а-ах…» — простонала Диана, как умирающая лань, закатив глаза. Она не могла думать ни о чём, кроме ощущения растяжение влагалища членом. Сын действительно проник в неё — сделал своей женщиной, хотя у неё есть муж…
— хлоп~ ~хлоп~ ~хлоп~ … ~хлоп~ ~хлоп~ ~хлоп~
Блаженно мурлыча, Кён трахал великолепную мадам, заставляя соблазнительную попу шлёпаться о его пах, деформируясь. С каждым проникновением её влагалище разрабатывалось, при этом игриво подрагивая, будто дразня… Проголодалась по сексу.
Глаза Дианы опустели. Её взаправду насилует сын в таком кошмарном месте…
— хлоп~ ~хлоп~ ~хлоп~ … ~хлоп~ ~хлоп~ ~хлоп~
Кён отпустил гладкие ладони красавицы и, грубо взяв её длинные ароматные золотистые волосы, начал притягивать к себе для большего удобства. Свободную руку он просунул под лобком женщины к её киске и принялся мастерски массировать клитор.
«Ха-а-а…» — тихо простонав, Диана закрыла рот ладошкой. В такт толчкам её упругие груди соблазнительно колыхались. Она была в шоке от того, что сын её трахает так же грубо, как и муж в своё время… Вот только он не настолько эгоистичен: попутно пытается доставить ей удовольствие. По крайней мере, от мастерской работы его пальцев по всему телу расходятся искры. Если бы только он не был её сыном, и атмосфера располагала, то она, несомненно, получила бы удовольствие…
Тем временем эйфория подкралась незаметно, и Кён выпустил всё, что накопилось за последние месяцы. Густой, горячий поток хлынул в красавицу равномерными порциями.
«М-м-м-м-м!» — Дина, крепко держа рот ладонями, болезненно мычала и ёрзая попой, чтобы юноша вынул член, но безуспешно… Он и не планировал отлипать. Его горячая жидкость впрыскивалась внутрь матки, лишая женщину рассудка. Это длилось так долго, что, казалось, прошла вечность. Оставалось только удивляться, откуда в нём столько накопилось. Её животик уже наполнился до краёв, а он ещё кончает!
Только через минуту Кён опустошился, и к нему вернулся рассудок. Отойдя от Дианы, он отсутствующим взглядом посмотрел на вытянутую красную киску, из которой потоком вытекало семя, и его охватило чувство вины. Он хотел сделать это как можно нежнее, чтобы доставить матери минимум боли, а в итоге вошёл в истинное тёмное состояние, из-за чего безжалостно долбил её, как ненормальный. Что за ужасная шутка…