Глава рода. Продолжение (СИ)
Домовые не умеют делать новые ключи из воздуха, но перепланировку в домах — запросто! Второй этаж мы с Ритой решили оставить в прежнем виде, а первый изменили: в левом крыле больше нет гостевых комнат, но появилась зона для косметических процедур. Причём полностью обустроенная.
Проблему с экстренным изготовлением новой вывески, приобретением специализированного оборудования и мебели решил… Або! Ушастый заявился почти сразу после ухода высокомерных аристократок. Где был и что делал, он не сказал, зато сразу же предложил свою помощь. Получив список необходимого, тушканчик исчез. И уже через тридцать минут к нам приехала первая машина с товарами. Затем вторая и третья…
Пока Ткачук руководила грузчиками и контролировала процесс монтажа новой вывески, я занималась всякими-разными организационными вопросами. Ну и параллельно проводила собеседования.
Кадровое агентство постаралось на славу. Люди шли не тонкой струйкой, но полноводной рекой. Вакансию администратора я закрыла практически сразу, а вот с охраной, увы, возникла проблема. Устраиваться на работу приходили исключительно мужчины: молодые, симпатичные, мускулистые. Тестостероновый красавчик в женском санатории… такое себе. Придётся решать вопрос с безопасностью как-то иначе.
Распрощавшись с последним воином, я пододвинула к себе договоры, которые приволок Або. Ознакомившись с условиями оплаты, с подозрением посмотрела на зверька: тот лежал на диванной подушке и делал вид, что спит.
Ну и как это понимать? Явно же не просто так хозяева всех магазинов проявили к нам неслыханную щедрость: продали товар в рассрочку, ещё и со скидкой в пятьдесят пять процентов.
«Або, а чего скидка такая несерьёзная? — поинтересовалась я с сарказмом. — Восемьдесят процентов гораздо приятнее».
«Мы ж не разбойники с большой дороги, что б нагло грабить. Совесть надо иметь», — парировал лопоухий снабженец.
В этот момент в служебное помещение вошла Маргарита. Налив себе воды, она жадно осушила стакан.
— Коробки с кремом доставили. Вроде бы всё на сегодня, — выдохнула она и устало опустилась на стул.
— Не совсем, — я смущённо кашлянула. — В пятнадцать тридцать тебя ждёт хозяин соседней столовой. Он не только согласился с нами сотрудничать, но и готов взять на себя курьеров. Такого сговорчивого компаньона не стоит упускать.
— Не вопрос. Схожу, конечно, — Ткачук грустно улыбнулась.
— Рит, что с тобой?
— Ни-че-го, — по слогам ответила женщина. Поднявшись, сняла с вешалки пальто. Одевшись, попросила: — Если будете уходить через центральный выход, просто захлопните дверь. Ключи у меня есть, — и торопливо ушла.
Я взяла из вазочки сушку, захрустела. Ткачук вела себя сегодня странно: она не удивилась ни назначению директором, ни моему животу, не задала ни единого вопроса про то появляющегося, то исчезающего тушканчика. Да и в целом говорила мало и только по делу.
«Або, что происходит с Маргаритой?»
«Плохо ей. Утром звонил муж, вымаливал прощения. Слёзно просил прийти сегодня на суд и отказаться от обвинений. Она выбрала новую жизнь и тебя. Так что отстань от человека».
«Да я и не приставала, — мрачно глянув на зверька, уточнила: — Анатолий Фёдорович пошёл на процесс?»
«Конечно. С двенадцати часов заседают. Скоро закончат, но заехать за тобой Кони не успеет. Сразу после суда он поедет к аномалии. Комиссия явится через двадцать минут».
О как. Дима говорил, что позвонят и предупредят за час. Впрочем, не опоздаю. Открыть портал — минутное дело.
«Ты сегодня обедала?», — внезапно спросил Або.
«Нет ещё. Времени не было», — призналась я неохотно и направилась к вешалке.
«Не хочу читать нотаций, но дальше так дело не пойдёт. Что для тебя важнее: работа или ребёнок?»
В груди всколыхнулось раздражение. Однако через мгновение утихло.
«Разумеется, ребёнок важнее», — сжав в руках шубку, я медленно повернулась к зверьку.
«Да? Мне так не кажется. Ты сегодня пашешь с самого утра, как ломовая лошадь. Обследование займёт минимум два часа. Всё это время тебе придётся стоять посреди заснеженного поля на холоде. И будет очень хорошо, если освободишься до шести часов. В семь у тебя встреча с Силантьевым. Решила совместить обед с деловым ужином? Заодно там же и подремать?»
Выслушивать критику крайне неприятно. Особенно когда возразить нечего. Играя желваками на скулах, я отвернулась к окну: небо затянуто свинцовыми тучами, ветви деревьев гнутся под порывами ветра. Погода определённо не располагает к прогулкам.
Або безусловно, прав. И мне, и малышу будет гораздо лучше, если прямо сейчас отправлюсь домой — есть и отдыхать. Да вот только в этой внезапной отповеди ушастого что-то не так… Но вот что именно беспокоит, понять не смогла.
Взгляд зацепился за настенные часы, и вдруг до меня дошло. Время. Для нравоучительной беседы лопоухий интриган выбрал тот самый момент, когда я собралась идти к разлому. Учитывая тот факт, что Або всё утро непонятно где ошивался, напрашивался вывод: он не желает, чтобы я присутствовала при осмотре аномальной зоны.
Подошла к дивану. Взяв зверька, потребовала:
«Рассказывай, что случилось».
«Как же с тобой сложно, — с досадой бросил Або. Улегшись на ладони, он высокомерно-покровительственным тоном заявил: — Ладно, догадливая ты моя, скажу как есть: твоё присутствие при обследовании аномальной зоны изначально не требовалось, а теперь и вовсе нежелательно. Сегодня утром выяснилось, что среди членов комиссии есть преступник, готовящий террористический акт. Это ни много ни мало, придворный архимаг. Его задержание планируется во время проверки. Хочешь путаться под ногами — валяй».
Нормально так со мной друг общается.
Внутри всё заледенело. Молча вернув зверька на диван, я за секунду открыла туманный тоннель и уверенно шагнула в зеленоватое марево.
* * *Двадцать минут спустя. Аномальная зона.
Начиналась метель. У кромки заснеженного поля сгрудилась толпа мужчин в роскошных шубах. Чуть поодаль застыли как олицетворение красоты и мужества шестеро гвардейцев императора. Одетый в униформу своих личных воинов государь наблюдал за членами комиссии: те ёжились от ветра, прятали лица в меховых воротниках.
«Погода мерзопакостная. Балаклава и защитные очки оказались как нельзя кстати, — промелькнула мысль у Рюриковича. — Очень надеюсь, что Саша оденется потеплее. Кстати, почему они с Кони ещё не появились?»
В этот момент на дороге показалась машина. Подъехав, автомобиль остановился неподалёку от проверяющих. Покинув салон, адвокат торопливо подошёл:
— Добрый день. Меня зовут Анатолий Фёдорович Кони. Я представляю интересы собственника земельного участка.
— А где, позвольте узнать, сама боярышня Апраксина? Решила, что императорская проверка — не повод отложить визит к парикмахеру? — надменно осведомился придворный архимаг.
— Действительно, кто мы такие, чтобы ради нас глава боярского рода Апраксиных откладывала личные дела, — недовольно пробухтел дворянин с покрасневшими от холода ушами.
«Это кто у нас такой? — Рюрикович присмотрелся к мужчине. Опознав прокурора Московской губернии, усмехнулся. — Ты смотри, какой обидчивый. Запомню».
— Господа, подпункт два статьи пять «Уложения о государственных проверках» предельно чётко говорит, что присутствие собственника земельного участка при осмотре аномальной зоны не является обязательным, — деловито процитировал закон бородатый здоровяк.
«У прокурора Сибирской губернии отличная память», — отметил для себя самодержец.
— Вы правы, коллега. Право не равно обязанности, — сдержанно подтвердил импозантный прокурор Владимирской губернии. — Однако, по моему скромному мнению, члены столь высокой комиссии достойны уважения. Видимо, у серебряной ведьмы иное мнение.
«Глядите-ка, прокуратура Владимирской губернии что-то имеет против серебряной ведьмы? Или это личная неприязнь Станислава Филипповича?» — Дмитрий задумчиво смотрел на чиновника.