Шелковый рай (СИ)
Пришлось прикусить себе язык, чтобы не хмыкнуть язвительно. Но в голове все равно молнией пронеслась мысль о том, что не лишним будет в действительности проверить подготовленный контракт. Но Дина я поспешила успокоить:
— Ничего, там была небольшая мелочь. Не смертельно было бы даже если бы и пропустили. Но ты же знаешь меня: если допустили малую ошибку, то вполне могут быть и большие. Я вычитала контракт до конца. — И снова в глазах жениха кратковременная вспышка тревоги. Я теперь внимательно за ним наблюдала. — Поэтому и так задержалась. Не волнуйся, дорогой, уже все хорошо. Завтра настанет день нашего с тобой триумфа.
— О да, родная! Я с нетерпением жду завтрашнего дня! Ну раз все уже хорошо, не буду тебя задерживать. Иди отдыхай. Ты совсем себя уже загнала. Куда это годится? Если продолжишь и дальше в таком темпе, то собственную свадьбу ты встретишь не в подвенечном платье, а в медицинской капсуле! Я настаиваю на том, чтобы ты после подписания контракта взяла двухнедельный отпуск и хорошенько отдохнула перед свадьбой! Фирма без тебя не сгорит!
Не знаю, то ли я стала таким параноиком, то ли поведение Дина действительно было подозрительным, но я нашла в его прочувствованной речи как минимум пять намеков на то, что он собирается меня подсидеть. От скопившегося под ложечкой яда у меня горело в груди. Но я заставила себя мило улыбнуться в приемник комма, про себя представляя, как луплю жениха чем попало и по чем попало:
— Я подумаю про отпуск, Дин. Пока не до него. Да и до свадьбы еще далеко. — Ага, целая вечность! Жди, милый, в какой-нибудь следующей жизни дождешься. Может быть. — Пока нужно сосредоточится на совсем другом. Дин, тебе я рекомендую тоже подумать о работе, а не о сладком торте. Завтра я буду целый день занята с подписанием контракта. Фирма будет целиком и полностью на тебе. Сосредоточься, пожалуйста, и выбрось глупости из головы.
И снова в глазах жениха что-то мелькнуло. На этот раз настолько быстро, что я не успела распознать эмоцию. Нет, даже тень эмоции. Что это было? Страх? Ненависть? Ярость? Или мне показалось, и Дин прав, я заработалась?
— Не ругайся, Энжи, я все понял и все осознал.
Дин покаянно опустил голову вниз. А мне и этот жест показался нарочитым, наигранным. Точно, паранойя цветет пышным цветом. Я вздохнула:
— Извини, я устала и издергалась. Ты не приезжай сегодня, пожалуйста. Мне действительно нужно хорошенечко отдохнуть. Сейчас поваляюсь в ванной с маслами, и спать. Увидимся завтра, Дин!
— Доброй ночи!
Эхом откликнулся теперь уже окончательно бывший жених и отключился. А мне и в этой простой фразе почудилась угроза и тонкий намек. Нет, так дальше не может продолжатся! Я сама себя на радость врагам и конкурентам на тот свет загоню! Нужно собраться и успокоиться. А перед этим не мешает действительно проверить контракт. Что-то мне не понравилась реакция Дина на мои слова.
Я в третий раз за сегодняшний вечер включила уже отключенный «до завтра» терминал. И первым же делом обрубила Дину все лишние допуски и отобрала все привилегии и разрешения. Отныне он обычный операционный директор. И власть его строго ограничена его кругом обязанностей. Пошиковал, покомандовал на моей фирме и хватит. Мне вспомнилось вдруг, как Джеймс с пеной у рта доказывал мне, что я совершаю серьезную ошибку, расширяя полномочия тогда еще не жениха. Ну что ж, спасибо безопаснику уже за то, что не ткнул меня, как нашкодившего котенка носом в мои же ошибки. А Дин хорошо поработал, запудрив мне мозг до состояния настоящей «блондинистости». Я скривилась.
Покончив с засильем власти Дина и основательно подрезав ему крылья, я открыла файл завтрашнего контракта и углубилась в чтение. Лучше я буду не выспавшимся параноиком, чем некомпетентной дурой перед будущим партнером.
На вычитку уже готового к подписанию контракта у меня ушло около трех часов. Время неумолимо двигалось к полуночи. Система зафиксировала пять попыток проникнуть в файл извне. А мои глаза горели от усталости и невыплаканных слез. Господи, за что мне это? Я ведь верила Дину, собиралась выйти за него замуж и разделить жизнь на двоих! Устало сохранив отредактированный контракт и сгорбившись, как древняя старуха, я закрыла лицо руками. В контракте оказалось три смертоубийственных для моей фирмы ошибки. И как они попали туда, можно было только гадать. Я ведь видела готовый, отредактированный вариант. И их там не было. Выходит, Дин, или кто-то еще через допуски бывшего жениха, похозяйничал в файле, оставив там для меня «сюрпризы».
Оставив Джеймсу сообщение с подробным описанием сделанных открытий и предпринятых мною шагов, я наконец отключила терминал. Шаркая ногами, доплелась до выхода и погасила свет в кабинете. Долгий и жуткий день был почти завершен. Оставалось добраться до дому. Но моя паранойя неожиданно вспыхнула неоновым жутким светом, предупреждая, что за порогом офиса меня тоже может подстерегать неприятный сюрприз. Дин наверняка уже знает, что допуски ему я порезала. Не зря же кто-то старательно пытался проникнуть в файл! Так что помешает бывшему вернуть мне «любезность»? Я с сожалением вспомнила, что Дин успел уговорить меня составить завещания друг на друга. Вот же пройдоха! Тогда мне не казалось это странным или подозрительным. А теперь факты укладывались стройной стенкой кирпичик к кирпичику. Жаль, но я действительно оказалась блондинкой не только по цвету волос.
Тщательно взвесив все «за» и «против», я со вздохом попросила дежурного охранника выпустить меня через запасной пожарный выход. Не передать никакими словами, каким взглядом меня наградил мужчина. Но спорить с владелицей фирмы не стал. И послушно проделал все необходимые манипуляции.
И только оказавшись в темном узком тупичке позади офисного здания, я подняла лицо к темному ночному небу и задала ему тоскливый вопрос: а что теперь? Куда мне идти? Домой, прямо в заботливые руки Дина? Или я действительно уже истерю и придумываю то, чего нет на самом деле?
Как бы там ни было, а стоять тут всю ночь смысла не было. Голова уже кружилась от усталости. Жгло измученные глаза. Про то, как мне надоели туфли на высоченной шпильке, я вообще даже заикаться не хочу.
Тупик, в котором я стояла, выходил на другую улицу. И мы вообще им не пользовались. Насколько я знала, создавался он с одной целью — для пожарной безопасности двух офисных зданий. Поэтому тут я чувствовала себя в относительной защищенности. Уже хотя бы потому, что этот тупичок сложно было связать с офисом «Шелкового рая». Но все равно на выход по узкому проходу я пробиралась с оглядкой. Постояла немного на выходе, изучая ночную жизнь, и задумалась, что же мне в реальности делать дальше.
Раньше, в другой жизни, когда еще рядом были папа и Филипп, я любила ночной город. Любила водоворот неоновых красок рекламы, подсвеченные разноцветными огнями воздушные трассы, опьяняющие, истекающие музыкой и весельем, ночные клубы. Все это закончилось, когда пропал Филипп. Лайнер, на котором брат летел заключать договор поставок, словно в черную дыру провалился. Мне пришлось резко и быстро повзрослеть. Потому что папе нужна была помощь на фирме. За три месяца до этих событий папин брат Джейсон вместе со всею семьей разбился на флайте, никто не выжил. И мы с папой остались вдвоем. За день я так уставала на фирме, что про ночные развлечения даже думать было тяжело. Я мечтала тогда об одном — поскорее добраться домой и рухнуть в кровать.
Вспоминать тот период было больно. Папа работал, как одержимый. Обучал меня всем премудростям бизнеса. Заключал контракты и договора. Подтягивал и связывал воедино все ниточки. Он мечтал, чтобы их с мамой скромная компания по пошиву и продаже женского белья превратилась если не в гиганта межпланетного рынка, то хотя бы в значимого игрока. Тогда мне казалось, что так он просто спасается от мыслей о судьбе брата. Но в свете последних событий, я думаю, можно сделать вывод, что папа что-то знал или догадывался. На мгновение сердце сжала тоска. Папочка!.. Как же так… Но ты не думай, я исполню вашу с мамой мечту. Белье, сшитое по нашим моделям из эренсийского шелка, станет жемчужиной нашей коллекции. Вы с мамой еще будете мною гордиться!