Тень Великого Древа (СИ)

- Ради всего святого, вези во дворец маркиза!
Когда приехали, уже отзвучала вечерняя песня. Как и следовало ждать, Хармона во дворец не пустили и даже отказались передать записку Низе: «Ночью не положено. Утром приходи». Тут он впервые задумался: а где ночевать самому Хармону? Наверное, со свитой Адриана – но где остановилась она? Дворцовые стражники сказали: «Нет, Адриан не здесь. Он в Южном форте… А может, в Северном, точно не знаем. В одном из двух». На логичный вопрос последовал естественный ответ: Южный форт – на юге города, а Северный – на севере. Если ошибешься – изволь пройти весь город от края до края. И на случай, если этого было мало, судьба послала Хармону еще один подарок: из дворца вышел барон Хьюго Деррил. Он следовал по своим делам в обществе сквайра, но ради Хармона сделал остановку. Сказал будто бы приветливо:
- А, торгаш! О тебе как раз говорили.
- И что же, господин барон?
- Милорд Морис принял решение оставить Светлую Сферу владыке в качестве свадебного подарка. Считается, что руки императора очищают любую вещь. Какая бы грязная история ни стояла за предметом, она стирается, попав в собственность самого справедливого из смертных.
Хармон знал это. Из таких соображений он и хотел передать Светлую Сферу Минерве.
- Значит, теперь Сфера чиста?.. И наши недоразумения улажены?..
- Герцог Морис согласился помиловать тебя. Ты больше не приговорен к смертной казни.
- Отрадно слышать, милорд!
Вдох спустя кулак барона врезался Хармону в брюхо.
- Ничего не улажено. Ты обманул меня. Опозорил перед сеньором. Ты лжец и прохвост.
Каждую из этих коротких фраз барон Деррил сопровождал новым ударом. Когда Хармон свалился наземь, вместо кулаков пошли в дело сапоги.
- Я не должен тебя убивать. Но в остальном не ограничен. Ты - грязь. Твое место – на земле.
Сквайр предложил помочь барону. Тот не нуждался в помощи, ибо действовал не по долгу, а от души. Одно спасло Хармона: барону со сквайром подвели коней, и Деррил отвлекся от приятного дела.
- До новой встречи, торгаш.
Хорошо быть мужчиной в теле. Худому парню барон переломал бы все кости, а Хармона спас толстый слой жирка. Но болело решительно все. Настолько болело, что он даже не смог подняться на ноги. На карачках дополз до извозчика, кое-как залез в коляску.
- Давай в этот… ой… Южный форт.
- А может, в больничку? Тебя здорово отделали.
Святая правда: замесили в тесто. Но Хармон хотел скорее попасть к Адриану – не в последнюю очередь затем, чтобы пожаловаться на барона Деррила.
- В форт езжай.
Разумеется, форт оказался не тот. Адрианом там и не пахло, а вахтенный солдат почему-то даже не знал, что он воскрес.
- Какой император?! Шутники чертовы! Прочь отсюда!
Ближе к полуночи он добрался в правильный форт. Кряхтя и охая, расплатился с извозчиком, вылез из экипажа. И услышал:
- Здравствуй, славный! Наконец-то дождалась!
Из темноты появилась!.. Ночь мешала ему разглядеть милые сердцу черты, зато скрывала его собственный плачевный вид. Хармон напрягся, чтобы не стонать и говорить как можно тверже:
- Я рад тебя видеть живой и здоровой! То бишь, не очень-то вижу, но по голосу слышу, что все хорошо.
- Да, славный, лучше не бывает!
- Я искал тебя во дворце у леди Магды.
- А я ждала тебя здесь! То есть, мы ждали…
Она глянула через плечо на воина, стоявшего осторонь. Кажется, он был тем самым рыцарем, что давеча стерег Низу. Хармон удивился:
- Ты до сих пор под стражей?!
- О чем ты, славный? Сир Питер просто составил мне компанию. А я принесла тебе деньги.
- Вот и хорошо! – Сразу ответил Хармон, ведь что может быть плохого в деньгах? Но потом озадачился: - Стой, а какие?
Низа помедлила. Трудно судить в темноте, но кажется, она ощущала неловкость.
- Пять золотых эфесов, славный. Те, которые ты уплатил за меня.
Его глаза полезли на лоб:
- Зачем вдруг? Ты мне не должна!
- Хочу быть полностью свободной, и чтобы ты не держал на меня зла.
От дурного предчувствия у Хармона похолодело внутри.
 
- За что мне злиться?
Низа вложила монеты ему в руку.
- Полагаю, теперь не за что. Я вернула долг, и я полностью честна перед тобой. Мы с сиром Питером решили пожениться.
Хармон чуть не сел. Как пожениться?.. Что это значит?.. Почему не со мной?!
- Нет, Низа, ты что-то путаешь! Этого быть не может!
- Отчего? Я свободна, ты всегда так говорил. Питер и я полюбили друг друга. Почему же мне не стать его женою?
- А… э… но как же… Я тебе писал! Ты прочла?..
- Я не умею, ты же знаешь. Питер прочел мне вслух. Я рада, что Адриан позволил тебе строить небесные корабли, это прекрасное дело!
- И… это все, что Питер прочел тебе?
- А что еще там было?
Он крякнул, поскрипел, прочистил горло.
- Ну… в общем… больше ничего серьезного.
Низа обняла его:
- Знай, славный: я не забуду того, что ты сделал для меня. Навсегда останусь твоим другом. Если тебе нужна будет помощь – в любое время можешь обратиться ко мне.
- Что ж, большое спасибо. Я несказанно рад это слышать. Просто-таки пою от счастья…
* * *
Адриан сидел в кабинете, на столе перед ним стоял какой-то ларец. Хармон едва держался на ногах, в голове гудело, больших трудов стоило разбирать слова владыки:
- Завтра состоится моя свадьба, а сразу после нее я вернусь к государственным делам. Одним из таковых является отправка послов в Фаунтерру. Положение не терпит проволочек, необходимо как можно скорее… Сударь, вы слышите меня?
- Простите, ваше величество, - выдавил несчастный купец. – Я пережил тяжелую трагедию…
- Какого рода?
- Измену женщины… - Хармон знал: бестактно задавать такой вопрос, но сейчас ему было все едино. – Скажите, владыка, вы когда-нибудь любили?
Адриан помедлил, оценив право Хармона на подобную наглость, и нашел, что разбитое сердце заслуживает поблажки.
- Любил. Но вас, сударь, как и меня должен утешить следующий факт: в мире есть предметы, гораздо более ценные, чем любовь.
- Власть?
- Не она сама, но то, чего можно достичь с ее помощью.
- Ваше величество, я слышал, вы были помолвлены с Минервой… Отчего теперь женитесь на другой? Минерва предала вас?
- Сомневаюсь в вашем праве знать ответ, - холодно сказал Адриан. Но, помедлив, добавил: - Пока не предала. Если вернет то, что принадлежит мне, то будет чиста перед богами.
Купец тяжело вздохнул. Выходит, ему хуже, чем владыке: Низа украла самое ценное – сердце Хармона. И уже точно не вернет.
- Я вижу, эта драма сильно потрясла вас, - сказал Адриан с неожиданной чуткостью. – Хочу подарить вам отдых, который залечит раны. Поезжайте в столицу, развейтесь и отриньте любовные страдания.
- В столицу, ваше величество?.. В Фаунтерру?..
- Милостью богов, у нас пока что одна столица. Я направляю туда в качестве послов графа Куиндара и барона Деррила. Косматый и Гурлах поедут для охраны моего подарка, - владыка положил руку на ларец, и лишь теперь Хармон заметил, насколько богато он украшен. – Поезжайте также и вы. Отдохните в Фаунтерре, найдите барышню, которая залечит ваши раны.
- Ваше величество… не шутит?
- В чем вы усмотрели иронию? Разве у меня нет сердца?
- Никак нет, ваше величество, я не об этом… Премного благодарю вас. Вот только барон Деррил не очень-то любит меня. Все изъяны моей внешности, которые вы видите, - дело его рук.
- Я предупрежу его о необходимости бережного обращения с вами. Вы мой верный слуга, я не дам вас в обиду. Езжайте в Фаунтерру. Исполните мое поручение – а потом займетесь судостроительством, как вы и желали.
  
Стрела - 2
 
Июль 1775г. от Сошествия 
Рейс 
Шаванские станы обычно состоят из юрт. Их знает всякий, кто даже не бывал в Степи, - слишком часто их встретишь на картинах. Однако этот стан имел совсем иной вид. Группа глиняных домов выстроилась на берегу речушки. В окнах блестели стекла, над некоторыми крышами поднимались печные трубы. Имелся колодец, амбар и хлев, и две башенки для стрелков. Не стан, а добротная деревня, крепко приросшая к земле. Ей бы место в Альмере или Южном Пути.