Жена из забытого прошлого
– То есть… ты сирота? – спросила я удивлённо, но тут же закрыла рот ладонью. – Прости.
– Ничего, – он понимающе усмехнулся, но эта усмешка показалась мне пропитанной горечью. – Да, ты права. После смерти родителей опеку надо мной взял дядя. Не могу сказать, что именно он занимался моим воспитанием, у него для этого просто не оставалось времени.
Кайтер чуть помолчал и вдруг эмоционально добавил:
– Иногда я думаю, что лучше бы попал в приют или в приёмную семью. Да хоть даже жил бы на улице. Сейчас всё было бы намного проще.
– Нет, Кай, – я вздохнула. – Уверена, ты никогда не голодал, не думал, выдержит ли прохудившаяся крыша, не снесёт ли её порывом ветра. Вряд ли тебе приходилось работать за еду и прогуливать школу ради того, чтобы помочь маме получить хоть немного денег.
Он посмотрел с сочувствием и пониманием, но отвечать не стал. Вместо этого сам задал вопрос:
– Значит, ты жила с мамой. А где твой отец?
– Понятия не имею, – я отрицательно покачала головой. – Мама молчит, даже имени его ни разу не назвала. Просто сказала однажды, что он от нас с ней отказался, и она пообещала ему, что больше в его жизни не появится. Собственная семья от неё отреклась: для графского рода беременная дочь была пятном на репутации семьи. Кстати, о них мама мне тоже ничего не рассказывает. Я знаю лишь то, что у неё где-то есть родственники.
– Интересно, – взгляд Кайтера вспыхнул азартом. – Хочешь их найти?
– Зачем? – я удивилась такому вопросу, но всё же ответила: – Нет, Кай. Лучше уж вообще ничего о них не знать. Мы ведь им не нужны.
– Ну, хотя бы просто ради любопытства, – не желал останавливаться он.
И вдруг обогнал меня, преградил дорогу и посмотрел в глаза.
– Ри, ну, давай найдём. Я могу, мне для этого нужна лишь капля твоей крови, карта и один ритуал. Давай, прямо завтра днём этим займёмся?
– Нет, – я не собиралась соглашаться, но он продолжал смотреть так пристально, с такой надеждой в глазах, что пришлось повторить твёрже: – Нет, Кайтер. Мне не нужны родственники и информация о них. Да и мама расстроится, если узнает, что я ими интересовалась. Так что не стоит никого искать.
– Ладно, – сказал он с досадой и повёл меня дальше. – Но ты всё же подумай. Если решишься, я с радостью помогу с поисками.
Мы поужинали в маленьком, но очень уютном ресторанчике на берегу моря. Я впервые была в подобном заведении. Раньше могла лишь смотреть на такие места с другой стороны окон, а сидящие за столиками люди всегда казались мне пижонами и богатеями. Поэтому было особенно странно чувствовать себя одной из них.
Кай рассказывал об академии, которая когда-то была дворцом. О преподавателях, интересных дисциплинах, библиотеке. А ещё по секрету сообщил, что, по слухам, под учебными корпусами есть целый лабиринт из подземных ходов и комнат, но там всё зачаровано магией Арго Фэрсов, и внутрь не попасть.
Потом мы заговорили про магию, и эта тема заняла у нас весь остаток вечера. Кая поразило, что я – так называемый полный универсал, который может создавать плетения из шести стихий, включая свет и тьму. Но когда он признался, что не маг, а колдун, моё удивление оказалось сильнее.
– Разве таких, как ты, учат в нашей академии? – спросила я. – Ведьм видела, у них в нашем потоке набралась группа из семи человек. А колдунов, насколько я знаю, обучают личные наставники.
– Обычно, да, наставники, – покивал Кай. – Но для меня наставника не нашлось.
– Почему?
– Думаю, из-за дяди. В своё время колдуны всем ковеном встали на сторону императора, они были против республики. Потом, когда стало ясно, что монархию не вернуть, они заключили с новыми властями договор о нейтральном статусе. И с тех пор сами по себе.
– А кто твой дядя? – спросила я. – Как понимаю, он поддержал республику. Он маг?
– У него нет особого дара, – развёл руками Кайтер. – Разве что, он умеет мастерски плести интриги и манипулировать людьми. Свой же дар я унаследовал от отца.
– Видимо, его дом подожгли потому, что он, как и другие колдуны, был против республики, – озвучила я свои выводы.
– Так и есть, – подтвердил Кайтер. – Но давай поговорим о чём-нибудь более приятном. Вы ведь часто переезжали. Расскажи, в каком городе тебе понравилось жить больше всего?..
Закончив с ужином, мы снова отправились гулять, но теперь прошлись по новой части города. Тут тоже хватало и разрушенных зданий, и мест взрывов, но жизни всё равно было больше. Ну, а порт и вовсе показался мне совсем не тронутым военными действиями прошлого. Правда, Кай пояснил, что именно эту часть города восстановили первой.
В академию мы вернулись уже после полуночи. Кайтер, как и обещал, скрыл нас обоих от посторонних глаз и даже проводил меня до самой двери. А когда мы с ним остановились друг напротив друга, он мягко мне улыбнулся и быстро, но красноречиво посмотрел на мои губы.
– Спасибо за вечер, – проговорила я, чуть смутившись. – Знаешь, я впервые была на настоящем свидании.
– Тогда ты наверняка не знаешь, что существует одна древняя традиция, – заговорил он лекторским тоном. – Если свидание прошло хорошо, и девушке всё понравилось, она позволяет кавалеру её поцеловать. Тем самым подтверждает готовность принять приглашение ещё на одно свидание.
– Какая интересная традиция, – у меня вырвался нервный смешок.
Кай шагнул вперёд, опустил ладонь на мою талию и посмотрел в глаза. В тусклом освещении пустого коридора его взгляд казался завораживающим, затягивающим, поистине колдовским, а у меня участилось дыхание.
– Неужели тебя ещё никогда не целовали? – спросил он, подавшись чуть ближе, и теперь расстояние между нашими лицами сократилось настолько, что я чувствовала на губах его дыхание.
– Целовали, – поспешила ответить я. – Но…
– Тебе не понравилось, ведь так? – с пониманием проговорил Кайтер, а я кивнула.
Сейчас, рядом с ним, я чувствовала себя маленьким зверьком, смотрящим на приближающегося к нему хищника. Нет, мне не было страшно, но смущение, кажется, достигло своего апогея.
– Дашь мне шанс исправить твоё мнение о поцелуях? – чуть лукаво спросил Кай.
– Мы ведь в коридоре. Сюда в любой момент может кто-нибудь выйти, – поспешила ответить я. – Давай… в следующий раз?
Но он лишь отрицательно качнул головой, склонился ниже и мягко коснулся губами моих губ, после чего сразу отстранился и поймал мой взгляд.
– Не страшно?
– Нет, – заверила я его. И думала, что на этом всё и закончится, но ошиблась.
Он снова потянулся к моим губам и в этот раз сначала просто слегка прижался к ним, потом попробовал прихватить нижнюю, но лишь погладил. Затем проделал то же самое с верхней. Меня же от этих его действий прошибло тёплой волной, а на губах стала ощущаться едва уловимая приятная щекотка.
И я непроизвольно сама подалась к Каю, попробовала повторить то же, что делал он… и стало ещё приятнее, а моё смущение как волной смыло. Кайтер продолжал ласкать меня губами, постепенно всё больше углубляя поцелуй. Но когда я почувствовала кончик его языка своим, то вздрогнула и отстранилась.
Смотрела на Кая потрясенным взглядом, тяжело и надрывно дышала и не могла понять, чего хочу больше: сбежать или поцеловать его ещё раз. Но этот язык…
Нет, я знала, что некоторые целуются именно так, но для меня это казалось каким-то извращением. Мне было прекрасно известно, что происходит между мужчиной и женщиной за дверью супружеской спальни, я читала об этом в медицинских справочниках, да и девочки в борделе иногда обсуждали между собой такое, что я не просто краснела, но мечтала заткнуть уши и сбежать. И мужской язык в этих рассказах фигурировал довольно часто.
У меня же раньше просто не оставалось времени на романтически отношения. Я либо училась, либо работала, либо готовила, убирала, делала артефакты. В общем, было не до развлечений. Поэтому поцелуй Кайтера стал для меня открытием.
Когда меня лет в четырнадцать попытался поцеловать соседский мальчик, – я испытала только отвращение от этого мокрого облизывания. А сейчас просто утонула в целом фейерверке новых эмоций и ощущений.