И.С.Т. (СИ)

====== 11. ======
— Полундра, блядь, Ромк… — Сима проигнорировал возмущенный взгляд медбрата и поудобнее уселся в кресле рядом с постелью бессовестно дрыхнущего Силиверстова. — Прикинь, Анж сказал, что такого пиздеца филиал еще не знал. А он типа в курсе дела, знаток значит. Ну и это, на фоне, так сказать, эпичной трагедии типа «Антиноя» ректор пропал, Арестов в ахуе, явилась какая-то жлобская комиссия и во все дыхательные и пихательные сношает всех. По очереди. Типа мы тоже в очереди, но поскольку я в перезагрузку не ушел, то меня оставили напоследок. А ты еще не оклемался, значит, тебя тоже на потом оставят… — Сима отпил из кружки чай, зажевал его печенинкой и тоскливо вздохнул. — Давай, просыпайся, Спящая красавица. Мне тут нудно. На каникулы никого не отпускают, так что сидеть нам тут до новых веников. Прикинь, да, обещали-заливали, а тут такая херь, бля, кто ж знал, что тут армагеддец случится. Кстати, забегал Тимур. Заставил его сожрать лимон, сильно довольным выглядел. Правда, сказал, что на планарах пиздец и соваться туда не стоит, если ты не самоубивец. В общем, давай, Ромашка, я тут малость задолбался. Просыпайся.
— Да ну на хер, — пробормотал в явной подлудреме тот, и накрылся одеялом с головой. — Мне и тут хорошо, — последние буквы уже звучали невнятно. Похоже, просыпаться окончательно он действительно не собирался и реагировал только на голос.
— Ну ты припух, Ромысь, — оглядевшись, Сима удостоверился что рядом никого нет, и запустил руку под одеяло с намерением пощекотать подлеца. Правда, о том, куда именно попала рука, оставалось только догадываться. — Вылазь, зараза.
Зараза вылазить не собирался.
— А смысл? — донеслось философское из-под одеяла. — Там полундра, а здесь тихо и спокойно. И щекотки я не боюсь, но руку отдавлю запросто.
— Ну тогда я хоть тут в спокойствии полежу, — фыркнул Сима. — Дави, бля. Я готов!
— А что, комиссию в нашем блоке поселили? — Рома откинул одеяло и сел, глядя сердито и сонно. — Серафим, сволочь ты ушастая, помереть спокойно не дашь. Что значит «ректор сбежал»?
— То и значит, — самодовольно осклабился Сима, доставая из-под кресла термос. — Чай будешь? Свалил Викинг. Ночью. После того, как всех сюда перетянули и народ помаленьку в сознанку приходить начал.
— Давай, — вздохнул Рома, с силой потирая лицо. — Не знаю, что у вас тут было, но, похоже, я все веселье продрых. Последнее, что я помню — это как оказался на планаре. Потом вспышки какие-то, муть еще темная, что ли, была, хаос. А потом я заснул. Кажется. И теперь знать — не знаю, почему свалил ректор, почему Арестов в ахуе и кому мы, собственно, сдались.
— Я тоже не особо много слышал, в основном держал тебя, когда ты отключился, — Сима передернул плечами и, плеснув в кружку термоса чай, подал ее Ромке. — Но если наконец доберемся до нашего блока — поговорим с Тимом. Он, кажется, в курсе всего.
Рома фыркнул:
— И вот как с тобой в разведку идти? Все самое главное не знаешь. Из-за чего хоть кипешь?
— Ром, — Сима вдруг посерьезнел. — В отключке было до хрена народа. «При мозгах» оставались я, Аян, Фрей, Чед, наша старшая четверка, кто-то еще из третьекурсников. Не помню кто. Остальные были в отключке. Фрея Арестов потянул за собой шустрить на планары. Он отсыпался в соседней палате. Кажется, уже проснулся. Я не зря сказал, что у нас тут пиздец. Он у нас масштабный, бля.
— Вы всегда так преувеличиваете, молодой человек? — Как открылась дверь — никто из них не услышал. И сколько простоял у порога вошедший в палату человек — можно было только гадать. Но то, что он не из филиала — можно было даже не сомневаться. Они такого бы запомнили. С длинными растрепанными седыми волосами, в которых еще виднелись черные редкие прядки, собранными и подвязанными на концах крохотными колокольчиками, звеневшими от каждого движения головы. Покрытое не частыми, но заметными морщинами лицо с пронзительными, на удивление молодыми глазами; длинное худое тело в невзрачном сером балахоне. Не заметить такое было невозможно. Как и понять возраст.
 
Рома шумно сглотнул, словно пойманный взглядом его темных карих глаз, а мужчина вдруг оказался рядом с кроватью.
— Роман Силиверстов, — он не спрашивал, он констатировал факт. — Я представлял вас другим, — он протянул руку, бесцеремонно взял его за подбородок, погладил скулу подушечкой пальцев.
— Вы бы не могли не распускать руки в отношении моего оракула? — хмуро полюбопытствовал Сима, пристально разглядывая посетителя. Пофигу кто это. Этот тип вызывал дрожь отвращения. Дамблдор, бля.
— Твоего оракула? — сморгнул Рома, ошарашенный всем происходящим.
Мужчина рассмеялся:
— Самого главного вам не сказали, Роман? — он склонил голову к плечу, окидывая его откровенным взглядом. — Агейр не занимался с вами?
Рома покачал головой, и мужчина поджал губы, нахмурившись:
— Плохо. Талант должен пройти огранку.
— Что вам нужно? — Рома пропустил его слова мимо ушей, как все не слишком важное.
— Посмотреть на того, с кого все началось? — мужчина усмехнулся и отступил. — Но наш разговор еще впереди. Я буду ждать встречи с вами. Прошу не опаздывать, — он кивнул, одарил Симу насмешливым взглядом и вышел из палаты, оставив после себя тающий звон колокольчиков.
— Маразм крепчал, — резюмировал все происходящее Сима, проводив странного типа тяжелым взглядом. — Я чем дальше, тем капитальнее чувствую себя попаданцем в «Хогвардс». И да, я тебя чувствую, наконец. Вот тут чувствую. — Он приложил ладонь к солнечному сплетению и вздохнул.
Рома наградил его хмурым взглядом:
— Кажется, я пропустил гораздо больше, чем думал. Когда это случилось, и когда ты собирался мне об этом рассказать?
— Да черт его знает. Я в этом дурдоме всего и не заметил. А этот хрен мне не нравится. И не его собачье дело, почему Викинг тобой не занимался так долго. И бля, почему, интересно, с тебя все началось?
— Значит, не собирался. Надеялся, что до меня само дойдет? — Рома отставил уже остывший чай и закутался в одеяло. — Этот тип явно из комиссии. Пришел поздороваться в неформальной обстановке. Меня вообще отсюда выпустят? Я б пожрать сходил.
Сима покраснел.
— Ну… в общем, мы как-то долго этого ждали, так что я подумал, что ты тоже должен хоть что-то почувствовать. Типа, не любовь с первого взгляда, но если это чувствую я, то и ты… в общем, прости, ступил. И тебя, кстати, не держит никто, давно уже мог свинтить.
— Если ты забыл, то я в себя пришел по факту минут двадцать назад, — буркнул Рома. — И все пропустил, — откинул одеяло, выбрался из кровати, пытаясь пригладить взъерошенные волосы, и принялся озираться в поисках одежды. Увидел свой маскарадный костюм, хмыкнул, но к брюкам потянулся. — Жаль только, что сейчас ничего не проверишь. Хотя все равно странно. Это не потому, что ректор свалил, а ты типа бесхозным остался?
— А я и так ничейный мальчик. Свой собственный, — показал ему язык Сима, закрывая термос. — Но ты все равно мой оракул. Пииифияяяя, гы-гы.
Рома покосился на него, натянул китель и развернулся, зевая.
— И что это ты такой счастливый?
— Так тебя ж разбудил. Я не прекрасный прЫнц, и будил не поцелуями, но все фигня, главное, что ты восстал! И вообще, жратвы в блок Чед захватит, а Тим, думаю, уже ждет. Ну и Сказочник со своими эльфами прийти должен. Тебе совсем не интересно их послушать? Без нас же начнут! — тормошил его Сима.
— Не начнут, — заявил Рома. — Анжей точно не начнет, а остальные спорить с ним не будут. Да и переодеться надо, а то отшучиваться достанет. Все, Серафим, перебежками.
— Ну, давай перебежками, — Сима набросил ему на плечи свою куртку, а сам замотался в шарф и только тогда, обняв термос, выскользнул в коридор.
Выбирались оперативно. В паре палат все еще бессовестно спали маскарадные страдальцы. Хотя по большей части студентов отправили по блокам. Опасности для здоровья и жизни больше нет, а усталость лечится плотным обедом и сном.