50 оттенков серого

– Так не пойдет.
Кажется, я перегнула палку. Я отворачиваюсь к окну и вижу, как в небе ширится розовоаквамариновая полоса. Рассвет гонится за нами.
– Куда мы едем? – спрашиваю я, с тревогой всматриваясь в шоссе I95. Пока ясно одно – мы движемся на юг.
– На аэродром.
– Мы возвращаемся в Сиэтл? – восклицаю я. А ведь я не попрощалась с мамой! Боже, она ждет нас на ужин!
Кристиан смеется.
– Нет, Анастейша, мы собираемся уделить время моей второй страсти.
– Второй?
Я хмурюсь.
– Именно. О первой я упоминал утром.
Разглядывая его точеный профиль, я пытаюсь сообразить.
– Вы, мисс Стил, вы моя главная одержимость. И я намерен предаваться ей всегда и везде.
Ах, вот как…
– Должна признаться, в списке моих пороков и странностей и вы тоже котируетесь весьма высоко, – бормочу я, вспыхнув.
– Рад слышать, – сухо замечает он.
– А что мы будем делать на аэродроме?
Кристиан усмехается.
– Займемся планеризмом.
Планеризмом? Я не впервые слышу от него это слово.
– Мы догоним рассвет, Анастейша. – Кристиан с улыбкой оборачивается ко мне, а навигатор велит ему свернуть направо к промышленного вида ангару. Кристиан останавливается у большого белого здания с вывеской: «Брансвикское общество планеристов».
Парить! Мы будем парить в небе!
Кристиан выключает мотор.
– Согласна?
– А ты полетишь?
– Да.
– Тогда я с тобой! – выпаливаю я.
Кристиан наклоняется и целует меня.
– И снова впервые, мисс Стил, – замечает он, вылезая из машины.
Впервые? О чем он? Первый раз в небе? Вот черт! Нет, он же не новичок в планеризме! Я с облегчением вздыхаю. Кристиан обходит машину и открывает мне дверь. Редкие облачка висят на разгорающемся бледноопаловом небе. Рассвет ждет нас.
Он берет меня за руку, и мы идем к огромной бетонной площадке, где стоят самолеты. У кромки поля нас ждет незнакомец с бритой головой и безумным взглядом. Рядом с ним стоит Тейлор.
Тейлор! Кристиан без него как без рук. Я широко улыбаюсь Тейлору, он сияет в ответ.
– Мистер Грей, пилот буксировщика мистер Марк Бенсон, – говорит Тейлор. Кристиан и Бенсон жмут друг другу руки и углубляются в разговор о скорости ветра, направлении и прочих тонкостях.
– Привет, Тейлор, – тихо говорю я.
– Мисс Стил, – кивает он.
Я хмурюсь.
– Ана, – поправляется Тейлор и заговорщически подмигивает. – В последнее время с ним никакого сладу. Хорошо, что мы здесь.
Никакого сладу? Вот это да! Я тут точно ни при чем! Просто какойто день откровений! Чтото не так с местной водой? С какой стати сегодня всех тянет излить душу?
– Анастейша, – подает мне руку Кристиан, – пошли.
– До скорого! – улыбаюсь я Тейлору, и он, коротко отсалютовав мне, удаляется к стоянке.
– Мистер Бенсон, это моя девушка Анастейша Стил.
Мы обмениваемся рукопожатиями.
– Приятно познакомиться, – бормочу я.
Бенсон ослепительно улыбается.
– Взаимно, – отвечает он. Акцент выдает англичанина.
Я беру Кристиана за руку, и внутри все переворачивается. Парить в небе! Невероятно! Вслед за Марком Бенсоном мы по бетонной площадке направляемся к взлетнопосадочной полосе. Они с Кристианом обсуждают предстоящий полет. Я успеваю схватить суть. Мы полетим на «Бланик L23», эта модель не идет ни в какое сравнение с L13, хотя тут можно спорить. Бенсон будет на «Пайпер Пауни», который уже пять лет буксирует планеры. Все эти подробности ничего не значат для меня, но Кристиан в своей стихии, и наблюдать за ним – истинное удовольствие.
На вытянутом белом боку планера нарисованы оранжевые полосы. В крошечной кабине два сиденья, одно позади другого. Белый трос соединяет планер с обычным одномоторным самолетом. Бенсон откидывает плексигласовый купол кабины, приглашая нас внутрь.
– Сначала нужно пристегнуть парашют.
«Парашют!»
– Я сам. – Кристиан забирает ремни у Бенсона.
– А я пока схожу за балластом, – говорит он, широко улыбаясь, и уходит к самолету.
– Вижу, тебе нравится стягивать меня ремнями, – замечаю я сухо.
– Мисс Стил, не болтайте глупостей. Шагните сюда.
Подчиняясь приказу, я кладу руки на плечи Кристиану и чувствую, как его мышцы напрягаются, но он не двигается с места. Я ставлю ноги в петли, Кристиан подтягивает парашют, а я продеваю руки в стропы. Ловко защелкнув крепления, он проверяет ремни.
– Ну вот, готово, – говорит Кристиан спокойно, но в серых глазах горит опасный огонек. – Есть резинка для волос?
Я киваю.
– Поднять вверх?
– Да.
Я делаю, как велено.
– Залезай внутрь, – приказывает Кристиан.
В его тоне столько спокойной властности!
Я хочу сесть назад, но Кристиан останавливает меня.
– Нет, спереди. Сзади сидит пилот.
– Но ты ничего не увидишь!
– Мне хватит, – усмехается он.
Я никогда еще не видела Кристиана таким счастливым. Властным, но все равно счастливым. Я забираюсь внутрь кабины, кожаное сиденье на удивление мягкое. Кристиан склоняется надо мною, фиксирует плечи, затем, вытащив между ног ремень, защелкивает карабин на животе и проверяет стропы.
– Хм, дважды за утро, везунчик, – бормочет он и чмокает меня в щеку. – Мы будем в воздухе минут двадцатьтридцать. Утром не так жарко, а по ощущениям полет на рассвете ни с чем не сравнится. Волнуешься?
– Предвкушаю! – широко улыбаюсь я.
Чему я радуюсь? На самом деле какаято часть меня трепещет от страха. Моя внутренняя богиня залезла под диван, с головой закутавшись в одеяло.
– Хорошо. – Кристиан с улыбкой скрывается из виду.
Я слышу, как он забирается в кабину. Кристиан так сильно затянул ремни, что обернуться я не могу. Я не удивлена. Передо мной циферблат, рычаги и какаято торчащая штуковина. Что ж, могло быть и хуже.
С улыбкой на губах возникает Марк Бенсон, подтягивает мои стропы, затем просовывается в кабину и проверяет пол. Наверное, чтото делает с балластом.
– Все нормально. Первый раз?
– Да.
– Вам понравится.
– Спасибо, мистер Бенсон.

– Зовите меня Марк. – Он оборачивается к Кристиану. – Порядок?
– Да.
Хорошо, что я не позавтракала. Меня переполняют эмоции. Вряд ли мой желудок справился бы с отрывом от земли. Я снова отдаюсь в умелые руки этого невероятного мужчины. Марк закрывает крышу кабины, идет к своему самолету и скрывается в кабине.
Мотор самолета начинает тарахтеть, мой чувствительный желудок подкатывает к горлу. Боже… неужели это происходит со мной? Марк медленно едет вдоль полосы, трос натягивается, толчок – и планер срывается с места. Бормочет радио. Вероятно, Марк говорит с диспетчером, но слов не разобрать. Планер набирает скорость, нас ощутимо потряхивает. Господи, когда же мы взлетим? Желудок ухает вниз – и мы отрываемся от земли.
– Летим, детка! – кричит Кристиан. Мы парим в нашем собственном пузыре, одном на двоих. Слышен только свист ветра и далекий шум мотора буксировщика.
Я так крепко цепляюсь за край сиденья, что костяшки пальцев побелели. Мы забираем к западу, поднимаясь все выше, скользим над полями, лесами, домами, пересекаем шоссе I95. Боже милосердный. Над нами лишь небо, лишь рассеянный и мягкий солнечный свет. Я вспоминаю слова Хосе о предрассветном часе фотографов… и парю в этом волшебном свете вместе с Кристианом.
Кстати, я совсем забыла о выставке Хосе. Нужно будет сказать Кристиану. Интересно, что он ответит? Впрочем, сейчас я могу думать только о полете. Уши закладывает, мы набираем высоту, все выше поднимаясь над землей. Наверху стоит тишина. Кажется, я начинаю понимать Кристиана. Парить в высоте, подальше от неумолкающего «блэкберри» и повседневных забот.
Радио просыпается к жизни, Марк сообщает, что мы достигли высоты в три тысячи футов. Ничего себе! Я опускаю глаза – под нами пустота.
– Отпускай, – говорит Кристиан по радио, и внезапно самолет пропадает из виду, а ощущение, что нас тянут вперед, исчезает. Мы парим над Джорджией в свободном полете.
О черт – это восхитительно! Повинуясь порывам ветра, планер медленно теряет высоту, тихо скользя по воздуху. Икар, теперь я поняла! Я лечу прямо к солнцу, но со мной Кристиан, он ведет и направляет меня, и мы кружим и кружим в утреннем свете.
– Держись крепче! – кричит Кристиан, и мы снова ныряем. Неожиданно я оказываюсь вниз головой, глядя на землю сквозь прозрачную крышу кабины.
С громким визгом я упираюсь руками в плексиглас и слышу смех Кристиана. Вот негодяй! Но его веселье так заразительно, что, когда он выравнивает планер, я смеюсь вместе с ним.
– Хорошо, что я не позавтракала! – кричу я.
– Возможно. Потому что я собираюсь повторить.
Он снова переворачивает планер, но теперь я начеку. Я вишу на ремнях вниз головой, глупо хихикая. Кристиан возвращает планер в исходное положение.
– Ну как? – кричит он.
– С ума сойти!
Мы падаем вниз в лучах утреннего солнца, слушая ветер и молчание. Можно ли желать большего?
– Видишь перед собой рычаг? – кричит Кристиан.
Я смотрю на штуковину, которая слегка покачивается у меня между ног. О нет, что он задумал?
– Возьмись за него.
Вот дьявол! Он хочет, чтобы я управляла планером? Ни за что!
– Давай же, Анастейша! – в сердцах восклицает Кристиан.
Я с опаской берусь за рычаг и чувствую качание лопастей, или что там держит эту штуковину в воздухе.
– Крепче держи… ровнее. Видишь циферблат? Следи, чтобы стрелка стояла ровно посередине.
Сердце выпрыгивает у меня из груди. Вот черт! Я управляю планером… я лечу!
– Умница! – одобряет мой маневр Кристиан.
– Неужели ты позволил мне верховодить?
– Вы еще удивитесь, мисс Стил, что я намерен вам позволить. Теперь я.
Рычаг дергается, я отпускаю его, планер падает еще на несколько футов, уши снова закладывает. Земля все ближе. Мне кажется, мы вотвот в нее врежемся. О нет!
– Брансвик, это БиДжиЭн ПиЗЭй, захожу слева по ветру на седьмую полосу, Брансвик, прием.
Кристиан снова становится собой: властным деспотом. Башня отвечает, но изза треска я не могу разобрать слов. Закладывая широкие круги, мы медленно опускаемся. Я вижу аэродром, взлетнопосадочные полосы, мы снова перелетаем шоссе.
– Держись, детка, сейчас будет трясти.
Последний круг, сильный короткий толчок, и мы стремительно несемся по траве, клацая зубами от тряски. Наконец планер останавливается и, качнувшись, заваливается на правый бок. Я облегченно вдыхаю полной грудью. Кристиан поднимает крышу, вылезает из кабины и потягивается.
– Понравилось? – спрашивает он, а в серых глазах мелькают серебристые искорки. Кристиан наклоняется, отстегивает мои стропы.
– Еще бы, спасибо, – выдыхаю я.
– Сегодня я дал тебе больше? – с надеждой спрашивает он.
– Даже хватил через край, – шепчу я, и он улыбается.
– Иди сюда.
Кристиан подает мне руку, и я вылезаю из кабины.
Не успеваю я спрыгнуть на землю, как он заключает меня в объятия. Одна рука тянет мои волосы назад, запрокидывая голову, другая опускается по спине. Кристиан целует меня, долго и страстно, его язык проникает в мой рот, дыхание становится хриплым… Боже правый, у него эрекция… мы же стоим посреди поля! Впрочем, мне все равно. Мои руки зарываются в его волосы, притягивая Кристиана ближе. Я хочу его, здесь, сейчас, на земле. Он отрывается от меня, в потемневших от страсти глазах – упрямое желание. У меня перехватывает дух.
– Завтрак, – шепчет он страстно.
В его устах яичница с беконом покажутся запретным плодом. Как ему это удается? Кристиан поворачивается, хватает меня за руку и быстро шагает к машине.
– А планер?
– О нем позаботятся, – коротко бросает он. – Нам нужно поесть.
Еда! О какой еде он говорит, когда я умираю от желания?
– Пошли же, – улыбается Кристиан.
Я никогда еще не видела его таким, на это стоит посмотреть. Мы шагаем рядом, рука в руке, на моем лице застыла глупая улыбка. Я вспоминаю день, проведенный в Диснейленде вместе с Рэем. Тогда мне было десять. Кажется, сегодняшний не хуже.
Мы возвращаемся в Саванну. Мой телефон издает сигнал. Ах да, таблетка.
– Что это? – Кристиан с любопытством косится на меня.
Я роюсь в косметичке.
– Сигнал принять таблетку, – бормочу я с красными щеками.
– Умница. Ненавижу презервативы.
Я краснею еще больше. Какая заботливость!
– Мне понравилось, что ты представил меня Марку как свою девушку, – тихо говорю я.
– А разве ты не моя девушка?
Кристиан поднимает бровь.
– Девушка? Мне казалось, ты хотел сабу.
– Хотел, Анастейша, и хочу. Но я уже говорил, с тобой мне нужно больше.
О боже. Неужели он меняется? Меня переполняет надежда, и я задыхаюсь от радости.
– Если это правда, я счастлива, – шепчу я.
– Наша цель – угодить клиенту, мисс Стил.
Кристиан с хитрой гримасой останавливает машину у «Международного дома оладий».
– Оладьи, – ухмыляюсь я. Вот так дела! Никогда бы не подумала! Кристиан Грей в закусочной!
На часах 8.30 утра, но в зале малолюдно. Пахнет тестом, жареным маслом и дезинфицирующим средством. Хм… аромат не слишком заманчивый. Кристиан ведет меня в кабинку.
– Не знала, что ты тут завсегдатай, – замечаю я.
– Отец втайне водил меня сюда, когда мама уезжала на медицинские конференции.
Кристиан улыбается, искорки пляшут в серых глазах. Изучая меню, он проводит рукой по непослушным волосам.
О, как бы мне хотелось взлохматить его шевелюру! Взяв меню, я понимаю, как сильно проголодалась.
– Я знаю, чего хочу, – хрипло произносит Кристиан.
Я поднимаю глаза, и от его взгляда мышцы внизу живота сводит, а дыхание перехватывает. Вот черт! Кровь грохочет по жилам, отвечая на его призыв.
– Я хочу того, чего хочешь ты, – шепотом отвечаю я.
Он сглатывает.
– Здесь? – С двусмысленной улыбкой Кристиан поднимает бровь и проводит кончиком языка по зубам.
О боже… секс в закусочной.