История одного отцовства (СИ)

Силы оставили меня, руки дрожали, а на голову давило.
Эрик отвернулся от меня, и мотнул головой, словно отгоняя что-то от себя.
— У меня не было возможности приехать к тебе лично и сообщить. Да и зачем? Ты даже не поверил, что я с тобой спал, — обида прошлого душила его, голос срывался. — С чего мне было думать, что он тебе нужен?
— Ну да, — я потер переносицу, — помню, что ты говорил. Я и сам бы такому не поверил, ублюдка какого-то описал, а оказалось, что он — я. Эрик, даже не знаю, как прощение просить.
— А не надо просить у меня прощения. Я не для этого рассказал, мне твои извинения ни к чему. Нат, как оказалось, хочет отца, и ты неплохо ладишь с детьми, — пожал плечами омега, не оборачиваясь. — Не хочу сына лишать отца, это нечестно. Нат заслуживает хорошего отца.
— Эрик, — я собрал себя с пола и подошел к омеге, тронул за плечо, — не уходи, пожалуйста, не забирай Ната и детей. Вы мне все нужны, и я тоже постараюсь стать нужным вам. Тебе и детям.
— А что поменялось? — резко спросил Эрик. — Почему я был не нужен тогда? Слишком жирным был? Стыдно перед друзьями показать? А сейчас не стыдно? Сейчас зачем-то нужен стал? А когда поправлюсь к концу беременности, ты опять скажешь, что не стал бы со мной спать и под дулом пистолета? Так на сколько я тебе нужен? На три-четыре месяца?
— Тогда я подумал, что ты соврал и тебе от меня что-то нужно, поэтому оттолкнул. Прости, что причинил боль.
— А сейчас мне ты не нужен. Я не хочу ни брака, ни романа, — твердо сказал омега. — Пошли, Разрушитель один на один с тортом в свой девятый день рождения.
— Что же я наделал… — тихо сказав, провел ладонью по лицу и пошел следом за Эриком.
Джонатан в своей комнате гипнотизировал торт, ожидая нас. И правда, он же похож на меня. Глаза, волосы, мои скулы…
— Ну что? Съедим эту громадину? — весело спросил Эрик. — Только вначале свечки зажжем!
— Не надо свечек, все равно желания не сбываются, — чуть грустно сказал Джонатан.
— А что ты загадывал? Может, если свечки не помогают, я помогу, — спросил омега.
— Я просил, чтобы у меня был отец, как у остальных. Чтобы он научил меня собирать вещи назад, чтобы брал с собой в походы, чтобы он просто был, — тихо сказал Джонатан. — У всех есть, даже если живут отдельно от папы, то есть все равно.
У меня в груди защемило и глаза запекло. Опустившись на колени перед маленьким омегой, я осторожно погладил его коленку.
— Твой отец просто дурак, он медленный, поэтому шел к тебе так долго. Ты… Ты не сердись на него, совенок.
— А откуда он идет и когда придет? — тихо спросил Нат. Эрик молчал и не вмешивался, не помогая.
— Он просто не знал, что ты у него есть, иначе бы поторопился, — я взял за руку Джонатана и подвел его к большому зеркалу в полный рост, присел, и мы уставились на наше изображение. — Как думаешь, похожи?
— Немного, — критично рассматривая нас двоих, сказал Нат. — Странно, на тебя я похож больше, чем на па.
— Ну, не очень странно. Твой папа рассказал мне о том, что я раньше не замечал, — я обхватил Джонатана, поднял на руки, чтобы он не перетруждал ногу. — Мы похожи с тобой, потому что я и есть твой отец.
— Да? — недоверчиво спросил Джонатан и повернулся к папе.
— Да, — подтвердил Эрик.
— А почему сразу не сказал? — с упреком спросил сын.
— Не был уверен, что он хороший отец, — растерянно ответил омега. — Нам же не нужен плохой отец?
Ребенок повернулся ко мне, рассматривая.
— Ты останешься со мной?
— Да, — я поцеловал его ладошку, — и постараюсь быть хорошим отцом. Тортик?
— Да! Только вначале свечки! Если первое желание сбылось, может, и другое сбудется? — с деловым выражением лица сказал Нат, а Эрик рассмеялся.
— Вот жук, — пощекотал я сына, именно сына, и усадил на постель. Эрик воткнул в торт свечи, а я зажег, начиная петь: — Happy birthday to you!..
— Happy birthday to you! — подхватил Эрик.
— Happy birthday, dear Jonathan! Happy birthday to you! — вместе.
Задувал свечки Нат как профессионал, все и сразу с первой попытки. А потом Эрик разрезал торт, включил Шрека, и мы сели есть торт и смотреть мультфильм. Джонатан постоянно поглядывал на меня, а потом, решившись, улегся головой мне на колени. Омега мельком взглянул на нас и сделал вид, что полностью поглощен мультиком.
  
Я гладил Джонатана по голове, у него диво какие мягкие волосы, омега все-таки. И начал думать, что Жак теперь не просто встречается с Разрушителем, он встречается с моим СЫНОМ. А еще надо как-то научиться все собирать за омегой, а потом и с ним вместе, потому что в реальности я все-таки рукожопый… И Эрик… Тот самый колобок, с которым всегда было интересно поболтать. И которого я так легко вычеркнул из жизни, даже не зная, что он носит под сердцем Джонатана. А ведь он смог о нем хорошо позаботиться. Один против всего мира, поддерживаемый лишь центром помощи для омег в сложных ситуациях. Без работы, семьи, дома… Господи, что же я натворил!
В десять Эрик сообщил, что Нату пора спать.
— А можно мне в этот раз Марк… отец на ночь сказку почитает?
— Да, конечно, — поцеловал в щечку сына Эрик. — Мы сейчас арабские сказки читаем.
Он подал мне сборник.
— Спасибо, — я взял книгу и устроился поверх одеяла, и Нат оказался между нами. Улыбнувшись, я поцеловал сына в висок и принялся читать.
К середине сказки, когда смелый альфа наконец смог забрать летающий ковер у разбойников, Эрик заснул, а вот Джонатан смог продержаться почти до конца, когда прекрасный омега выбрался из пещеры, сын все же сдался, и позволил векам опуститься.
Поцеловав Ната, я осторожно выбрался из постели и сходил еще за одним пледом, укрыл Эрика, погасил свет, оставляя лишь ночник в углу комнаты, и спустился вниз. Я чувствовал себя уставшим после всех потрясений: и новости, и падения Ната с дерева. Он так плакал… Старался держаться, конечно, но для девятилетнего омеги такое не просто. Я загрузил посудомойку, выпил немного вина и все же и сам отправился спать.
========== Глава 7 ==========
Утро выдалось странным: Эрик стоял на кухне и готовил завтрак для всех троих.
— Доброе утро, Марк. Нат на больничном, в школу не пойдет, как и я на работу. Мы побудем дома. После обеда приедет Жак.
— Доброе, — зевнул я. — Как он? Рука? Новости? Вообще вчерашний день…
— Все хорошо с ним. Немного обескуражен, готов задавать тебе сотни вопросов. И пока ты ему интереснее, чем я. Жак останется на ночь, его родители не против, — добавил Эрик.
— Жак, — я скрипнул зубами, — кажется, я беспокоюсь. Нат мне с первого дня понравился, а теперь он мой сын-омега, за которым ухаживает какой-то альфа. Причем этот альфа неплохой даже, но все равно… Как ты все это терпишь? И как ты сам? Что думаешь? Ведь теперь я знаю правду.
— Это не какой-то альфа и им девять, и одиннадцать! Еще рано беспокоиться. Вот, когда Нату будет тринадцать, тогда и начинай. Пока это лишь прекрасный принц и храбрый рыцарь, как в сказке. Хождение за руки и поцелуи без языка. А еще Жак позволяет обыгрывать себя в стрелялки. Но правило «никаких закрытых дверей» действует в обоих домах, — пояснил Эрик и добавил: — Не знаю, как я. Как раньше. А ты?
— Тоже не знаю. Вроде, все изменилось, как на это реагировать — не представляю и реагирую по-старому, — сажусь на табурет за стойку и ворую кусочек моркови из-под ножа Эрика. — Мы были любовниками, а я вспомнить не могу. И твой вопрос… Ну, про встречаться. Не знаю, что бы я ответил, помня о проведенной ночи. Наверно, предложил бы притормозить. Мне нравилось проводить с тобой время, как нравится и сейчас. Но внешность, сам понимаешь, был ты не в моем вкусе и все же омега из тебя что тогда, что сейчас славный. Только не понятно, я-то тебе почему понравился? Я же придурок полный, что в прошлом, что в настоящем…
— Разговорами, мыслями, спорами. Мне очень нравилось, как ты думал. Я тогда еще считал, что у тебя дела со словами не расходятся. Это потом я понял, что это не так, — пожал плечами омега.