История одного отцовства (СИ)

Потом добавились полезные беременным упражнения и узи. Меню я с Эриком тоже согласовывал, больше оно касалось Джонатана, ведь ребенку не все можно и не все полезно. Сам зеленоглазый омега никаких капризов не выказывал, да и покупал я ему все по списку или уборщик ездил.
С работы Эрик уходить не спешил, вечерами собирал разобранное сыном, потом мы ужинали, а иногда засиживались перед телевизором, уложив Джонатана, которому я старался притаскивать побольше конструкторов. Мне не сложно, так и дом, глядишь, по кирпичику не растащит.
Еще некоторое время заняла подготовка к дню рождения. Мы выбрали торт, украсили двор и дом шариками, пока Джонатан спал, заказали фокусника, а накануне утром рабочие надули аттракцион, чтобы дети могли побеситься в волю.
Для взрослых купили шампанского и вина, планировался так же фуршет и барбекю.
— Главные гости приедут в полдень. Жак будет, — рассказывал Эрик, готовя странную яичницу с яблоком и гренки. — Джонатан останется доволен. Смотри, что я купил в подарок! И даже собрал!
Омега протянул мне телефон, на котором была фотка Эйфелевой башни —конструктор из винтиков и болтиков.
— Семь тысяч креплений! А еще и этот телефон. Уже взрослый, жених есть, будет и телефон, — сообщил омега.
— Ого, впечатляет! — присвистнул я. — У меня подарок проще, но познавательный. Там десять томов, в каждом рассказывается о строении всевозможных объектов и идет приложение, в последнем томе — рука робота! Книжки детские, не толстые, но большие, с красивыми цветными иллюстрациями, а механизмы из главной темы идут в комплекте и тоже собранными. На них можно практиковаться, не только разобрать, но и понять, что за деталь вынулась и для чего она нужна.
— Отлично! Надеюсь, это займет его на… — Эрик начал наливать молоко и резко замолк, бегом бросился к ближайшему санузлу.
Поколебавшись, все же пошел следом. На замок Эрик дверь не закрыл, а прогнать меня он всегда успеет. Пока же омегу жестоко выворачивало наизнанку. Я взял маленькое полотенце и, присев на корточки рядом, погладил омегу по напряженной спине.
— Черт, слей молоко, пожалуйста, пока я рот прополоскаю, — попросил он, тяжело дыша. — Все хорошо, просто токсикоз небольшой. Не переживай.
— Я читал про него, вот думаю, можно ли тебе как-то помочь, — Эрик утер рот полотенцем, став за пару минут бледным и уязвимым, и белки глаз чуть покраснели. — Выходи, когда будешь готов, я там все спрячу.
— Спасибо! — весело отозвался Эрик. — Все хорошо, это нормально. Детей я не выплюну.
Я отправился на кухню и вылил в раковину молоко, смыл его и сполоснул стакан. Словно это не молоко, а яд. В этот момент подошел Эрик и сел на стул, выглядел он немного лучше.
— Налей Разрушителю сока, а то поднос с молоком я не донесу, — попросил омега.
— Я все сделаю, посиди пока, у нас все под контролем. Или вместе пошли.
Я подготовил поднос.
— Пошли вместе, разбудим, поздравим, а потом принесем подарки? — предложил Эрик. — Все же этот день для детей много значит.
— Ну да, но знаешь, я и сейчас жду своего дня, только ругаюсь, если кто возраст напоминает или пытается свечей в торт натыкать, — весело рассказывал я, пока мы шли по коридору.
За это время я искренне полюбил Джонатана. Проницательный умный занятный омега плотно поселился в моем сердце.
— С днем рождения, — сел Эрик на край кровати, ласково провел по волосам, поцеловал в висок. Ребенок проснулся и заулыбался. Они оба выглядели счастливыми, а Эрик был еще и очень нежным, ласковым.
— С днем рождения, родной, — сказал он.
И как можно от таких теплых и близких омег отказаться? Бывают же дураки мне на радость. Поставив поднос на прикроватную тумбочку, я сел к Джонатану и пожал его ладонь.
— Совсем взрослый уже, — улыбнулся я. — С днем рождения, Джонатан.
— Спасибо, па! Спасибо, Марк, — весело отозвался омежик, улыбаясь уже мне. Сев в постели, он принюхался: — Клево! Яблочная яичница!
— Как ты любишь, а еще у меня для тебя есть подарок, но только после завтрака, — заверил Эрик.
  
— И у меня тоже! — закивал я. — Но жуй тщательно и не спеши, подарки точно никуда не денутся, мы проверяли.
Джонатан начал есть, быстро, но не настолько, чтобы подавиться. Омега кивнул мне, зовя выйти и дать ребенку спокойно поесть.
Я присмотрелся к Эрику, выглядел он бодрым, тошнить его, вроде, не собиралось, да и пах он приятно. Обычный омежий запах. Мы забрали подарки из наших комнат и встретились у двери Джонатана.
— Думаешь, доел? — шепотом спросил Эрик. — Не хочется прерывать.
— Не знаю, наверняка он торопился, — я дунул на шарик, который привязал к сборнику книг, — в любом случае, уже хочется вручить подарки. Разве нет?
— О да! Начни первым, — предложил Эрик. — А то у меня подарок дольше дарить, — он кивнул на коробку с телефоном. — А башня в моей спальне.
— Да, спасибо, — я поскребся в дверь, но вошел не дожидаясь ответа. Джонатан как раз вытирал рот салфеткой. Я плюхнулся к нему на кровать, показывая книги и коробочки с механизмами, идущими к каждой.
— Ой! Здорово! — обрадовался мальчик, рассматривая и книги, и конструкторы. — Спасибо, Марк!
— Пожалуйста, Джонатан, — я довольный как слон повернулся к Эрику. Теперь еще его подарки, и маленький омега вообще мегасчастлив будет.
— Ты уже взрослый, и я хочу подарить тебе это, — протянул сыну маленькую коробочку, Джонатан быстро разорвал упаковку и вскрикнул. Открыл упаковку и сразу взял телефон в руки, а через минуту посмотрел на экран, потом на папу. — Да, эта башенка в моей комнате, ждет, пока ты ее разберешь!
— Ты лучший папа на свете! — отозвался мальчик и бегом отправился в спальню Эрика.
Я хохотнул и перенес книги на письменный стол.
— Хорошо что сначала покормили, его теперь не отковыряешь до самого начала праздника, — улыбался я, забирая поднос. — До прихода первых гостей есть время, все наряжено и надуто, еда в холодильнике, напитков много. Кстати, я еще взял вина для беременных и спасибо, что разрешил пригласить Питера и Адама с их семьями. Хочешь бокальчик? Посидим на веранде.
— Я так сопьюсь! Мне лучше кружку чая, — весело сказал Эрик. — Не волнуешься? Завтра ты узнаешь, сколько точно у тебя детей будет.
— Не напоминай! — открестился я. — Меня самого мутить начинает от нервов. Сколько бы не было, главное, чтоб отсидели положенное и вышли крепенькими. Два-три… не так важно, уже детали.
Хитро улыбаясь и поглядывая на Эрика, я сделал ему чая, а себе налил сока. Кофе я старался не пить вовсе. Эрик много не мог, а запах его очень уж дразнил.
— Ты! — не сильно пихнул меня омега, как делал всякий раз, когда я говорил о тройне. — Вредина!
Но чай он взял и вышел со мной на веранду, где сел в кресло и весело сказал, глядя на преобразившийся двор:
— Думаю, детям понравится!
— Наверняка. У тебя хороший вкус, мне лично такого рода пространственное мышление дается тяжело. Могу понять, чего хочу в итоге, но не увижу до конца картину, пока в реале не соберется, — поделился я. — Наверно это еще как-то связано с плохой памятью на имена и лица. Вернее, могу понять, что вроде уже видел, но вот не всегда получается соединить, например, фото и оригинал. Странно да? У тебя так бывает?
— То есть, ты можешь забыть лицо того, кого давно не видел? И даже не будет чувства дежавю? — поинтересовался Эрик. — Я вот лица хорошо помню. А имена иногда и сам забываю. Особенно имена альф. Обычно перед течкой они начинают жуткой толпой со мной знакомиться. И я про себя всех их зову Стивами.
— Стивами? Как интересно. Дежавю будет, если видел не так давно, а так, — я махнул рукой. — Вот ходил на свидания по фото через сайт, узнавал даже не всех. Представляешь? Я у врача проверялся, но со мной все в порядке. Решил, что причина может быть психологической. Боюсь привязаться и потерять, поэтому не запоминаю особо. Как по мне, так врачи обленились, все что можно списывают на травму от потери родителей.