Линия жизни, или Маршрутчик от бога
– Теперь я поведу, – хмыкнул маршрутчик. – Лучше пристегнись.
Сзади темноту прочертили фары «Жигулей».
– Посмотрим, ребятишки, умеете ли вы ездить.
– Что случилось-то?
– Можно, я потом объясню?
Они на приличной скорости неслись через какой-то двор. Маршрутку подкидывало на кочках, но Джона это, похоже, волновало куда меньше, чем преследователи. Те висели у них на хвосте и теряться никуда не собирались.
Хуже того, они догоняли.
«Истана» прыгала мимо покосившихся угольных сараев.
Детский городок чуть поодаль в темноте казался средневековой пыточной камерой.
Завизжала сигнализация припаркованной у барака машины, тут же зажглось окно на втором этаже.
Все это Игорь замечал в деталях, хотя мозг отказывался думать о чем-то, кроме погони. Ужасно хотелось дознаться у Джона, что происходит и чем грозит, но маршрутчик был занят – лихо ворочал рулем и переключал передачи, как заправский пилот «Формулы 1». Микроавтобус мчался по какой-то странной траектории, ныряя то в один двор, то в другой. Пару раз они на полном ходу пролетали сквозь низкие до клаустрофобии арки, а однажды, если Игорю это, конечно, не показалось – даже проехали вниз по лестнице.
Наконец, когда вокруг стало абсолютно темно, Джон сперва долго пятился куда-то на задней передаче, а потом погасил фары и заглушил мотор.
– Приехали.
– Оторвались?
– Возможно
– Мы где вообще?
– Тебе в глобальном смысле или в узком?
– Можно в обоих.
– Географически мы в районе железнодорожного вокзала. А физически – в заброшенном тоннеле. При совке тут метро собирались строить, но не успели. Технику разворовали, а вот пара шахт да туннель этот остались. Через него поезд должен был сквозь гору выходить сразу к вокзалу.
– Нас тут точно не найдут?
– Разве что случайно. Про это место мало кто знает.
– А они могут знать?
– Не думаю.
Игорь замолчал, понимая, что из-за этой болтовни они могут не услышать приближающийся рев мотора. Джон тоже молчал, но дышал громко и как-то хрипло.
– Ты цел? – наконец, сообразил Игорь.
– Потом разберемся.
– Дома?
– Я бы сейчас домой не ездил. Не хочу, чтобы эти товарищи отследили, где я живу. Лучше уж здесь отсидимся до утра.
– Звучит так себе, но выбирать, похоже, не приходится, – признался Игорь. – Слушай, а может, хоть теперь объяснишь, что это такое было?
– Убивали кого-то, если я правильно понял. А я не ко времени в супермаркет решил сходить. Вот и меня за компанию… Так что, Игореха, как это ни странно, ты умудрился спасти мне жизнь. Не зря я тебя кормил, получается.
– Не зря, – несколько ошарашенно подтвердил Игорь. – Я же говорил, что я полезный.
– А я, дурень старый, тебе не верил, – Джон улыбнулся, Игорь не видел этого – было совсем темно, но понял по голосу.
– Вот так прямо взял и спас? – переспросил он.
– Ну, да.
– И ты это признаешь?
– А почему не должен? – удивился Джон. – Против фактов не попрешь.
– То есть ты теперь мой должник?
– Если ты клонишь к этому, то оставайся, сколько хочешь, – заявил маршрутчик. – Но спать будешь на сундуке.
– Что? Вот так ты обращаешься со своим спасителем?! – притворно возмутился Игорь. – Разве это…
Договорить не получилось. Когда на его плечи внезапно опустились тяжелые руки, Игорь подавился словами. Он подумал, что Джон, очевидно, решил обнять его в знак благодарности. Вот только вышло как-то странно – прошла минута, даже две, а руки с его плеч никуда не делись. И Джон почему-то вообще не шевелился.
Осознав это, Игорь испугался.
– Ты живой там? – он сгреб маршрутчика в охапку и затряс.
Тот не отозвался. Хуже того, на своих руках Игорь почувствовал что-то горячее и мокрое. Голова закружилась, стало дурно. Он хотел было отдернуть руки, но тогда Джон наверняка бы упал, а ему и без того приходилось несладко.
Игорь осторожно отцепил от себя потерявшего сознание маршрутчика, выбрался из машины, открыл пассажирскую дверь, затем через водительскую вытащил Джона и кое-как заволок его в салон, где уложил на сиденья.
Немного перевел дух.
Закрыл дверь.
Хуже всего, что было темно. Настолько, что собственные руки едва разглядишь. Игорь и при свете-то не умел оказывать первую помощь, а тут, получается, на ощупь? И где в этой машине аптечка? Должна же она быть, раз пассажиров возят!
Аптечка или что-то, схожее по форме и издаваемым при тряске звукам, обнаружилась в ящике за водительским сиденьем.
Заодно Игорь сообразил, что прямо над его головой находится светильник и с третьей попытки его включил. Делать этого, наверное, не стоило, но выбора не оставалось. Вряд ли бандиты на «Жигулях» сунутся в этот тоннель, зато он хоть будет видеть, что творит.
Лучше б не видел.
Желудок, слава богу, давно пустой, подпрыгнул, как баскетбольный мяч, и стукнулся об гланды.
Расстегнув на Джоне пуховик, Игорь обнаружил скользкую от крови кожаную жилетку, а под ней – потемневшую бордовую рубашку. Ее тоже пришлось удалить. Справился с этим Игорь далеко не сразу – все боялся потревожить рану, где бы она ни была.
Впрочем, уже избавив Джона от рубахи, Игорь понял, что возился зря. Рана оказалась совсем не там, где он ее искал. Кровь шла из небольшого, хотя может быть, и глубокого пореза на шее. Судя по тому, сколько ее выбежало – довольно давно.
– Гороха бы сюда…
Идея показалась неплохой, поэтому, прижав к ране джонову рубашку, Игорь свободной рукой обшарил карманы жилетки и вскоре нашел сотовый телефон, древнюю «Нокию» малоизвестной модели.
А когда экран зажегся тусклым зеленым светом, Игорю захотелось взвыть.
Ну, конечно.
Они же забрались в тоннель.
Сотовой связи не было.
– Ну и что с тобой делать, а? – зло спросил он у Джона.
Тот лежал себе раздетый до пояса на тех самых сиденьях, которые фигурировали недавно в одном весьма неоднозначном видении, не шевелился, тяжело и часто дышал, бледный, как Вождь в мавзолее. Все это Игорю страшно не нравилось.
– Почему я, а? – вздохнул он и полез в аптечку.
Нашел бинт, затем пластырь и йод. Последним, недолго думая, залил рану, затем сверху на нее пристроил весь бинт комком, а для пущей прочности зафиксировал конструкцию пластырем.
Было ли этого достаточно?
Он не знал.
Повязка вроде бы не спешила пропитываться кровью, но и Джон в себя не приходил.
Подумав с минуту, Игорь сам себя обругал дураком.
Очевидно же, что маршрутчик попросту упал в обморок из-за потери крови. Пока был на адреналине, даже не чувствовал раны, а потом успокоился и отключился. И помирать он тут явно не собирался. Уверовав в это, Игорь вздохнул с облегчением, которое, впрочем, полным почему-то не было.
Еще раз взглянув на повязку – кровь так и не выступила – Игорь дотянулся до светильника и выключил его. Снова стало темно, а давящую тишину тоннеля нарушало только хриплое дыхание Джона и его, Игоря, собственный пульс, эхом отдававшийся в ушах.
Что-то он не доделал, вот только никак не мог понять, что именно.
Рану продезинфицировал, перевязал даже…
Игорь внимательно осмотрел, насколько это было возможно в кромешной тьме, плоды трудов своих.
Поежился – в туннеле был холод собачий, а салон уже успел выстыть.
– Ну, я кэп… – пробормотал Игорь, снял с себя куртку и накрыл ей Джона, коего по доброте душевной оставил прохлаждаться в одних спортивных штанах.
Уселся на сиденье напротив, привалился лбом к начавшему запотевать стеклу.
Часы на приборной панели пискнули и показали шесть утра.
Глава 10.
– Выбрать нору поглубже и забраться в нее, чтобы спокойненько сдохнуть – это по-нашему! Пиздец, едва вас нашел!
За рулем белой «Истаны» сидел Горох в форме врача «Скорой помощи», не выспавшийся, с огромными и мутными, как у упыря глазами, злой и, наверное, оттого чрезвычайно шумный.
– Степаныч как спуск в этот тоннель увидел, так сразу меня послал с инициативой ехать на нашем уазике. Пришлось пешком. Полчаса бегал, не меньше! Ты как здесь антенну-то поймал, признавайся?