Истина под кожей

– Если ты можешь об этом шутить, тебе определенно уже лучше. И да, нам поворачивать. – Стили выпрямилась на сиденье и огляделась по сторонам. – Никогда здесь раньше не бывала…
– Когда мы учились, тут ничего и не было.
– Хочешь сказать, во времена конных повозок?
– Скорее каменных скрижалей. Сегодня я себя чувствую просто древней.
– Ты всегда так говоришь, но древней не выглядишь. Посмотреть на тебя, так ты исходишь желанием.
  
Джейн покраснела и поняла, что у нее пропал голос.
Стили застонала.
– Надеюсь, ты не планируешь провести следующие пять лет, держась со Скоттом за ручку, только теперь на диване, а не по телефону? Тебе тридцать пять. Ему… сколько? Тридцать семь? Тридцать восемь? Вам бы лучше не затягивать. Свадьба, дети – чем там еще занимаются обыватели?
– Вау! – отозвалась Джейн. – Я начинаю подозревать, что моя мать завербовала тебя в свои агенты. Обычно ты называешь брак винтиком в колесе капитализма.
Стили улыбнулась.
– Я этого и не отрицаю. Но с учетом ваших со Скоттом темпов до брака вам лет десять, если не двадцать. Еще успею передумать. И побуду пока старой доброй холостячкой, циничной и критически настроенной. Разве что собаку заведу.
Джейн подъехала к проему в изгороди из металлической сетки, окружавшей поле, по которому в их строну по выгоревшей траве шагал мужчина в джинсах и голубой футболке с золотыми буквами UCLA. Из-под его ботинок вырывались облачка пыли.
– Собаке не понравится фальшивый бекон, который ты ешь, – заметила она.
– Мой вегетарианский бекон прекрасен! Надо только, чтобы собака никогда не пробовала настоящего.
– Ты говоришь так, будто эта собака уже есть…
Мужчина подошел к ним со стороны Стили и фамильярно уперся локтями в открытое пассажирское окно.
– Не знал, что у тебя есть собака.
– Ее и нет, – прояснила Джейн с водительского места.
– Мне кажется или у вас на лицах синяки? – спросил он.
Стили хихикнула.
– Видел бы ты, что сталось с тем парнем!
Он оценивающе прищурился.
– И ты еще больше поседела с нашей последней встречи…
– Стала еще более стальной, Митч. – Она дернула за торчащую из-под бейсболки прядь.
Он усмехнулся и открыл ее дверцу. Стили спрыгнула с подножки, и они крепко обнялись.
Митч Нельсон понравился Джейн и Стили с первой минуты знакомства в Университете Калифорнии в Лос-Анджелесе, где он изучал археологию, а они – антропологию. После выпуска он уехал на раскопки древних развалин в Турцию, но когда его жена забеременела первым ребенком, они вернулись в США.
Теперь он возглавлял в университете отдел культурологических исследований. Некогда Митч назвал это своей первой настоящей работой, и хотя временами ему приходилось поторапливаться – например, при выдаче разрешений на строительство после обследования будущей стройплощадки, – в остальном он сохранял темпы археолога, измеряющего время тысячелетиями, а не минутами. Вот почему его настоятельный тон по телефону этим утром побудил Джейн и Стили похватать инструменты и поспешить в Уэствуд из их офиса на востоке Эл-Эй [1].
Джейн тоже вылезла из пикапа и подошла обнять Митча.
– Спасибо, что отреагировали так оперативно, – сказал он.
– Ты заявил, что время не терпит.
– И сейчас объясню почему. Труп, скажем так, в первозданном виде.
– Плоть сохранилась? – Джейн со Стили переглянулись.
Митч мрачно кивнул.
– Но почему здесь нет людей из службы коронера? Или они еще едут?
– Их здесь нет, потому что их пока не вызывали.
– Но мы со Стили по закону не имеем права обследовать тела с остатками тканей, – заметила Джейн. – Это условие функционирования агентства, Митч. Наша задача – сопоставлять личности пропавших с найденными телами, а не наоборот.
Стили перебила ее:
– И тебе понадобится не только коронер, но и полиция Эл-Эй.
Митч поднял руку.
– Мне можешь не объяснять, Стили. Но это не я придумал. Точнее, это я предложил вызвать вас, но только после того, как начальство заявило, что надо по-тихому получить второе мнение к моему первому насчет того, что тело не подпадает под АОРЗКА.
Джейн прекрасно понимала обеспокоенность руководства университета: с принятием Акта об охране и репатриации захоронений коренных американцев высшие учебные заведения обязывались возвращать коренным народам свои «экспонаты» доисторической и исторической индейской культуры – включая человеческие скелеты.
Начальство наверняка предпочло бы передать труп его потомкам как можно скорей и не наделав шума. Вызов полиции означал шум – да еще какой! А вызов двух выпускниц университета, судебных антропологов, для консультации в узком кругу казался отличным выходом для тех, кто хотел бы этого шума избежать.
Стили забросила свой чемоданчик с инструментами в кузов пикапа.
– В таком случае оборудование я брать не буду. Давайте так: мы наденем защитные костюмы и сделаем полароидные снимки, чтобы потом доказать: мы ничего там не трогали.
Митч скорчил гримасу.
– Да там уже все потрогано. Экскаватор зацепил тело – а может, только одежду, но это неточно, – прежде чем мы поняли, что оно там.
– Такое часто происходит, – ответила Джейн. – Вы же не проводили запланированную эксгумацию.
– Мы землю копали! – воскликнул Митч, указывая рукой на ограждение.
Джейн поглядела в ту сторону. Строительство нового научного центра Университета Калифорнии в Лос-Анджелесе – начало в июне 2005. «Похоже, начало задержится», – подумала она.
Джейн попыталась утешить приятеля:
– Случайные вскрытия захоронений бывают сплошь и рядом. Никто же не копает землю зубочисткой…
Митч кивнул, но остался таким же недовольным и напряженным.
Джейн и Стили переоделись в защитные костюмы, натянули бахилы и перчатки, и они втроем двинулись по траве к траншее. При виде них водитель экскаватора выпрыгнул из кабины, очевидно не зная, что ему делать дальше. Подойдя поближе, Джейн увидела, что он все еще в шоке.
Митч кивнул двоим офицерам полиции кампуса, стоявшим возле гусениц экскаватора. Поначалу, увидев, как Джейн и Стили подходят к траншее, они шагнули ближе, но острый тошнотворный запах разлагающейся плоти заставил их отступить.
Стили на ходу делала снимки, но теперь опустила фотоаппарат.
– Жара, труп, мухи, – констатировала она. – Триада.
Джейн мысленно согласилась с ней. Судя по стенкам траншеи, экскаватор зачерпнул несколько ковшей земли, прежде чем зацепить тело. Виден был лишь его правый бок; левый оставался в почве. Похоже, труп принадлежал взрослому, был одет и частично разложился, но до скелетирования не дошло. Мухи, жужжа, суетились над обнажившимися тканями.
Несмотря на тревоги Митча, что тело повреждено, экскаваторщик вовремя заметил неладное и остановил ковш: тот лишь зацепил край одежды, даже не порвав ее.
Стили указала на это Митчу. Он кивнул.
– На этом я вас оставлю. – Прошел к офицерам полиции кампуса и встал рядом с ними.
Джейн посмотрела ему вслед. Его явно смущала относительная свежесть тела – по сравнению с бесчисленными скелетами, которые он выкопал за годы работы. Чем скорей они с этим разберутся, тем лучше. Она повернулась к Стили:
– Мы согласны, что на детские эти останки не похожи?
– Согласны.
– Я определяю пол, а ты – возраст?
– Договорились. – Стили приготовила камеру.
Стоило Джейн спуститься в траншею, как жара начала накапливаться под защитным комбинезоном, и по груди потек пот. Отмахиваясь от насекомых, она склонилась к телу и провела четырьмя пальцами по краю глазницы, одновременно ощупывая большим надбровную дугу. Потом обратилась к Стили:
  
– Хорошо развитый надглазничный гребень, гладкая поверхность края орбиты.
Сквозь сохранившиеся ткани Джейн пальпировала нижнюю челюсть.
– Похоже, я чувствую выступающий гониальный угол. Значит, у нас тут мужчина, взрослый. Твоя очередь.