Истина под кожей
– Думаешь, Бейли взял на себя чью-то вину?
– Нет. Я за то, что он участвовал… и что вина его. Сообразительным его не назвать, однако же он где-то раздобыл дробовик и…
– Может, дробовик у братьев был изначально. В деле об этом не говорится.
– Там много о чем не говорится. Но даже если дробовик был, от него пришлось каким-то образом избавиться по дороге от фермы до стоянки в лесу.
– Все-то у них в лесу, – съехидничал Эрик.
– Как избавиться от дробовика, чтобы местные копы его потом не нашли?
– Может, кто-нибудь нашел его раньше и пригрел… Дробовик – полезная вещица, особенно в лесу.
– Согласен. Ладно, дробовик он выбросил. Но как насчет яда? Чем он за него заплатил?
– Да, тут есть вопросики, – сказал Эрик, – тем более что криминальной истории у него не было, соответственно, контактов тоже… да и жил он – ну ты понял – в лесу. Произошло это все еще до того, как интернет стал площадкой для торговли чем угодно.
– Если он сделал это, у него должны были иметься и контакты, и приличная сумма где-нибудь под матрасом. Но в деле сказано, что парень никогда толком не работал, а бо́льшую часть времени проводил под замком в сарае, где брат держал его после возвращения от «бабули».
– Ладно, теперь мне ясно, почему ты решил, что был сообщник, – ответил Эрик. – Возможно, какой-то парень, которому нужны были не деньги за препарат и возможность посмотреть, как он будет использован для убийства, ну и подходящий идиот вроде Реда Бейли, на случай если полицейские дотумкают, как была убита жертва.
– Вот именно. Кто-то больной на всю голову, кому нравится пытать людей или смотреть, как их пытают.
На секунду Скотт задумался.
– Он встречается с Редом. Тот толкует о своем братце-придурке, и новый знакомый видит удачную возможность. Продает ему запрещенный препарат за копейки, но хочет посмотреть. Ему наплевать, если Бейли потом найдут, потому что даже свое настоящее имя он ему не называет.
– И просто растворяется в пространстве, – сказал Эрик. – Хм… Пожалуй, исходя из отчета, такое допустимо. Но может, отчет просто плохо составлен? Может, они поработали лучше, чем написали?
– Если так, почему не зафиксировать все на бумаге? Ты что-то слишком снисходителен, дружище. Сам знаешь, как это работает.
– Естественно, но иногда халатный отчет не означает халатного расследования.
– Ты не хуже меня понимаешь, что хороший детектив халатного отчета не напишет. Никогда. Он постарается показать, что землю носом рыл. – Скотт поднял распечатку и помахал ею в воздухе. – Этот отчет не такой.
– Хорошо, пускай так. Сообщник мог иметься.
– И выбрал его не Бейли.
Эрик надул щеки.
– А ты не передергиваешь?
– Если б адвокат Бейли, вместо того чтобы заставить его признать вину, предъявил этот аргумент присяжным…
– Настоящим присяжным или этим… из леса?
– Да ладно! Хватит уже со своим лесом.
Эрик улыбнулся.
– Любые присяжные усмотрели бы обоснованные сомнения, – заключил Скотт. – Бейли могли оправдать.
Эрик вгляделся в лицо напарника.
– Ты что, намекаешь на судебную ошибку?
– Нет. Не обязательно.
Взгляд Эрика сделался еще многозначительней.
– Ладно! – Скотт поднял вверх обе руки. – Пока я только говорю, что убийца, действовавший в Теннесси, мог избежать суда и убить студента в Калифорнии. Неважно, кто он – наемный киллер или психопат, у которого не все в порядке с головой. Но он мог совершить это убийство в университете, и мы в своем праве, чтобы включиться в расследование Департамента полиции Эл-Эй.
– Радуйся, пока можешь.
– В каком смысле?
– Забыл, что есть еще Тёрнер? Такой долговязый парень с ледяным взглядом, который подписывает тебе ведомость на зарплату… Ты не включишься ни в какое полицейское расследование – даже если департамент согласится, что вряд ли, – пока Тёрнер не даст добро.
Скотт встал и начал собирать со стола бумаги.
– Тогда давай посмотрим, не захочет ли он прихватить домой кое-какое приятное чтение на ночь.
День третий. Пятница
10
Со своего места возле ограды, окружавшей периметр стройплощадки, Стили смотрела, как Митч Нельсон отряхивает грязь со своих брюк карго. Он похлопал по ним несколько раз, потом расправил ткань и внимательно осмотрел. Похлопал снова.
– Черт подери!
Стили поняла, что ему не хочется показываться родителям Джареда Стилсона в непрезентабельном виде.
– Они ничего не заметят. Им не до того.
Митч выпрямился, ему явно было неловко.
– Я никогда раньше этого не делал.
– Разве ты не встречался с потомками Габриелино-Тонгва на раскопках на окраине города?
– Они сами попросили нас там покопать.
– Только потому, что на земле, когда-то принадлежавшей их племени, планировалось строительство, – напомнила ему Стили. – А не с бухты-барахты.
– Но там были дальние потомки. А это чей-то сын…
Джейн, до сих пор слушавшая молча, вмешалась:
– Эксгумация предков тоже вызывает массу переживаний. Но зачем я это говорю? Ты и сам знаешь.
Они снова замолчали. Стили обратила внимание, что с самого приезда Джейн ведет себя странно. Она постоянно озиралась, проверяя, не следит ли кто за ними. Поблизости никого вроде не было, но Стили чувствовала себя отчасти ответственной за тревожность Джейн. Она решила тоже осмотреться и обвела глазами периметр. Остановилась на ближайшем здании. И заметила какое-то движение. Прищурилась, гадая, мог ли там быть человек или это ветер шевелит кусты.
– Эй! – Стили поглядела на Митча. – Это не твои люди слоняются возле того дома?
Митч посмотрел, куда она указывает.
– Я никого не вижу. И вообще мои люди не слоняются.
Джейн наклонила голову вбок.
– А я кого-то заметила. Довольно высокого – если сравнивать с кустами. – Она полезла в сумку и протянула Стили бинокль.
Та нашла угол здания, потом кусты, а потом уперлась прямо в стекла другого бинокля.
– Какого…
– Что? – Джейн выхватила у нее бинокль, но посмотреть не успела – перед ними затормозил автомобиль. Это был «Форд Краун Виктория» без опознавательных знаков, на котором ездили детективы.
Уэст и Санчес вылезли из машины и распахнули задние двери. Пара блестящих лоферов опустилась на пыльную землю с той стороны, где стояла Санчес. Потом, уцепившись за дверцу для опоры, появился и весь человек: плотный мужчина среднего роста со смуглой кожей, которая выглядела бледной, будто с нее сошел загар. Его волосы с проседью были коротко подстрижены сзади и по бокам; одет он был в бледно-желтую рубашку поло и темные костюмные брюки.
Мужчина обошел машину сзади, чтобы помочь вылезти второму пассажиру, которому уже подавал руку Уэст. И снова сначала появилась обувь – лоферы, очень похожие на те, что были на мужчине, но на маленькой платформе. Женщина распрямилась и оказалась чуть выше мужчины ростом – но при этом не выше Уэста, который шагнул вперед, закрывая дверь. Теперь Стили смогла рассмотреть темную юбку чуть ниже колена и шелковую блузку того же бледно-желтого цвета, как и у мужа. Правда, к ее темной коже этот цвет подходил куда больше. Группа направилась к ним, и Стили задумалась, не специально ли Стилсоны оделись практически одинаково. Так они выглядели единым целым.
Вест представил их:
– Мистер и миссис Стилсон. А это Митчелл Нельсон, глава культурологического отдела Университета Лос-Анджелеса. В его обязанности входит надзор за земляными работами на территории, включая строительство. Он проследил за тем, чтобы тело вашего сына извлекли из земли аккуратно и со всем достоинством.
Стили понравился выбор выражений Уэстом. Ему удалось подчеркнуть, что главным тут было обнаружение тела Джареда и что все процедуры были соблюдены.
Пока мистер Стилсон не заговорил, он выглядел суровым. Но с первыми же словами шок стал очевиден.
– Вы первым увидели Джареда? То есть я хотел сказать… его тело.