Империя Тени. Эормия (СИ)

— И неизвестно, когда Император сможет вернуться? — поинтересовался Ала.
Наместник — невысокий мужчина, с седыми волосами, на целых две головы ниже Дорана. Он слегка прихрамывал на левую ногу и потому они шли достаточно медленным шагом, чтобы сопровождающей их охране то и дело приходилось останавливаться, стараясь не приближаться. Но, несмотря на хромоту, Наместник очень любил долгие прогулки.
— Нет, точного прогноза дать никто не может, — ответил Доран.
Он всегда ходил быстрым шагом и теперь медлительность Алы его раздражала, но он сам был виноват. Стоило встретиться в более замкнутом пространстве.
— Вы хотите сказать, что столице и дальше придётся кормить четыре дополнительных генерала с их армиями? Как долго? Может лучше перенаправить их в провинции?
Этот вопрос уже обсуждался и ни раз, но генералы сошлись во мнении с Дораном — армии останутся в боевой готовности в столице пока от Императора не поступит иных приказов.
— Нет, — сказал Доран слегка покачав головой. У него было право давать приказы от имени Императора, но в этом вопросе он был полностью согласен с генералом Ацгерсом. — В этом пока нет необходимости. Всё же наша столица подготовлена и к такому варианту развития событий. Припасов должно быть достаточно. Или это не так?
Прекрасный летний денёк. Доран любил жаркую погоду, по его вкусу в Центре бывало слишком холодно. И кто установил эти нормы, на которые ориентируются маги-погодники? Будь воля Дорана, он бы вообще упразднил этих магов, позволив природе естественно устанавливать свои порядки.
В связи с поднявшейся температурой, многие обитатели Центра предпочли выбраться в парк. И, разумеется, выбрали для этого именно Императорский. Самый большой и ровный из всех парков. Ступеней здесь было мало, а деревьев много. Водопады же сменяли разнообразные фонтаны.
От морского побережья этот парк был дальше всех, уютно окружив полумесяцем площадь перед Императорским дворцом. В середине парк сужался наподобие песочных часов, для того чтобы туннелем пройти под лестницей ведущей к парадному входу во дворец.
Императорский парк, Императорский дворец и судя по недовольным лицам посетителей парка в их сторону и перешёптываниям, Доран зря выбрал для прогулки с Наместником именно этот парк. Хотя, возможно, он лишь зря накручивал себя, полагая что все кругом его ненавидят.
— Я за провизию не переживаю, — ответил Наместник, проследив взгляд Дорана. — Герцогства исправно выполняют свои обязательства. Но военное положение, накладывает отпечаток на атмосферу города, вы же понимаете.
— Думаете, армия начнёт скучать?
— Непременно. Они хоть и расположены за стенами города, но вход в столицу им не запрещён. А я не понаслышке знаю, какими бывают солдаты, когда у них нет приказов. Городской стражи не хватит в случае чего.
— Бунта в армии нам ещё не хватало.
Точнее ему. Наместник не относился к строгим начальникам. В его обязанности входило лишь управление Столицей, а вот армия к нему отношение не имела. Генерал Столицы — Ацгерс, вот кто был за неё в ответе.
В связи с военным положением, он становился верховным генералом, объединяя под своим крылом армии Эормии, Марикота, Боэла и Келтаса. И лишь Доран, как носитель императорской печати мог отдавать приказы ему. Вот только Ацгерс по своей гордости слушался лишь одного Императора и ему было безразлично, кому была оставлена печать.
— Может, стоит просчитать все варианты? — сказал Наместник, привлекая внимание задумавшегося Дорана обратно к себе.
— Я их обдумываю, поверьте. Не вчера родился. Но генералов из столицы отсылать нельзя. А где генералы, там и их армии.
— Значит будем надеяться, что генералы смогут удержать порядок среди своих людей.
Первая встреченная пара, решившаяся подойти близко. Мастер Ульмрик со своим племянником. Вежливо поклонился, как Дорану, так и Наместнику. Взгляд не отвёл. Старик, мастер големов, эксцентричный человек. К Дорану всегда относился с подобострастием. Даже когда Верховный маг был ещё студентом.
Ульмрику восьмую ступень присвоили лишь по необходимости. Он лучше всех разбирался в искусственных созданиях и именно он создал новые типы стражей-големов. На его счету изобретение не одного десятка новых моделей механизмов, которые теперь можно встретить во всей Столице. Талантливый учёный, но слабый маг.
 
Остальные же высшие маги остерегались подходить близко к Дорану. Даже для банального приветствия. Он словно стал для всех изгоем. Стремительно же их мнение изменилось.
— Скажите, какое настроение среди ваших герцогов? — спросил Доран, в очередной раз замедлившись.
— Хотите знать, поддерживают ли они по-прежнему Императора? Или вас?
— Прямо хотите говорить? — покосился на него Доран. Откровенность Наместника его часто удивляла.
— Вы меня знаете, я не люблю недосказанности. И всегда говорю прямо. Слухи ходят упорные. И многие им верят. По мнению многих из герцогов Императора уже нет в живых.
— И убедить их в обратном у меня нет шанса?
— Их убеждать не нужно. Никто из них не посмеет предать Императора, пока есть хоть крохотный шанс что он вернётся. Другое дело — вы.
Доран посмотрел на Наместника, невольно сверху вниз. Впрочем, он на большинство людей так смотрел из-за своего высокого роста. Ала был гордым, проницательным и умным управленцем. Достаточно пронырливым, чтобы сохранять свою должность на протяжении трёх сотен лет. Немалый срок, весьма почётный. Нужно будет поздравить его с юбилеем.
— Продолжай, — сказал Доран.
— Торх настойчиво всех убеждает, что предателем окажетесь именно вы. Убьёте официального наследника, сами сядете на трон. И если Император вернётся, то убьёте и его.
Доран почувствовал накатившее негодование, но не выдал его ни малейшим жестом или мимикой. Самоконтроль был его сильной стороной, но именно благодаря ему он прослыл хладнокровным человеком.
— И этому верят? — спросил Доран.
— Мало кто. Все прекрасно помнят вашу историю.
Судя по их поведению, это вряд ли, подумал Доран.
— А вы? — спросил Доран не посмотрев на Наместника. Со стороны Алы послышался тяжёлый выдох.
— Как бы я к вам не относился, моя верность целиком принадлежит Императору. И раз он, уходя оставил императорскую печать вам, то ваше слово для меня — закон.
«Закон». Проныра, доверие к которому может дорого стоить. Во всей Империи было лишь два человека, к которым у Дорана было абсолютное доверие: Император и Огелан. Но одного в столице нет, он в Нирмарте, а другого втягивать в интриги не хотелось.
Огелан был герцогом по крови, принадлежал к древнему Дому. Прежний Император был ему родственником, пусть и дальним, но по своей натуре Огелан был учёным, ничуть не интересовавшимся политикой. За что и расплатился однажды своей семьёй. А теперь под его крылом укрыта Асари. Нет, Огелан будет последним, кого Доран привлёк бы к своим проблемам.
— Хорошо бы и другие герцоги меня поддерживали также, — задумчиво проговорил Доран.
— У вас будет шанс заручиться их поддержкой лично. Я вызвал их в столицу.
— Зачем? — удивился Доран.
Абел был единственным герцогом, кто прибыл в столицу из своей провинции. И даже его приезд наделал много шума. Что же тогда будет, если приедут остальные? Доран про себя попытался перечислить тех герцогов, что могли бы приехать, но Наместник перебил его счёт:
— Торх решил сыграть с нами в игру, — сказал он. — Не считаете, что нам нужно расширить игровое поле? Как по мне, я люблю, когда игра проходит с размахом.
Доран покосился на ухмыляющегося Наместника и заподозрил, что в его словах крылось нечто большее. Личного интереса выступать против Наследника у него не было. И теперь у Дорана появился новый вопрос: а в чём же, собственно, интерес Алы во всей этой игре.
— Не боитесь такого соперника как Торх? — спросил с недоверием Доран.
— Я был Наместником, когда он ещё пешком под стол ходил.
А ещё ты был тем, кто принял Торха ко двору, назначив его одним из генералов Эормии.