Гарем на шагоходе. Том 12 (СИ)

Но проблема в том, что некоторые участники этого фестиваля решили спуститься пониже.
Прямо над головой раздался низкий, вибрирующий гул, от которого задрожала земля. Из облаков вынырнул огромный, похожий на утюг корабль. Он был весь покрыт копотью и шрамами от попаданий. За ним гнались два юрких истребителя треугольной формы.
— Низко идут, — оценил я. — К дождю. Из плазмы.
  
Истребители открыли огонь. Яркие росчерки ударили по щитам «утюга», вызывая каскады искр. Тот огрызнулся в ответ веером фиолетовых лучей.
Один из лучей промахнулся.
Я увидел это в замедленной съёмке. Фиолетовая смерть, предназначенная для истребителя, прошла мимо и устремилась вниз. Прямо в поле. Метрах в пятистах от меня.
БА-БАХ!
В глаза ударил нестерпимый свет. Когда я проморгался, то увидел, что на месте рощицы вековых дубов теперь зияет дымящийся кратер, а земля вокруг превратилась в стекло.
— Твою же дивизию! Чип! Они тут не просто дерутся, они орбитальную бомбардировку устраивают!
ПОПРАВКА: ЭТО ПОБОЧНЫЙ УЩЕРБ. ИМ ПЛЕВАТЬ НА ПОВЕРХНОСТЬ. ОНИ ПРОСТО ПЛОХО ЦЕЛЯТСЯ. КАПИТАН, РЕКОМЕНДУЮ УСКОРИТЬСЯ И НАЙТИ УБЕЖИЩЕ. ВАШ ОРГАНИЗМ ВЫДЕРЖИТ МНОГОЕ, НО ПРЯМОЕ ПОПАДАНИЕ ПЛАЗМЕННОГО ЗАЛПА ТАКОЙ МОЩНОСТИ — ЭТО УЖЕ ПЕРЕБОР.
Битва набирала обороты. Изумрудный корабль кружил вокруг массивного багрового, поливая его тонкими лучами энергии. Багровый отвечал медленнее, но его залпы были мощнее — широкие, тяжёлые импульсы плазмы, которые заставляли дрожать воздух даже здесь, на земле. Космические аппараты плясали, оставляя за собой светящиеся шлейфы.
С неба начали падать обломки. Горящие куски металла, сбитые истребители, части обшивки. Они чертили огненные линии, врезаясь в землю вокруг. Ничего удивительного, что так много инопланетян в итоге застряло на Земле и деградировало до уровня местных аборигенов.
— Валить надо! — заорал я, отскакивая с траектории одного куска обшивки. — Чип, считай! Считай быстрее, чем в прошлый раз!
ОТВЕТ: РАСЧЁТ НЕВОЗМОЖЕН! СЛИШКОМ МНОГО ПЕРЕМЕННЫХ! ГРАВИТАЦИОННЫЕ ВОЗМУЩЕНИЯ ОТ РАБОТЫ ИХ ДВИГАТЕЛЕЙ СБИВАЮТ МОИ СЕНСОРЫ! Я НЕ МОГУ ЗАФИКСИРОВАТЬ ТОЧКУ ПРИВЯЗКИ!
Я бежал, а вокруг меня разверзался ад. Инопланетяне, видимо, решили, что сейчас отличное время для утилизации боеприпасов. Небо полыхало. Грохот стоял такой, что уши закладывало.
— Мне плевать на привязку! — заорал я, на бегу доставая гиперкуб. — Давай любую! Хоть к динозаврам! Хоть к чёрту на рога, лишь бы не здесь!
ОТВЕТ: ЕСТЬ ОДИН ВАРИАНТ! НО ОН ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ! Я НАШЁЛ В БАЗЕ ДАННЫХ АЛГОРИТМ «СЛЕПОГО ПРЫЖКА». МЫ МОЖЕМ ОКАЗАТЬСЯ ГДЕ УГОДНО. И КОГДА УГОДНО.
— И каковы шансы не сдохнуть? — уточнил я чисто ради интереса, одновременно отпрыгивая на десяток метров в сторону от очередного луча. Тот прошёлся по земле, обращая её в кипящую дорожку лавы.
ОТВЕТ: ВЕРОЯТНОСТЬ ПОПАДАНИЯ В БЕТОННУЮ СТЕНУ ИЛИ В ЦЕНТР ЗВЕЗДЫ — 40%. ВЕРОЯТНОСТЬ ВРЕМЕННОЙ ПЕТЛИ — 30%. ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО ВАС РАСЩЕПИТ НА АТОМЫ — 20%.
— А остальные 10%⁈
ОТВЕТ: ЧТО МЫ ПОПАДЕМ КУДА-ТО, ГДЕ МОЖНО ВЫПИТЬ ПИВА И НЕ УМЕРЕТЬ.
— Мне нравится этот вариант! Запускай! — крикнул я, видя, как огромный горящий обломок корабля падает прямо в лес. — Давай схему!
Чип вывел перед глазами схему. Но мне приходилось плясать так, что изображение дрожало перед глазами. Сосредоточиться невозможно.
— Дублируй голосом!
ИНСТРУКЦИЯ: ПОВОРОТ ВЕРХНЕЙ ГРАНИ ВПРАВО. НИЖНЕЙ — ВЛЕВО. ЦЕНТР — НА 180 ГРАДУСОВ. И МОЛИТЕСЬ, КАПИТАН. ЕСЛИ УМЕЕТЕ.
Мои пальцы вцепились в грани. Щёлк.
Над головой взорвался огромный крейсер. Огненный шар расцвёл на полнеба, затмевая звезды. Щёлк.
Ударная волна от взрыва в атмосфере уже неслась к земле. Я чувствовал, как воздух вокруг сгущается. Щёлк.
— Поехали! — заорал я.
Гиперкуб вспыхнул. Белый свет снова поглотил меня, отрезая от войны пришельцев, бушующей в небесах. Звуки битвы исчезли. Жар пропал. Гравитация выключилась.
ДЕЛАЙТЕ СТАВКУ, КАПИТАН! КРАСНОЕ ИЛИ ЧЁРНОЕ? ПРОШЛОЕ ИЛИ БУДУЩЕЕ? ДИНОЗАВРЫ ИЛИ РОБОТЫ? ШАНСЫ ПРИМЕРНО РАВНЫ. ХОТЯ ЛИЧНО Я СТАВЛЮ НА ТО, ЧТО МЫ СЕЙЧАС ВРЕЖЕМСЯ В КАКУЮ-НИБУДЬ ГОРУ. ДЕРЖИТЕСЬ ЗА ШЛЯПУ!
Я провалился в пустоту, надеясь, что 10% удачи сегодня на моей стороне. Потому что если нет, то я стану очень редким ископаемым для археологов будущего.
 Глава 16 
 Церебрумы 
Белое сияние, в которое я нырнул, оказалось ещё более неприятной субстанцией, чем во время первого перемещения. Ощущение было такое, будто моё тело, мою душу, моё «я» пропустили через космический блендер. Меня разбирало на атомы, перемешивало с фотонами и квантовой пеной, а затем с отвратительным, тошнотворным рывком собирало обратно, причём, казалось, в совершенно случайном порядке. На мгновение я почувствовал себя одновременно и одноклеточной амёбой, и сверхновой звездой, и чьим-то забытым на антресолях носком.
А потом — БАМ.
Удар. Жёсткий, болезненный, абсолютно реальный. Я рухнул на что-то твёрдое и холодное, и мир, до этого бывший калейдоскопом из света и боли, обрёл резкость.
Открыв глаза, понял, что лежу на полу. Причём сразу же захотелось расцеловать его. Но я сдержался. Пол напоминал отполированный до зеркального блеска обсидиан. Гладкий, холодный и какой-то странный, не отражающий бликов.
Я медленно сел, и голова тут же отозвалась протестующим гулом. Воздух был другим.
Стерильным, с едва уловимым запахом кварцевания. Никакой гари от полыхающего леса, никакого аромата высокого травостоя. Пол плавно перетекал в потолок, создавая дезориентирующее ощущение бесконечного, замкнутого пространства. Всё помещение было выполнено из одного чёрного, поглощающего свет материала.
Едва сознание полностью вернулось в черепушку, как я понял, что нахожусь здесь не один. Вокруг меня, паря в воздухе без всякой видимой опоры, двигались… кристаллы в скафандрах?
Представьте себе огромные, полупрозрачные камни, с хорошей огранкой, которые будто вобрали в себя свет далёких галактик. Они переливалась всеми оттенками синего и фиолетового, а внутри них, как рыбки в аквариуме, плавали сгустки света.
Да, эти кристаллы сразу напомнили мне те, что парили в зале «Демиурга». С одной существенной разницей. Они вели себя как живые. И каждый явно занимался своими делами.
Нижняя часть каждого камня была заключена в некое подобие скафандра… ну или обёртки из фольги. По ним пробегали тонкие, как паутинки, силовые линии. Похоже, это портативные антигравитационные устройства, позволяющие парить в воздухе.
Кристаллов было около десятка. И они не обращали на меня никакого внимания. Подлетали к стенам, касались их внезапно вспыхивающим энергетическим коконом, и в месте прикосновения стена загоралась сложным, светящимся узором, похожим на нейронную сеть. А затем они… заговорили.
Их язык не походил ни на один, какой я слышал раньше. Но он очень сильно напомнил то, как звучали кристаллы в зале «Демиурга». Это были аккорды. Мелодичные, переливающиеся, как звуки арфы. Иногда в них вплетались резкие, щёлкающие нотки, похожие на треск статического электричества.
  
Я сидел на полу, как первобытный человек, попавший на концерт симфонического оркестра, и пытался осознать масштаб катастрофы. Во-первых, до меня сразу дошло, что Кощей создал свой суперкомпьютер из тел вот этих кремниевых существ или их родственников. Во-вторых, я снова промахнулся. Насколько, пока неизвестно. Но если это космический корабль… и если мы не на Земле, а на другом конце Галактики…
— Твою мать, — прошептал я и мысленно «потормошил» своего нейропризрака. Очень настойчиво потормошил, с матами и угрозами.