Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 4 (СИ)

— Мне очень льстит твоё восхищение МОИМ женихом, — совсем непрозрачно намекнула Хьюга, — но я предлагаю закрыть тему именно в этом месте. Для спокойствия страждущих: в мой бассейн, ты только что видела сама, даже полиция с прокурором без моего предварительного разрешения войти не могут. А уж всякие хорошие парни по имени Сёго, какие бы фамилии ни носили… ты поняла.
Собеседница энергично закивала, накрыв рот ладонями.
— Спасибо огромное, — чуть посерьёзневший Решетников как раз в этот момент завершил разговор с Моэко и протянул обратно смартфон.
— Выяснил, что хотел? — якобы походя уточнила Хину, принимая гаджет.
На самом деле, содержание разговора между подругой и Такидзиро её интересовало гораздо больше, чем что-то там предположительно наметившееся между Сёго и Йоко. Или даже уже случившееся, хоть и более одного раза. Хе-хе.
Интересно, на столе, на подоконнике или у стенки стоя? Не забыть поддеть родственницу при случае на выходных, если случится пересечься лично.
Пловчиха слишком хорошо знала и старшую сестру, и младшего Сузуки, чтоб сомневаться в их возможных свершениях при обстоятельствах, указанных айтишницей.
Йоко — эмоциональный подъём от вскружившей голову должности. Сёго — напротив, эдакий эмоциональный спад на фоне бортанувшей его девушки, к которой он стремился на примиряющую беседу (с утра вагонами слал сообщения в мессенджере, но Хину их удаляла, не читая — заблокировать абонента предстояло вечером, после минутного разговора голосом с подведением итогов отношений).
Противоположности притягиваются. Сузуки-младший — весьма гормонально-развитая личность, сестрица — дама без комплексов и не склонная, к-хм, к долгим нравственным сомнениям в определённых ситуациях, чтоб сказать помягче. И тоже гормонально развитая, если что.
Задача для первоклассников — додумайте сценарий, ухмыльнулась про себя хозяйка бассейна.
— Да. — Хафу после разговора с подругой наконец спустился со своих воображаемых небес на землю и теперь смотрелся хотя бы собранным, а не оторванным от реальности.
Уже прогресс в сравнении с его предыдущим шапкозакидательством. Видимо, Моэко вправила мозги, сопоставила пловчиха. Та может, даже по телефону и за минуту.
И в специфических процессуальных вопросах любой Миёси — по определению академик, особенно в сравнении с нами, от проблем якудза далекими.
— Единственное, не смог убедить твою подругу сейчас сюда не подниматься, — продолжил Решетников.
— Она топает сюда? — заинтересовалась Хьюга. — Небось, несётся после твоих новостей быстрее, чем шла до этого?
— Да-а, а ты откуда в курсе? — на ровном месте насторожился хафу, чьи мозги сейчас, похоже, перегрузились другими задачами.
— Что я, её не знаю, что ли? С детства как облупленную. В её визите сюда лично для тебя может быть огромный жирный плюс, не парься. Тем более, Уэки-сан говорит, с абонементами пропускают без проблем.
Договаривать, что адвокатская поддержка со стороны Миёси в потенциале весит немало, Хьюга не стала.
Так подумать (и сравнить с возможностями Хоноки-сан) — возможно, Моэко будет даже более эффективной, думала про себя пловчиха. Если, не дай боги, понадобится: что Решетникову могут инкриминировать, Хину представляла нечётко, но зато она отлично знала, КАКИХ специалистов по уголовному процессу в окружении Хаяси не было, как и практического опыта.
Чего не скажешь об Эдогава-кай: компетенции Семьи в вопросах Уголовного Права вполне тянули на национальный уровень и, возможно, значительно выше (не хватало личных компетенций, чтобы оценить).
Всё-таки папа подруги, Мая-сама, очень кропотливо и целеустремлённо всю свою жизнь двигался к нынешним вершинам и не единого дня на этом пути не потратил зря, просидев сложа руки.
* * *
ИНТЕРЛЮДИЯ
Пост охраны возле турникета на входе в спортклуб Атлетика.
Мияки Масахиро, отступив за спины старших коллег, вошёл в стакан и бесшумно закрыл за собой дверь. Гарнитура была заблаговременно вставлена в ухо, нужный номер набран на экране — только пальцем ткнуть.
 
По счастью, брат ответил сразу:
— Что⁈
— Моэко-сан я предупредил, как ты просил.
— С этими деятелями на заднем плане она пересеклась?
— Конечно, вообще локтями столкнулась, — картинка с камеры. — Чтоб не лезла наверх, ей добросовестно передал, но она не послушала: поблагодарила и сказала, каждый должен заниматься своими делами. А с собственным отцом она без нас всё решит, дословно. Помощники не нужны.
Наунобу на той стороне задумался:
— Понял, ожидаемо… В целом обстановка как?
— Хьюга-сан запретила пускать этих без судебного ордера: частная территория, закон для всех один. Просила передать им чтобы не ломились: полиция и прокуратура должны защищать правила, а не пытаться их нарушить — старший по объекту лично спустился, лично озвучивал.
— Который из ваших он? — в голосе брата выпукло проступило любопытство.
— Самый низенький, который седой.
— А дочь сэмпая прошла, значит? Её пустили?
— Конечно, у неё же оплачен абонемент. Кстати, не она одна: ещё кое-кто с директорским абонементом проходил, буквально за пять минут до неё, но тоже после появления этих. И из мужских групп несколько человек, правда, те не в бассейн, а в атлетический манеж, но тем не менее. Турникет-то один.
— Понял. — Бухгалтер выдохнул с тщательно скрываемым облегчением. — Ладно тогда. Старшим сейчас передам всё, что ты сказал; сам будь на связи и держи в курсе.
— Да. Отбой, мне пора обратно.
* * *
Рабочий кабинет Хьюга Хироя. Отдельное здание, принадлежащее акционеру на правах личной собственности.
Он уже полчаса, не отрываясь, гипнотизировал минутную стрелку настенных часов — бестолку. Телефон молчал.
Странно, ситуация сконструирована собственными руками. Йоко-тян, назначенный своим человеком представитель Регулятора при полиции, достаточно рьяный чиновник из офиса районного прокурора — какой-то результат к текущему времени должны были объявить. И из здания Решетников не выходил, это точно.
Почему никто не звонит?
И ладно бы только аккуратно спланированное процессуальное производство против этого выскочки-метиса. Но ещё же и личные моменты, Сёго-кун, который пошёл извиняться перед внучкой и тоже пропал.
Что там, демоны дери, в основном здании происходит?
На каком-то этапе нетерпение достигло высшей точки и Хироя сам набрал наследника Сузуки.
Гудок, пятый, восьмой. Старик уже начал думать, что сходит с ума, когда абонент наконец ответил. На камере его гаджета кабинет Йоко выглядел вроде и пристойно, но старший Хьюга жил на этом свете не первый день:
— Сёго-кун, у вас всё в порядке?
Взгляд собеседника вильнул в сторону, откровенно избегая смотреть в глаза:
— Да, Хироя-сама. — И всё на этом.
А ещё в кадре был виден достаточно странный беспорядок на новом рабочем месте внучки сестры — как если бы кто-то пару минут хаотически разбрасывал всё, что попадётся под руку.
Душу ощутимо кольнули иголочки очень определённого сомнения, переходящего в откровенные догадки.
— Где Йоко-тян? — внешне доброжелательно поинтересовался патриарх, не сводя глаз с младшего Сузуки.
— Она пошла выполнять ваше поручение насчёт… — дальше старик не слушал.
Сердце в груди заколотилось, будто хотело выпрыгнуть и зажить дальше собственной жизнью. В висках стрельнуло так, что железные прутья внутри головы достали до самого лба.
Старший Хьюга имел много десятилетий за плечами и без каких-либо объяснений чувствовал всю ситуацию, как на ладони.
Как они могли.
Горько.
Кому-то другому могут рассказывать что угодно, но блудливый блеск глаз Сёго в сочетании с его видимыми муками совести и характером Йоко сомнений не оставляли — проклятые прелюбодеи.
— Как ты мог, — только и сказал Хироя, не вслушиваясь в лепет жалких оправданий и пропуская мимо ушей, с кем и как порядочный человек по фамилии Сузуки планирует строить отношения дальше.