Дракон из Каэр Морхена (СИ)

Аретуза всегда была символом вечности. Неизменности…
Неизменная, как и её обитательницы — вечно молодые чародейки. Ученицы и преподаватели, апофеозом которых является давняя знакомая и наставница самой Йеннифер — ректор Тиссая де Врие. Одна из тех немногих, кого натерпевшаяся всякого-разного в детстве чародейка уважала — и этого уважения не умалял даже тот факт, что из-за неё черноволосая красавица лишилась возможность продолжать род.
  
Дурное настроение уроженки Венгерберга создавал тот факт, что Капитул в приказном порядке выдернул её из родного города, в котором она оказывала чародейские услуги… Включая лечение бесплодия и прерывание нежелательных беременностей.
Дурой себя чародейка не считала, и прекрасно понимала, что не всегда дитя является благом для матери или даже всей семьи. Многие себя прокормить не могли, как в таких условиях детей-то растить? А любовью заниматься хочется… В конце-концов, сама Йеннифер фригидной себя также не считала, порой не против провести ночь в хорошей компании с личностью достаточно приятной чародейке.
— …Хо?.. — внезапно прервав свои мысли, взгляд фиолетовых глаз эльфского квартерона наткнулся на необычную для Аретузы фигуру.
Фигуру мужчины, которых не было в Академии даже среди преподавательского состава — дабы лишний раз не искушать толпы юных девиц. Или наоборот, не искушать мужчину толпами этих же юных неопытных дев… Но тут, скорее первый вариант. Ибо внешностью чародей более чем выделялся, вероятно, также как и сама Йеннифер, подчёркивая свою красоту магическими эликсирами.
Совершенно естественное желание — сама чародейка никогда не понимала этих любителей естественной красоты. Мол, с чем уродился, с тем и пригодился… Гиперболизированных красавчиков и красавиц, впрочем, Йеннифер также на дух не переносила — даже её собственный облик, созданный рядом чар был не приторно-идеальным, как порой было у многих её соучениц, а… Более строгим.
— О? Леди… — молодой на вид мужчина также заметил чародейку, окончательно разворачиваясь и заставляя выпускницу Аретузы слегка подивиться открывшейся картине.
Картине их феноменальной антагонистичности.
Мужчина и женщина — раз.
Длиннополые, просторные белые и во многом плотные, обтягивающие черные одеяния почти без вкраплений иных цветов — два.
Мягкие и строгие черты лица — три.
Светлые жёлтые, можно сказать даже золотые глаза, против тёмных фиолетовых, фиалковых радужек — четыре.
Вероятно, сложно бы было найти столь же различных внешне личностей, какими были стоящие друг напротив друга люди.
— Йеннифер из Венгерберга. — не слишком дружелюбно представилась чародейка из Аэдирна, оценивающе проходясь по собеседнику и подмечая артефакты весьма недурной мощи. Очень недурной.
Перед ней явно был не бывший выпускник Бан Арда, а опытный и взрослый чародей — взгляд слишком пытливых золотых глаз с последствиями экспериментов на самом себе (вытянутые зрачки так просто у людей не появляются!) был тому ещё одним подтверждением.
— О-о-о. Наслышан, наслышан. Личная ученица самой Тиссаи. — с каким-то возмутительным легкомыслием отозвался о ректоре Аретузы этот странный чародей, вызывающий какое-то покалывание в висках.
Словно она определённо где-то слышала это описание, но вот так сразу в голову ничего не приходило.
Тем не менее, сопоставить два и два чародейка легко могла, и не веря, что найдётся идиот, недооценивающий одну из старейших чародеек Континента прямо в центре её Академии, и совокупив это с пониманием, что описание этого чародея встречалось ей в книгах во время обучения, Йеннифер не стала возмущаться и чуть прибавила в скромности:
— Не совсем ученица. Скорее я многим ей обязана… — вымолвила чистейшую правду черноволосая женщина, последовав приглашающему жесту собеседника и вместе с ним отправившись по тропе сада.
Обычно в нём было множество отдыхающих от учёбы студенток, но сейчас он был возмутительно пуст.
Впрочем… Это было понятно, учитывая по какому поводу её выдернули на остров аж с другого конца Севера.
— Ну-ну, не преуменьшайте своих заслуг. — покачал головой так и неназвавшийся маг. — В чародейских кругах ходят слухи, что вы уже считаетесь одной из лучших выпускниц сего места.
— Возможно. — обладательница фиолетовых глаз не стала проявлять лишнюю скромность в этот раз, ведь последняя вообще была не слишком ей свойственна. Никакое тяжелое детство не заставило её принижать себя. — Но полагаю, о вас говорили нечто подобное, раз вы можете называть госпожу ректора по имени.
— М-м-м… — издал продолжительно-задумчивый звук молодой мужчина, устремляя взгляд золотых глаз далеко вперёд. — Такое право мне скорее дало сражение насмерть с ней, нежели что-то иное…
…Чародейка остановилась.
Осмыслила сказанное. Помотала головой… И новым, куда более настороженным взглядом осмотрела чародея. Но готовиться к сражению не стала — лазутчик так бы себя не сдал, даже если был бы примерно равен по силам самому ректору Аретузы.
На враньё его слова тоже не были похожи. Слишком… Слишком фантастичны и легко проверяемы, чтобы подобным образом пытаться кого-то впечатлить… Да и подобное вранье было бы нелогичным, и даже если бы в него поверили — оно бы только настроило всех против вруна.
Ведь сложно было найти чародейку или даже чародея, которые бы не уважали эту строгую, но столь же справедливую женщину.
— Кто вы такой?.. — уже куда более требовательно вопросила Йеннифер, внимательно глядя в слишком чуждые для человека глаза.
— Ох, любопытная маленькая cerbin'a*… — покачал головой чародей, расплываясь в хитрой улыбке. — Моё имя Мерлин. Придворный волшебник Камелота к вашим услугам… — слегка эпатажно склонил голову обладатель белоснежных волос.
* — ворона со Старшей Речи.
— О… — только и выдавила из себя звук удивления Йеннифер, мгновенно соотнося имя со внешностью… И вспоминая, что в книгах действительно упоминался этот… Ренегат.
Причём в весьма негативном смысле. Как второго Раффара Белого — проводя множество параллелей между ними, и упирая на излишнее вмешательство в политику и фактически правление одним из Королевств Севера.
Однако никогда не жаловавшаяся на недостаток разума Йеннифер подмечала, что такое отношение к нему возникло скорее из-за бесконечных провалов Братства подчинить этого могущественного отступника своим правилам.
Но какой же это отступник, если он изначально никогда не был в Братстве?..
Отношение бывшей Янки, вероятно, было к нему более чем благосклонным… Если бы не знание о том, что этот улыбающийся хрен когда-то пытался убить её наставницу. Неважно, кто был прав — был сам факт, и Йеннифер было этого достаточно, чтобы относиться к ренегату также, как и остальные сторонники официальной власти в лице Капитула — холодно и настороженно.
Пусть и по совсем другой причине.
— Ну да что мы тут простаиваем?.. — как ни в чём не бывало, словно не заметив состояния женщины, продолжил выходец из Камелота… Или вернее, построивший это государство самостоятельно. — Нас всё-таки вызвали из-за этого интересного феномена, из-за которого уважаемый Капитул даже забыл, что я весь такой непочтительный и самостоятельный…
  
Его глаза с вытянутым зрачком в этот раз выглядели не дружелюбно, но агрессивно — у Йеннифер аж холодок по коже пробежался.
Чем… Кем бы ни был этот чародей — ей стоит держаться от него подальше. Было в нём что-то… Звериное и дикое… Вопреки вполне дружелюбному внешнему виду. Никогда, никогда ещё не видела чародейка человека, которому бы настолько подходило выражение — внешность бывает обманчива… А в тихом омуте черти водятся. Большие такие, размером с зерриканских слонов.
Йеннифер даже могла поклясться собственной магией, что видела за спиной этого Мерлина большую и крылатую четырёхлапую тень какого-то чудовища.