Спаси моего дракона (СИ)

— Веди себя тихо, девочка, если хочешь ехать с комфортом, — сказал он, — иначе побежишь босиком, привязанная к лошади.
Я вздрогнула, представив последствия такой прогулки. Бежать не было смысла в любом случае. Теперь моя жизнь зависела от Патрика.
  
Глава 17
 
Привезли меня все в тот же Храм Света, где я оставила Лиззи несколькими неделями ранее.
Меня поместили в маленькой келье, которая больше была похожа на каменный мешок. Она была еще меньше той, в которой мне довелось ночевать здесь с Лиззи. Высокое окно. Такое, что в него и заглянуть нельзя. Почти всю комнату занимала узкая лежанка. Под ней — ночной горшок. Вместо стола полка на стене, на большее не хватило места. На полке — кувшин с водой и кружка. И гвоздь вместо крючка для одежды.
Меня не тащили за руки, не связывали и не угрожали оружием. Даже разместили не в карцере, тюремной камере или яме. Просто маленькая комната с минимальным набором удобств. Мы с Лиззи ночевали в похожей, когда прибыли сюда на праздник.
Однако дверь за мной заперли. На всякий случай.
Я присела на кровать. В задумчивости провела пальцами по стене. Шершавая кирпичная кладка оставляла царапины на нежной коже при любом касании. К такой стене не стоит прислоняться ночью во сне.
Постепенно до меня доходило, во что я влипла. Обвинение в заговоре, таинственный мертвый язык, а еще попытка соблазнить лорда и забеременеть от него. Могут еще и покушение на леди Кристину приписать, а у нее под сердцем сын будущего короля. Бастарда всегда можно использовать как запасного наследника.
Мои дальнейшие перспективы вырисовывались все менее радужными. Что меня ждет? Допросы? Пытки? Казнь?
Я не испытывала иллюзий по поводу того, что меня привезли в местное святилище. В прошлом моего мира церковь тоже была самым страшным жандармом, инквизиторы устраивали охоту на ведьм, а потом сжигали на кострах неугодных.
Стало зябко. Я стянула с постели тонкое одеяло, подобрала ноги, свернулась калачиком и укрылась с головой. Озноб нарастал. Сложно сказать, это нервное или просто холод и сырость каменного помещения.
Мне было так одиноко, хотя в этом мире у меня так и не появилось близких друзей. Я сторонилась людей, не хотела привязываться к ним. Знала, что замок Траверти не то место, где я хочу жить.
Как же я мечтала сбежать. Улететь на своем драконе подальше от этого гнилого места. Я словно снова почувствовала запах прелых водорослей, в которых впервые очнулась в этом мире и увидела Патрика.
Патрик… Сможет ли он спасти Сахарка? Скорее всего, даже не подумает идти в лес. Других шансов на спасение у меня не было.
Очень не хотелось так бездарно заканчивать свою жизнь в этом мире. Даже в море не искупалась ни разу. Почему-то мысли о море были особенно обидными.
Я всхлипнула, уткнулась носом в колени и провалилась в тяжелый сон.
Проснулась я глубокой ночью и не сразу поняла, где нахожусь. Все тело болело. Сон не принес облегчения. Казалось, каждая мышца налилась свинцом и не хотела слушаться. Я со стоном разогнулась.
Кругом была кромешная тьма. Желудок сводило от голода, губы высохли. Хотелось пить. Я вспомнила про кувшин с водой в углу, принялась искать в темноте заветную полку на ощупь.
Долго шарить в темноте не пришлось. Я даже порадовалась, что комната такая маленькая. Наливать в темноте воду в кружку было бессмысленно, поэтому я обхватила руками глиняный кувшин и прильнула к нему, чтобы поскорее напиться.
Руки с трудом удерживали тяжелую посудину, поэтому я облилась. Пусть. Даже если простыну, не страшно. Не думаю, что успею выздороветь в этой жизни.
Вдоволь напившись, я немного повеселела. А вдруг, закончив эту жизнь, я очнусь в новом мире? И там все получится лучше, чем в этом? Какая глупая мысль. Не зря же меня забросило в этот мир. Было какое-то предназначение. И я не успела разгадать его, так бездарно потратив эту жизнь.
Слез больше не было, спать не хотелось. Я снова легла на кровать и стала смотреть в темноту. Не знаю, можно ли заснуть с открытыми глазами, но мозг мой спустя время погрузился в какую-то зыбкую дремоту.
 
Казалось, я не спала, лишь моргнула, а затем вздрогнула от звука отпирающейся двери. Было уже утро, тусклый свет проникал в мое окно. Я села на постели, чтобы достойно встретить новости, которые мне принесли и приняла самый равнодушный вид.
Однако увидев, кто вошел в комнату, я не смогла сдержать возгласа радости.
— Лиззи! — прошептала я.
В комнату вошла бывшая соседка. В руках поднос с чем-то дымящимся.
— Принесла тебе завтрак, — пробасила подруга и быстро составила на полочку тарелку с кашей, кусок хлеба и горячий травяной отвар.
Мне ужасно хотелось есть, но еще больше хотелось поговорить с Лиззи. Кажется, она правильно поняла мою нерешительность.
— Ешь, у тебя была тяжелая ночь. Но день будет еще тяжелее.
Подумав, она порывисто обняла меня, а потом поспешила выйти, оставив меня наедине с легким завтраком и тяжелыми мыслями.
  
17.2
 
Завтрак уже давно прошел, за окном рассвело, а за мной так никто и не приходил. Сначала я ждала, переживала. Но минуты тянулись, сливаясь в длинный долгий день.
Чего они ждут? Что в приступе клаустрофобии и под давлением чувства голода возьму на себя вину? А, может, уже костер там для меня складывают, чтобы согрелась после сырости каменной кельи?
Я не спала, но впала в какое-то оцепенение, словно экономила силы. Лежала на постели все в том же платье и смотрела в потолок, прокручивая в голове итоги моей жизни в этом недружелюбном мире.
Наконец в коридоре послышались шаги, и спустя пару секунд дверь отворилась. На пороге стоял Слуга Света. Тот, который приезжал в замок и вел службы. Он казался таким добрым и каким-то даже родным по сравнению с тем, кто конвоировал меня. Хотя я понимала, что и ему доверять не стоит.
— Пусть будет Свет в душе твоей, дитя, — сказал он, входя в комнату.
Немного помедлил, внимательно рассматривая меня и сел на кровать, устроившись в ногах. Я не двинулась. Было ужасно лень шевелиться.
— Прежде чем мы выйдем отсюда, я хочу спросить, есть ли у тебя на сердце что-то, что ты хочешь сказать?
Я смотрела на него равнодушным взглядом. Хочет сыграть в доброго полицейского и показать, будто ему важны мои интересы? Ни за что не поверю! Тем более, что он уже допрашивал меня ранее.
— Мне нечего скрывать. Так случилось, что я стала деталью чьего-то очень хитроумного плана. А как только стала не нужна, то от меня поспешили избавиться.
— Что ты имеешь в виду? Ты можешь предъявить кому-то обвинения? — оживился он.
— Я сирота, потерявшая не только память, но и дом. Никто не заступится за меня. В надежде обрести семью я отказалась от щедрого предложения лорда Траверти. Вы же знаете, зачем он отправил меня сюда на праздник.
Мужчина кивнул.
— И вы видели, что я не приняла это предложение. Поэтому сейчас у меня нет покровителей. Никто не заступится за бедную девушку. Давайте скорее покончим с этим, к чему тянуть?!
Я села, всем своим видом показывая, что готова идти туда. где будет решаться моя судьба.
— Если я не буду знать правды, то не смогу защитить тебя! — Слуга Света всплеснул руками, выдавая свое волнение и излишнюю заинтересованность в этом деле.
— Меня подставили, это не сложно было сделать. Опровергнуть мою вину было еще проще. Но леди Траверти не стала говорить о том, почему в моей комнате были те травы. Наверняка она знала о тех обвинениях, которые мне предъявили. Просто я ей больше не нужна.
Я вздохнула. Конечно же, я могу потянуть время и попытаться оправдаться. Облегчит ли это мою участь? И есть ли то, ради чего терпеть?
— Тогда пойдем, — мужчина встал и первый пошел к выходу, показывая дорогу.
Я думала, что мы выйдем на улицу, но нет. Пройдя несколько метров по коридору и свернув за угол, мы пришли в более просторную комнату.